Чтение онлайн

Василий проспал три часа и проснулся оттого, что хорошие сны сменились кошмарами. Он потряс головой, медленно спустил ноги с дивана и несколько минут сидел в тяжелой задумчивости. Вопросов было много. Что могло связывать Сашу с сожительницей Морозова? Что делала Саша в том доме? Зачем туда явилась Ольга Викторовна Гузева? И почему она так испугалась и расстроилась, увидев Сашу?

Все было очень странно, и вывод напрашивался один-единственный: без Сашиного участия ему не разобраться. Значит, нужно встряхнуться, выпить крепкого кофе и ехать в тот самый загородный дом.

На всякий случай Василий позвонил Саше домой, но к телефону никто не подошел. Тогда он позвонил ее маме, но и там никого не было. И он набрал номер Даши, Сашиной старшей сестры.

Даша сначала объяснила Василию, что звонить людям по субботам в такую рань — гадство и свинство, и лишь потом, помявшись, раскололась:

— Насколько я знаю, она в гостях у своего ухажера. Или жениха, простите, Вася, за пошлость этого слова.

— Жениха? — Василий не верил своим ушам.

— Типа того. Насколько я поняла сбивчивые объяснения моей сестрицы, она собралась замуж.

— Она что, давно его знает? — спросил Василий упавшим голосом.

— Вась, вы прям, как наша мама: «Девочки, не надо торопиться, надо проверить свои чувства…»

— Чувства?! — Василию казалось, что его бьют ногами. — Но… ваша мама права!

— Наша мама всегда права, — согласилась Даша. — Но это не мешает нам с ней не соглашаться. А уж Шуруп-то всегда все делала наоборот.

— Вот и плохо!

— Телефончик дать? — хитро спросила Даша. — А то Сашка наверняка томится в отсутствие мудрых наставлений. Записывайте…

Василий позвонил.

— Але, — услышал он сонный Сашин голос, — але-але, вас не слышно.

— Привет. — Он старался, чтобы голос его звучал спокойно. — С трудом тебя отыскал. Ты что — в бегах? Боишься уголовной ответственности?

— Васька-киска, — обрадовалась Саша. — Вот что значит настоящий опер! Никуда от тебя не скроешься.

— А ты от меня скрываешься?

— Нет, — просто сказала Саша.

— Раньше ты мне оставляла свои телефоны и адреса.

— Не успела, а ты был занят. Кстати, как дела?

— Все отлично. Но мне срочно нужно кое-что прояснить, а без тебя не выходит. Ты не приедешь сегодня?

Саша молчала.

— Ты слышишь меня? Ты мне нужна.

— Слышу, — тихо сказала Саша. — Но сегодня мне бы не хотелось. Ой, если можно, конечно.

— Нельзя! — отрезал Василий. — И не прикидывайся, пожалуйста! Ты все прекрасно понимаешь. У тебя человека в квартире убили, а ты по дачам разъезжаешь. «Давайте, люди добрые, разгребайте грязь за мной!»

Саша тоже разозлилась:

— Ты, что ль, — добрый человек? Вот новость! Что ж ты раньше это скрывал?

Василий бросил трубку. Что делать?

Капитан Коновалов был гордым человеком и не мог позволить никому, даже Сане, говорить ему гадости. Вместе с тем он чувствовал, что во вчерашней реакции морозовской сожительницы Гузевой на Сашу скрывается какой-то подвох, что-то ненормальное, и разобраться в этом нужно побыстрее.

— Пусть Гоша расхлебывает, — сказал сам себе Василий. — Он-то вне подозрений.

Гоша был дома, но уже не спал.

— Видишь ли, тут наша Саня замуж собралась, — начал Василий.

— Поздравляю! — Гоша замурлыкал мелодию траурного марша.

— Не тот музон, — перебил его Василий. — На свадьбах играют Мендельсона.

— A-а, это смотря какая свадьба. Бывают такие грустные, такие безысходные. Впрочем, у вас с Санечкой, разумеется, ситуация другая. Поздравляю.

— Спасибо, — с чувством сказал Василий. — Тронут. Только замуж она выходит не за меня.

Гоша присвистнул:

— Опа! Непорядочек. На это мы пойтить не могем. Прокуратура «добро» не даст.

— Боюсь, прокуратуру никто не спросит.

— А прокуразуру и спрашивать не надо. Она сама приходит к людям, как праздник, как весна. — Гоша искренне хотел утешить, но не знал — как. — Раз ты мне звонишь, значит, я могу чем-то помочь?

Василий вкратце рассказал о вчерашнем приезде фигурантки Гузевой к дому, где сейчас гостит Саша. Гоша все понял и пообещал заняться проблемой немедленно.

Василий еще с час послонялся по квартире, выкурил с десяток сигарет и, плюнув на гордость, все же решил поехать проведать Сашу. И речи капитана Коновалова, которые он произносил в пути, были обращены к ней. К счастью, речей этих никто не слышал, а то наверняка бы подумал, что рассудок старшего оперуполномоченного помутился.

— Интересно, — выкрикивал он, — как ты мне в глаза смотреть будешь? Очень интересно. Поганка! За все хорошее! Что же со страной такое происходит? Устои, устои-то куда подевались? Молодежь выбирает безопасный секс! Вот куда дело зашло! Мелкие подлые людишки! Замуж за первого встречного. И, конечно, по расчету — домише-то какой себе отгрохал! Мы еще выясним, на какие средства!

Перед въездом в поселок Василий притормозил и задумался. Подъезжать к дому в открытую или понаблюдать из засады? Он выбрал второе и свернул на проселочную дорогу, ведущую в лес. Каково же было его изумление, когда он увидел на обочине дороги знакомый автомобиль, принадлежащий Ольге Викторовне Гузевой.

— Ба, так все уже в сборе! — воскликнул Василий. — Гости съезжались на дачу. Тем лучше. Люблю я очные ставки, хлебом не корми.

От дома, интересующего старшего оперуполномоченного, веяло покоем и благополучием. Подтянувшись на заборе, Василий убедился, что двор пуст, только кавказская овчарка грелась на нежарком зимнем солнышке, раскинув лапы в стороны. Дорожка к дому была расчищена от снега, так что определить по наличию следов, есть ли в доме гости, не представлялось возможным. Гоша, судя по всему, еще не приехал, хотя и пообещал «срочно подключиться».

Подойти к дому незаметно не удалось бы — овчарка, несмотря на ее нынешний мирный вид, все же вселяла тревогу. Не съест, так разорется. И Василий пошел вдоль забора, надеясь, что с другой стороны дом никто не охраняет. Он только-только свернул за угол, как услышал за спиной шум двигателя. Насколько можно было судить по звукам, машина остановилась как раз у ворот дома. Василий осторожно выглянул и чуть было не вскрикнул от удивления — да-а, плотность сюрпризов на один день превышала все мыслимые пределы: из роскошного «Мерседеса», украшенного двумя синими мигалками, медленно вылезал известный всей стране лидер одной из фракций Государственной Думы.