Чтение онлайн

— Потом, потом поговорите, а теперь все в зал, представление начинается, — скомандовала Ермония Бадаловна.

— Пусть все пройдут в зал, а вы вместе с этим невоспитанным мальчишкой пройдите к директору, — подскочила к нам дежурная по фойе.

— Пусть мальчик смотрит спектакль, я сама разберусь с директором, — ответила Ермония Бадаловна и гордо пошла в направлении директорского кабинета.

Я вошел в зал последним, когда свет уже погас, и меня никто не заметил. Я на ощупь нашел пустое кресло, сел, и тут на сцену выскочила старая ведьма, та самая, в которой я совсем недавно сидел. Она отплясывала вокруг своей метлы, кричала противным голосом, стараясь показаться страшной, но никто ее не боялся, зрители хохотали и дружно аплодировали, и только я один сидел удрученно: мои ноги не доставали пола.

После проливного дождя на лазурном небе вновь засияло солнышко.

— Дождь кончился, дождь кончился! — радостно выбежал из палатки Чикарели. — Я больше ничего не буду рассказывать, — заявил он и скрылся в траве.

— Эй, Чикарели, где ты? — позвал я.

— Не волнуйся, я здесь, — отозвался он. — Чаю хочешь?

— Чаю?

— Да, чаю, что ты так удивился? Вот твоя чашка, — сказал он, появившись с цветком лилии в руках.

Он подходил к цветкам, отжимал по капле нектар, а завершив дело, протянул чашечку мне.

— Спасибо, — улыбнулся я, осторожно взяв цветок.

— Пей на здоровье, — радостно сказал он.

Честное слово, я никогда не пил ничего вкуснее напитка, приготовленного Чикарели.

— Может быть, ты все-таки продолжишь свою историю? — спросил я своего маленького друга, отложив цветок.

— Я больше ни о чем не хочу рассказывать, — ответил он, раскачиваясь на стебле, — мне так грустно от воспоминаний, что хочется плакать.

— Плачем делу не поможешь, возьми себя в руки. Я постараюсь помочь тебе, — обнадежил я.

— Интересно, что сейчас делают наши? Мама с папой на работе, Анаит скоро вернется с лекций и пойдет вечером в кино с Сааком, ребята играют в футбол с командой четвертого дома… Эх, проиграют без меня, точно проиграют… Пожалуйста, помоги мне!

— Но я не знаю, что делать. Предлагаю тебе пожить у меня, пока мы вместе что-нибудь придумаем.

— Нет-нет, я никуда не уйду отсюда. Позавтракаю земляникой и подожду бабочек, пусть возьмут меня с собой.

— Не отчаивайся, малыш, сегодня у нас понедельник, до воскресенья достаточно времени. Родители знают, что ты стал таким крохотным?

— Я же сказал нет. Они видели, как я уменьшаюсь с каждым днем, но в таком виде меня никто еще не видел. Помнишь, я рассказывал тебе, как мама и Анаит забеспокоились? Я потом подслушал их разговор с папой. Папа сказал, что летом все дети худеют что меня надо отправить в деревню отдохнуть, набраться сил. А потом…

Он снова умолк.

— Может быть, все-таки расскажешь, что ты натворил до того, как стал таким?

— Ох, снова вспоминать, рассказывать… — вздохнул он. — В общем, так. Возвращаясь в деревню с дедушкиной пасеки, я наткнулся на муравейник и мне почему-то захотелось разворошить его, поглядеть, что там внутри. Я взял палку и принялся за дело, а муравьи стали разбегаться. Тут из муравейника вышел большой крылатый муравей, приблизился ко мне, а я ткнул его палкой. Муравьи обступили его, а я собрался идти дальше, как почувствовал, что тону в собственных сандалиях, а ручей неподалеку оказался бурной рекой. Муравьи пошли на меня, я убежал, а дальше ты сам все знаешь: меня спасли бабочки.

— Все ясно, тебя заколдовала муравьиная матка. Надо найти ее и попросить прощения.

— Нет, я туда не пойду.

— Почему?

— Стыдно.

— А вот это мне нравится. Если ты стыдишься своих гадких поступков, значит, ты еще не перестал быть человеком. Подойдешь к муравейнику и попросишь прощения у всех муравьев, — строго велел я.

— Хорошо, — приглушенным голосом произнес он, — только пойдем вместе, ладно?

— Ладно, — радостно согласился я и подставил ему ладонь.

Муравейник, о котором шла речь, находился на расстоянии каких-нибудь пятисот метров от нашего пристанища. Он был пуст. Видимо, муравьи ушли искать себе более надежное место.

— Полюбуйся на свою работу, — сказал я укоризненно, — где мы будем искать муравьев?

— Они не могли уйти далеко, — взмолился Чикарели, — давай обойдем всю округу и отыщем их. Я уверен, что муравьиная матка простит меня.

— А ты бы простил того, кто разрушил твой дом? Ладно, не плачь, лучше подумаем, как быть дальше.

Мы сидели в траве и молчали, не зная, что предпринять. Аромат цветов навевал сладкую дрему, и мы чуть было не уснули под мягкими лучами солнца.

— Нет, так нельзя, — я резко встал, — надо действовать. В Цахкадзоре у меня много знакомых, нужно посоветоваться с ними.

— Только, пожалуйста, не показывай меня никому.

— Ладно, — согласился я, — будь по-твоему.

Мы пошли обратно в сторону Цахкадзора. Дорога шла мимо древнего Кечарисского храма.

— Что это за церковь? — поинтересовался Чикарели.

— Это Кечарисский храм, унаследованный нами от наших славных предков. А быть наследником не только почетно, но и ответственно. Нужно оберегать, хранить, как зеницу ока, каждый из этих говорящих камней, чтобы передать их следующим поколениям. Посмотри-ка, на этой стене высечены солнечные часы, по которым люди когда-то с необыкновенной точностью определяли время. А на этой стене — армянский алфавит, ниже — имена строителей монастыря. Обычно на стенах храмов оставляли надписи о происходящих в стране наиболее важных событиях, высекали национальный орнамент. Взгляни на эту каменную корзину, ее высек юноша по имени Макар. Он был сыном богатых родителей и мог бы провести свою жизнь в роскоши и пирах, но он стал зодчим, он превращал камень в произведение искусства, и люди уже много веков чтят его имя. Только благодаря добрым делам можно навсегда остаться в памяти людей.

Чикарели восхищенно разглядывал орнамент на стенах храма, над которым плыли белые караваны облаков.

— Тебе придется побыть здесь одному, — предложил я, — пока я разыщу кого-нибудь из знакомых, потолкую с ними. Спрячься за этим хачкаром [3] и никуда не уходи.

— Ты скоро?

— Как Получится. Наберись терпения и никуда не уходи, пока я не вернусь.

Выйдя на дорогу, я направился прямо к аптеке, где работал фармацевтом мой давний знакомый. Когда-то, много лет назад, мы вместе увлекались сбором лекарственных трав, но потом я выбрал себе другую профессию, а он стал аптекарем. Он прекрасно знает все лекарственные растения, их предназначение, и люди постоянно обращаются к нему за помощью. Уверенный в том, что мой знакомый непременно найдет способ излечить Чикарели, я спешил к нему, заодно припоминая, к кому можно будет обратиться еще, если он не сможет ничего придумать.