Чтение онлайн

– На остров, - скомандовал мальчишка. И вся ватага двинулась к озеру, где стояла моторка.

Мы с Аленкой отстали от них. На острове нас не ждут. Зато на тропинке поджидал Рыжий.

– Сорока велел отдать, - сказал он, протягивая моток веревки.

Вот кто постучал к нам в дверь рано утром. Сам Сорока - Президент Каменного острова.

Глава четырнадцатая

Мы с отцом умывались на берегу, когда подошел Вячеслав Семенович. Он только что вернулся с рыбалки. В резиновой лодке лежали две щуки и спиннинг. Майка в рыбьей чешуе. Видно, щуки не сразу дались. Поговорили о погоде, о событиях за рубежом.

Вячеслав Семенович сказал, что ему здесь очень нравится. Но, мол, пора и честь знать. Он обещал жене показать Таллин и Ригу. Дни летят, а отпуск не резиновый. Но с неделю еще поживут здесь. Гарик тоже влюбился в озеро. Готов жить здесь все каникулы... Тут я подумал, что Гарик влюбился не только в озеро...

– Родственников разыскали?
– спросил отец.

– Встречались, - коротко ответил Вячеслав Семенович.

Он пригласил отца на рыбалку. Я думал, отец откажется. Но он согласился. Я даже немного обиделся на него: сколько раз уговаривал - так ни разу с нами и не выбрался, а тут без разговоров.

Когда Вячеслав Семенович ушел в палатку, я сказал отцу, что к нему приходили мальчишки из интерната.

– Знаю, - ответил он.

– И Сороку знаешь?
– спросил я.

– Хороший парень!

Вот так новость! Отец лучше нас знает, что вокруг творится.

– Сидят, как сычи, на острове и в детские игры играют.

Отец растер полотенцем грудь, посмотрел на меня:

– А ты был у них на острове?

– Мне и отсюда видно, - сказал я.

– Не знаешь, а говоришь... По-моему, это прекрасные ребята, и тебе не мешало бы с ними поближе познакомиться.

– Уже познакомились...

– Есть такая пословица: в чужой монастырь не лезь со своим уставом.

– Зачем они к тебе приходили?
– спросил я.

– Приглашают в гости...
– улыбнулся отец.

Залаял Дед. Я по голосу определил, что на крыльцо вышла Аленка. Она была в купальнике, на плече зеленое мохнатое полотенце. Дед подскочил к ней и попытался вцепиться в полотенце. Он любил с тряпками играть. Ухватит за один конец и тянет что есть силы. Меня он запросто перетягивал. Аленка легонько хлестнула Деда полотенцем по носу. Он обиделся и отошел от нее. Кажется, моя сестренка не в духе. Как говорится, не с той ноги встала. Она спустилась к озеру и пошла вдоль кромки к камышам. В одиночестве решила Аленка выкупаться.

Из палатки вышел Гарик, посмотрел Аленке вслед и, сбросив штаны и майку, устремился к озеру. С ходу бухнулся в воду и поплыл. Отец пошел бриться, а я остался на берегу раздумывать: выкупаться или подождать, пока вода станет теплее.

Раздался громкий всплеск. Аленка шлепнулась в воду. Дед сорвался с места и с лаем бросился в камыши. Поплыл Аленку спасать.

На озере показалась незнакомая лодка. Длинная и черная, словно ее только что в дегте выкупали. За веслами сидела кепка. Огромная, как аэродром. И в клеточку. Я даже подумал, не Олег ли это Попов? Я его видел в цирке, у него точно такая же кепка. Когда лодка подплыла поближе, оказалось, что под кепкой прячется мальчишка в широких черных штанах. Мальчишка не спеша греб, и когда он смотрел по сторонам, его величественная кепка медленно поворачивалась то в одну, то в другую сторону.

Гарик, заметив лодку, поплыл к ней наперерез. Мальчишка равнодушно смотрел иа него. Но когда Гарик попытался схватиться руками за борт, мальчишка лениво замахнулся веслом. Гарик сразу отскочил. В камышах послышался ядовитый Аленкин смех. Минут пять Гарик плыл рядом с лодкой и о чем-то разговаривал с мальчишкой. Я не слышал, что ответил мальчишка, но когда его кепка качнулась вниз-вверх, Гарик наконец вскарабкался на лодку.

