Чтение онлайн

— Я хочу домой, — сказал наконец пришедший в себя Шеко. — Пока.

— Беги домой и ложись в постель.

— Сам знаю, не маленький.

— И ты марш в постель! Живее! — скомандовала Анаит, едва я оделся.

Они уложили меня в постель и укрыли всеми одеялами, которые нашлись в доме.

— Тебе придется лежать так до тех пор, пока твоя температура не сравняется с температурой воздуха, — профессиональным тоном произнес Саак и обмотал шалью мой лоб.

— Горю! — шептал я. — Горю! Помогите! Воды!

— Холодной нельзя, — запретил Саак.

— Надо вызвать врача, — предложил папа.

— Да, вы правы.

— Не хочу врача, не надо, хочу воды, — захныкал я, но на меня никто не обращал внимания.

Что было дальше, я уже не помню, потому что совсем перестал соображать. Потом мама говорила, что я бредил всю ночь, и она не отходила от моей постели.

— Это будет тебе уроком, — сказал папа через два дня, когда я наконец пришел в себя.

— Если бы не Саак, не знаю, что бы с тобой было, — укоряла Анаит, — нельзя же быть таким, чи карели!

— Больше не буду, не волнуйся, я уже наелся мороженого на целый год, — слабым голосом произнес я и уронил голову на мамины колени.

Через несколько дней мне уже разрешили выходить во двор. Я оделся и увидел… что рубашка и брюки стали мне совсем велики.

Пришлось снова закатать рукава и штанины.

— Давно мы не были в зоопарке, — сказала мама. — Муш, тебе не хочется в зоопарк?

— Лучше, конечно, в джунгли, но на худой конец можно и в зоопарк.

— Решено, едем. Пойду уговорю папу ехать с нами.

В зоопарке я был уже тысячу раз, но всегда возвращался оттуда грустным. Сперва я не понимал, отчего на меня находит такая грусть, но потом до меня дошло, что это от жалости к посаженным в клетки зверям. Как-то я даже решил основать собственный зоопарк, где в клетках будут не звери, а люди. Я бы построил металлические заграждения вдоль всей территории, на которой обитали бы златогривые львы, красавцы тигры, ловкие мартышки и хитрые лисицы, — словом, все-все животные. Представляете, вы проходите мимо льва, а он смотрит на вас с достоинством царя зверей, а не ежится, как мокрая кошка, или дрыхнет весь день в тени. Я бы создал в своем зоопарке все условия для того, чтобы звери были свободными и счастливыми. Для двугорбого верблюда, которого в условиях зоопарка никак не назовешь кораблем пустыни, я бы создал искусственную пустыню с барханами, верблюжьей колючкой и даже оазисом. Но это только мечта, и пока она осуществится, я вынужден соглашаться на обычные посещения обычного зоопарка.

Чудесным воскресным утром мы собрались в зоопарк, где на склоне холма, среди орешин и тутовых деревьев, в тесных клетках и огороженных металлической сеткой прудах живут привезенные со всех концов света несчастные звери и разучившиеся летать птицы. Мама ужасно рада тому, что с нами поедет Саак, с самого раннего утра торчащий на балконе и вздыхающий по моей сестре.

— Чего это он вечно вздыхает? — однажды спросила мама у Анаит.

— Он мечтает сыграть Гамлета, а ему не дают, — пояснила Анаит.

— Поросенок интереснее вашего Гамлета, — сказал я.

— Много ты понимаешь в искусстве, помолчал бы, — обиделась Анаит.

— Ну, на худой конец можно согласиться на роль Отелло, — решил утешить ее папа.

— Он не хочет, — гордо ответила Анаит.

— Почему это?

— Он говорит, что Отелло был низким человеком, он убил любимую жену.

— Молодчина Саак, — сказала мама, глядя в глаза Анаит, — целенаправленный, принципиальный, одаренный молодой человек. Я уверена, что его ждет большое будущее.

На днях мама была в гостях у Саака, беседовала с его матерью, и та сказала:

— У вас чудная дочь.

— Спасибо, — ответила мама, почему-то покраснев.

— Мы бы хотели породниться с вами.

— Мы подумаем, — с достоинством ответила мама.

— А мы уже подумали, — сказала та с улыбкой и обняла мою маму.

Именно с того дня наш и Сааковский балкон стали смотреть друг на друга как-то по-особенному. Наша мама может часами простаивать на балконе, беседуя с матерью Саака, хотя до сих пор сама недоумевала по поводу соседок, с утра до вечера торчавших на балконах и обсуждавших последние новости. Только наши отцы почему-то ни с того ни с сего перестали тепло общаться друг с другом, как прежде, и теперь чинно раскланивались при каждой встрече. В чем дело, я так и не понял, тем более, что мама сказала, будто это ужасно сложные и запутанные вещи, в которых разбираются только сами мужчины, главное, что Саак и Анаит понимают друг друга.

— Муш, будешь вести себя прилично, — предупредила меня Анаит.

— А что значит вести себя прилично?

— Не бегать, не кричать, не трогать животных, не лезть за ограду.

— А зачем мне лезть за ограду?

— Вот и я думаю, незачем. Муш, миленький, я так волнуюсь, со мной происходит что-то невероятное. Пожалуйста, не отходи от меня, ладно?

— Не волнуйся, я буду держать тебя за руку.

— Я не боюсь, просто как-то боязно.

Итак, прекрасным воскресным утром «Чайка» была готова к взлету. Я уселся между Сааком и сестрой и крепко сжал ее руку.

— Поехали, — скомандовал папа и махнул рукой наблюдавшим с балкона родителям Саака, помахавшим нам в ответ.

«Чайка» вылетела со двора, набрала скорость и смешалась с другими железными птицами, сновавшими по городу.

В зоопарке было столько народу, что пробиться к клеткам было просто невозможно. Люди смотрели на обитателей клеток и весело хохотали.

— Отчего они смеются? — удивился я.

— Оттого, что животные очень смешные, — решил объяснить Саак. — Однажды мне поручили роль медведя, и я приходил сюда каждый день, чтобы перенять медвежьи повадки. Очень смешно, правда? — сказал он, ища во мне поддержки, но я промолчал в ответ.

— Кхм, кхм, — смущенно прокашлял папа, — мне кажется, нам лучше разбиться на две группы. У вас, молодых, свои интересы, у нас свои.

— Правильное предложение, — поддержала мама.

— Как скажете, — ответил Саак серьезно. Можно было подумать, что он нисколько не обрадовался этому.

— Муш, веди себя прилично. Не отпускайте его от себя, — предупредил папа напоследок.

— Не беспокойтесь, я буду следить за ним, — успокоил Саак, и я протянул руку сестре.

— Ну, пока, — улыбнулась мама, — встретимся у входа.

Мы смешались с толпой. Люди смеялись, перекликались, переходили от одной клетки к другой, откуда на них грустно смотрели звери, думая о чем-то своем.

— Мама, обезьяна съела конфетку в обертке! — захлопала в ладоши какая-то девочка.

Другая посмотрела на нее строго, как учительница, и сказала:

— Написано же: «Кормить зверей запрещается!»

— Муш, пошли ко льву, — Саак потащил меня за рукав.

— А обезьяны?

— После. Отгадай загадку.

— Ну?

— По обе стороны ворот королевского замка привязаны бык и лев. Перед быком лежит мясо, а перед львом — сено. Как ты должен поступить, чтобы бык и лев пропустили тебя в замок?