Чтение онлайн

– Не надо было бежать, - думая о своем, сказал Гарик.

– Бывает...

– Я испугался, Сорока...
– с трудом выговорил Гарик.
– Струсил.

– В другой раз не побежишь, - сказал Сорока. Они замолчали. Слышно было, как Гарик вздохнул. Под ногой треснул сучок.

– Куда же они, черти, подевались?

– Она тебе нравится?
– спросил Гарик.

– В этом лесу и заблудиться можно, - сказал Сорока.

Гарик привалился плечом к сосне, и я увидел сквозь ветви его макушку. Сорока стоял у трухлявого пня и смотрел в другую сторону.

– Я как в первый раз увидел ее...
– сказал Гарик.

– Красивая девчонка.

– Тебе она тоже нравится.

– Чудак, - сказал Сорока.

Я взглянул на Аленку. Она обняла рукой ствол и прижалась к желтоватой коре щекой. Я понял, что откликаться не стоит. Надо было сразу, а теперь поздно: скажут, подслушивали.

– С ней, понимаешь, можно по-настоящему...
– продолжал Гарик.

– Можно, - сказал Сорока.

– Я знаю, ты ей нравишься...

– Перестань трепаться, - сказал Сорока.

Они замолчали. Потом Сорока сказал:

– Меня звал к себе погостить знакомый летчик. Рыбачит у нас второй год. Понравилось. Это мы его сюда пригласили. Твоего отца хорошо знал, вместе воевали. Он вчера уехал... Да ты его видел: тот самый, который уху хлебал... Он живет в Ленинграде.

– Славка должен приехать...

– Оставайся, - сказал Сорока.
– А потом к летчику поедем.

– Уеду я, - сказал Гарик.

– Ну и зря. Живи у нас до школы, На острове.

– А ваш устав?

– Ты теперь наш...

– А Сергей?

Я даже дыхание задержал: неужели откажет?

– Коля за него поручился...
– ответил Сорока.
– И я тоже.

Они помолчали. У меня затекла нога, и я пошевелился. Вниз посыпались кора, но они ничего не заметили.

– Я думал, вы дурака валяете, а у вас вон что... И давно мы им помогаете?

– Вот оборудуем площадку для вертолета...

– Летал с ними?
– спросил Гарик.

– За волками раз охотились...

Гарик отломал от нашей ели нижний сук.

– Как ты думаешь, она еще там?
– спросил он.

– Ты про кого?

– Я подойду к ней...
– сказал Гарик.

– Спятил?

– Я только посмотрю на нее.

– Здесь не зоопарк!

– Я подойду, - упрямо сказал Гарик.

Они посмотрели друг другу в глаза. Гарик сунул под мышку палку и пошел к берлоге. Сорока смотрел ему вслед. Его лицо было освещено косым лучом солнца. Мне показалось, что он смеется.

– Ты не найдешь, - сказал Сорока.
– Пошли вдвоем.

– Как хочешь, - сказал Гарик.

Когда они скрылись за деревьями, мы спустились вниз. Я взглянул на Аленку. Она смотрела в ту сторону, куда ушли мальчишки. Я не стал ее ни о чем спрашивать. А что, если Аленке нравятся оба? Мне они тоже нравятся. Если уедет Гарик в Москву, я буду скучать. А без Президента сразу опустеет озеро. И остров.

Я слышал весь разговор и понял, что они теперь друзья. Эти так не похожие друг на друга парни. Сорока два года искал его. И вот нашел. Я бы тоже хотел иметь такого друга, как Гарик. И такого, как Сорока. Они пошли в логово медведицы. А я ни за что бы не пошел. На медвежат я бы не прочь еще раз взглянуть, а на медведицу, которая ростом в полсосны... лучше не надо! А они вот пошли. И нет у них никакого оружия, даже перочинного ножа. А что, если на этот раз медведица их заметит? Или медвежата закричат?

Наверное, об этом подумала и Аленка. Она схватила меня за руку и спросила:

– Ты ничего не слышишь?

– Думаешь, напала на них?

Мы прислушались. Из бора доносился негромкий треск, будто кто-то нарочно ломал сухие ветки. Закричала и сразу умолкла сорока. Кто-то два раза жалобно сказал: "Бьють-бьють, бьють-бьють!" - и умолк. Птица какая-то. Незнакомая. Я давно приглядывался к сорокам. Нравятся мне эти птицы. Не назойливы, как вороны, и гораздо красивее. А когда сорока через лес летит, - одно удовольствие посмотреть. Ее полет напоминает движение волны: вверх-вниз. Я люблю смотреть, когда сорока летит. А вдруг разъяренная медведица напала на них? Но сороки молчат. Когда опасность, - они кричат. Я почувствовал, как мой страх перед медведем прошел. Стоять под елью и ждать у моря погоды не было больше сил. Я перестал бояться медведицу. Схватив с земли толстый сук с острым концом, я побежал к лесу. Втроем мы как-нибудь отобьемся от зверя. Зацепившись за корягу, я упал, но тут же вскочил и, не чувствуя боли, помчался вперед. У деревьев я остановился перевести дух.

– Ты помнишь то место?
– спросила Аленка. Она бежала за мной.

– Найдем, - сказал я.

Мы услышали голоса. Меж стволов мелькнула клетчатая рубаха Сороки. Вот они вышли на открытое место, и я облегченно вздохнул: оба целы и невредимы. И лица веселые, словно только что вышли из цирка, где увидели веселое представление. И мне немножко стало обидно, что я не успел добежать до берлоги. Пусть я бы не спас их, но постоял бы рядом с ними и посмотрел в глаза медведице. А потом вот так же, широко шагая, плечом к плечу с ними, возвращался из леса.

Аленка смотрела на них. Она покусывала губы и хмурилась. Она тоже из-за них натерпелась страху.

Увидев нас, мальчишки замахали руками, заулыбались.

– Где вы были?
– спросила Аленка.

Они переглянулись.

– Искали вас, - ответил Гарик.

– Нас чуть медведица не слопала, - сказал я.

– Огромная такая...
– стала рассказывать Аленка.
– Ростом в половину этой сосны... Подошла к нам, раскрыла пасть и сказала человеческим голосом: "Вы не видели двух дураков, которые хотят поиграть со мной в догонялки?"

– И еще просила передать привет Кеше, - прибавил я.

А она не сказала вам, что бродить по незнакомому лесу опасно? спросил Сорока.

– Могли бы заблудиться...
– добавил Гарик.

– Мы один раз попробовали, - сказал я.
– Ничего не вышлотлило...

Совсем близко закричали сороки. Одна из них, вереща, вынырнула из леса и перелетела через поляну. Президент проводил ее взглядом и сказал:

– У медведей тоже может лопнуть терпение...

– Чего же мы стоим?
– с тревогой спросила Аленка.

– За мной, - сказал Сорока.

Глина сороковая

Отец и Вячеслав Семенович сидят на крйльце и курят. Лариса Ивановна что-то ищет в багажнике "Волги". Машина стоит на старом месте. Но палатка не разбита. Утром они уезжают в Москву. Отпуск кончается. Заехали за Гариком.

– Ребята обидятся, - говорит Сорока.
– Погости у нас.

Мы сидим на опрокинутой лодке, от которой всегда пахнет рыбой и гнилыми водорослями. Озеро раскинулось перед нами. Оно тихое сегодня, не шелохнется. Паутинками разбегаются круги. Проворные жуки н пауки двигаются по воде. За камышами плавает гагара. Красивая птица. Большая, изящная, как балерина. Она близко не подплывает, боится нас.