Мальчишка отпустил весла и стал слушать Гарика, который, размахивая руками, что-то ему заливал. Вот Гарик пересел с кормы поближе и, смеясь, хлопнул его по плечу. Мальчишка подкинул кепку повыше и тоже хлопнул Гарика. Они сидели рядом и хлопали друг друга по плечам. Мальчишка тоже начал скалить зубы. Скоро, запрокинув голову и одной рукой поддерживая кепку, он басовито хохотал на все озеро.

Вот он развернул лодку и стал грести к нашему берегу. Уговорил его Гарик. Мне захотелось поближе поглядеть на этого смешного мальчишку в огромной кепке. Они, все еще смеясь, вылезли из лодки.

– Федя Губин - замечательный человек!
– сказал Гарик.
– Расскажи, как старуха белье стирала?

– Неохота, - ответил Федя, разглядывая меня.
– Он все знает, - сказал Гарик.

– Все, - подтвердил Федя.

Вблизи он оказался еще смешнее. У него толстые губы. Особенно нижняя. Кепка прикрывала его словно зонтик. Федя поминутно вскидывал головой, как боевой конь, и кепка немного отваливалась назад. Тогда можно было разглядеть глаза и нос. Глаза у Феди небольшие, голубые. Нос широкий н толстый книзу - этакая увесистая дуля. Грудь широкая - плечистый парень. Ростом немного пониже Гарика.

– Он здесь главный рыбак, - сказал Гарик.
– Знает все лучшие места.

Федя кивнул кепкой: мол, так говоришь. Правильно.

Я вспомнил, что мне толковал Коля про одного мальчишку. Это тот самый...

– Я знаю, кто ты, - сказал я.

Федя с любопытством взглянул на меня.

– Кто?

– Гриб, - сказал я.

Федя насупился, секунду молча смотрел на меня. А потом внушительно сказал:

– Я могу те и по уху врезать. С гарантией, что на своих двоих не устоишь.

– Я думал, это фамилия...

– Один думал-думал, да взял и помер, - не совсем понятно сказал Федя.

– Бедняга, - сказал я.

– Показать мою лодку?
– перевел Гарик разговор на другое.

Федя кивнул, кепка свалилась на глаза. Он рывком подбросил ее на затылок. Пока Гарик бегал за лодкой, мы помолчали.

Феде резиновая лодка не понравилась.

– Одно баловство, - сказал он.
– Чуть волна - и к ракам в гости.

– Чудак, она не тонет!

– Мне такая и даром не нужна, - сказал Федя.

– Сергей, завтра на зорьке рванем за лещом. Федя такое место знает...

Гриб неодобрительно взглянул на Гарика.

– Насчет евоной кандидатуры уговору не было.

– Плакать не буду, - сказал я.

Гарик подмигнул - дескать, лучше помолчи: все уладится.

Мне, конечно, хотелось за лещами отправиться, но и кланяться этому Грибу я не стал бы. Нацепил на голову аэродром и задается. Подумаешь, великий рыбак!

– Я подумаю, - важно сказал Федя и улыбнулся. Он стал еще смешнее, чем раньше. Нижняя губа отвисла и сделалась треугольной. А толстый нос приподнялся. Такой улыбке любой клоун бы позавидовал. Глядя на Гриба, и я заулыбался, а потом и Гарик.

– Какие там лещи?
– спросил Гарик.

– Лапти, - ответил Федя.
– Аж тащить страшно.

– Какого червя копать?

– Белого, - подумав, ответил Федя.
– Да мы и без червя навалим пол-лодки рыбы...
– Он поглядел на остров.
– Только бы этот не помешал...

– Сорока?
– спросил я.

– Мужики давно хотят ему бока обломать... Попробуй достань его на острове.

– У нас тоже на него зуб, - сказал Гарик.

– Если бы я знал, где вход на остров, - сказал Федя.
– Президенту конец! Мы бы его оттуда со всей оравой в два счета выкурили. И летчики бы не помогли...