Чтение онлайн

Антэй сдержал смешок. Да уж, граф как-то чрезмерно озаботился комфортом своих гостей. Надо бы проверить студенток. Чем гостеприимный хозяин их развлекает? Как бы потом не пришлось разгребать последствия этих развлечений. Он почему-то представил Шелли, рассекающую по коридорам особняка на метле. Лиму могли, наверняка, заинтересовать любовные романы, если они здесь имеются. А вот чем сейчас занимается Ниара? Чем можно увлечь эту странную особу?

Антэй убрал с плеча руку служанки и строго спросил:

— Как тебя зовут?

— Ириза, господин.

— Вот что, Ириза. Если хочешь услужить, то ступай и узнай потихоньку, чем занимаются остальные гости. Только так, чтобы они не заметили. Получишь за это серебряную монету. Согласна?

— Еще бы! Да это я мигом, господин!

Ждать пришлось недолго. Антэй с интересом поглядывал на бутылку вина, но все-таки решил, что утром ему нужна свежая голова. Да и вообще, на сегодня ознакомления с трудами Жихара достаточно. Если завтра утром он будет клевать носом от недосыпа, можно проморгать что-то важное или даже опасное.

Ириза впорхнула в библиотеку почти неслышно. На лице её царило загадочное и таинственное выражение.

— Ну и что ты узнала? — Антэй расслабленно откинулся на спинку кресла и вытянул ноги.

Служанка остановилась в двух шагах от него и с видом заговорщицы прошептала:

— Молодой хозяин в большой гостиной развлекает девиц игрой в карты. Светловолосая девица мухлюет, а молодой хозяин проигрывает. Играют на щелбаны.

— Сколько девиц в гостиной с Риккардо?

— Две. Одна светловолосая, вторая щекастенькая и кучерявенькая.

Понятно. Значит Шелли и Лима в компании Риккардо играют в карты. Хорошее занятие для благовоспитанных девиц, лучше не придумаешь.

— А третья девица?

— А третья с хозяином в малой гостиной беседу ведет. Хозяин распорядился принести вина и шоколад для девицы.

— И о чем же беседа?

Ириза пожала плечами:

— А вот это не знаю, господин. Вы же сами сказали, незаметно узнать. Но девица эта смеется, аж за дверьми закрытыми слышно. Да вы не переживайте, хозяин знает, как женщинам угодить.

— Хорошо, Ириза, ступай.

То, что сообщила служанка, сильно удивило Антэя. Нет, дело не в студентах, играющих в карты. Тут-то как раз было все понятно. Шелли мухлюет, Риккардо получает щелбаны от ведьмы. Все как положено. Но то, что Ниара уединилась с вампиром в малой гостиной, граф угощает её шоколадом, а целительница хохочет над его шутками никак не укладывалось в голове мага. Антэй вдруг понял, что никогда не видел смеющейся Ниары. В основном она хмурится и недовольно поджимает губы. А какой-то вампир развлекает её. Антэй почувствовал досаду. На всю эту ситуацию. Пока он здесь занимается поисками разгадки проклятия, граф пользуется положением. Да и Ниара хороша. Неужели не понимает как это безответственно, легкомысленно. Лучше бы вместе со студентками в карты играла!

Он убрал недочитанную рукопись и потянулся. Пол дня просидел тут. Ну ничего, завтра предстоит конная прогулка. Разомнется.

Покинув библиотеку, он поднялся на второй этаж. Ага, так значит большая гостиная это тот самый холл на втором этаже. Трое студентов были так увлечены, что не заметили преподавателя. Шелли, с ехидной улыбочкой щедро ставила щелбаны вампиру. Риккардо с философским спокойствием принимал поражение. Лима, задумчиво наблюдая за этой сценой, накручивала завиток волос на палец.

— А не пора ли по комнатам?

Студенты отвлеклись от своего развлечения.

— Завтра после завтрака выдвигаемся в сторону Ведьминого леса. Так что все должны быть максимально собраны. Марш по комнатам.

Антэй невольно почувствовал себя стариком занудой. А ведь еще относительно недавно он сам засиживался допоздна, нарушая режим Академии. Нет, вовсе не игра в карты настолько увлекала студента Антэя Диантоса. Дневники знаменитых магов были страстью Антэя. Он зачитывался ими чуть ли не до утра.

Но студенты безропотно подчинились и молча разбрелись. Комната Риккардо оказалась тут же, крайней с другой стороны холла. Может пора и еще одну участницу экспедиции призвать к порядку? Но Антэй отказался от этой мысли, представив как нелепо он будет выглядеть, если нарушит уединение графа и Ниары в неподходящий момент. Он представил девушку в объятиях вампира и передернулся. Ну не могла Ниара быть настолько глупой и неразборчивой. Он ушел в свою комнату и через несколько минут поймал себя на том, что постоянно прислушивается к звукам. Его комната находилась между спальнями Ниары и графа. Но ни с той, ни с другой стороны не доносилось ни звука.

Проворочавшись в своей постели с полчаса, маг понял, что не уснет. Он вышел на балкон и вдохнул полной грудью ночной прохладный воздух. Вокруг царила такая темнота, что вглядываться было совершенно бесполезно. Что же случилось здесь много лет назад? Почему засох лес? Что с ним сотворили ведьмы? Столько земель обезлюдели. И что, кроме неприятностей, можно отыскать в этом мертвом лесу?

Тут на соседнем балконе появилась Ниара. Антэй, который стоял на своем балконе, прислонившись к балконной двери, остался ею незамеченным. Целительница подошла к самым перилам и, раскинув руки в стороны, громко вдохнула. Потянулась, обняла себя руками и вдруг громко прошептала:

— Я вернулась, Мать Прародительница. Великая Синара, будь милостива к своей дочери, прими её и надели силой.

Ниара нарисовала рукой в воздухе замысловатый символ и так же беззвучно покинула балкон. Антэй только сейчас заметил, что невольно сдерживает дыхание. Что это вообще сейчас было? Замысловатое ругательство на санежском наречии сорвалось с его губ. Ниара не может быть ведьмой по определению! Ризвут не стал бы привлекать к целительству обладателя темной магии. Сила Ниары не является темной магией, Антэй убедился в этом. Что вообще происходит?

Утро выдалось пасмурным. Небо было затянуто серой пеленой и обещало если не вечером, то ночью пролиться дождем. Антэй хмурым взглядом оглядел студентов, которых продолжал считать своими подопечными, несмотря на то, что эту экспедицию возглавлял граф Буэрдо. А сам вампир нисколько не возражал, что кто-то другой взял на себя ответственность. Его беспечность раздражала Антэя. К счастью, все участники экспедиции умели сидеть верхом. И только Шелли пренебрежительно фыркнула и кивнула на свою метлу: