Чтение онлайн

Это письмо съ родительскими увщаніями было вложено въ письмо доктора къ Сестриц, въ которомъ онъ выхвалялъ открытіе, сдланное имъ и другими учоными господами, одного лекарства, которое имло благотворное дйствіе въ болзняхъ, которыми завималась мистриссъ Брандонъ, и онъ былъ увренъ, что продажа этого лекарства поправитъ его разстроенное состояніе. Онъ указывалъ на болзни, въ которыхъ особенно было полезно это лекарство. Онъ присылалъ его и наставленіе, какъ употреблять мистриссъ Брандонъ, которая могла попробовать его дйствіе на своихъ паціентахъ. Онъ писалъ, что подвигается медленно, но твёрдо въ своей медицинской профессіи, хотя, разумется, онъ долженъ былъ страдать отъ зависти своихъ собратовъ. Нужды нтъ! Онъ былъ увренъ, что для всхъ нихъ настанутъ лучшія времена, когда его сынъ увидитъ, что какіе-нибудь жалкіе сорокъ фунтовъ не помшаютъ ему заплатить вс его долги. Мы вс искренно желали, чтобъ наступилъ день, когда отецъ Филиппа будетъ въ состояній расплатиться со своимъ долгами… А между тмъ издателемъ нью-йоркской газеты было сообщено прямо посылать деньги къ ихъ лондонскому корреспонденту.

Хотя мистеръ Фирминъ хвалился своимъ вкусомъ, какъ помощникъ издателя Пэлль-Мэлльской газеты, я долженъ признаться, что его начальникъ часто имли причину сердиться на него. Однихъ хвалили въ газет, на другихъ нападали. Восхищались скучными книгами, нападали на весёлыя. Однихъ хвалили за вс, другихъ критиковали, что бы они на длали.

— Я нахожу, говаривалъ Филиппъ:- что, особенно въ критик такъ часто имются частныя причины для похвалы и осужденія что я съ своей стороны радъ, что моя обязанность состоитъ только въ томъ, чтобъ читать корректуры. Напримръ Гэррокъ трагикъ отлично играетъ, его игра въ каждой пьес составляетъ его величайшее торжество. Очень хорошо. Гэррокъ и мой хозяинъ короткіе друзья и обдаютъ другъ у друга, конечно Мёгфорду пріятно хвалить его друга и помогать ему во всёмъ. Но Бальдерсонъ тоже прекрасный актёръ. Почему же нашъ критикъ не видитъ его достоинствъ, какъ гэррокковыхъ? Въ бдномъ Бальдерсон не находятъ никакихъ достоинствъ. О нёмъ говорятъ съ насмшкой или въ холоднымъ осужденіемъ, между тмъ какъ для его соперника цлью столбцы наполняются лестью.

— Какой вы странный, мистеръ Фирминъ, прошу извинить, замтилъ Мёгфордъ въ отвтъ на простое возраженіе помощника редактора. — Какъ мы можемъ хвалить Бальдерсона, когда Гэррокъ нашъ другъ! Мы съ Гэррокомъ закадычные друзья. Наши жоны искреннія пріятельницы. Если я позволю хвалить Бальдерсона, я сведу съ ума Гэррока. Разв вы не видите, что я не могу хвалить Бальдерсона изъ простой справедливости къ Гэрроку!

Быль еще одинъ актеръ, на котораго Бикертонъ вчно нападалъ. Они были въ ссор и Бикертонъ метилъ такимъ образомъ. Въ отвта на возраженія Филиппа Мёгфордъ только смялся.

— Они враги, и Бикертонъ нападаетъ на него, какъ только представится случай. Это ужъ въ природ человка, мистеръ Фирминъ, говорилъ хозяинъ Филиппа.

— Великій Боже! заревлъ Фирминъ: — неужели вы хотите сказать, что этотъ человкъ на столько подлъ, что своего частнаго врага поражаетъ печатно?

— Частнаго врага! частнаго врага, мистеръ Фирминъ! кричитъ хозяинъ Филиппа. — Если бы у меня были враги — а они у меня есть, въ этомъ нтъ никакого сомннія — и раздлываюсь съ ними, какъ и когда могу. И позвольте вамъ сказать, мн не нравится, чтобы моё поведеніе называли низкимъ. Это естественно, это справедливо. Можетъ-быть вамъ пріятно хвалить вашихъ враговъ и бранитъ друзей? Если такъ, позвольте мн сказать вамъ, что вамъ не слдуетъ заниматься въ газет, лучше заняться какимъ-нибудь другимъ ремесломъ.

И хозяинъ разстался съ своимъ подчиненнымъ нсколько разгорячившись. Мёгфордъ даже говорилъ со мною о непокорности Филиппа.

— Что его онъ вздумалъ лишать себя куска хлба? Поговорите съ нимъ объ этомъ, мистеръ Пенденнисъ, а то мы поссоримся, а мн этого не хотлось бы для его жены, такой деликатной бдняжечки.

Всякій, кто зналъ характеръ Филиппа такъ какъ знали мы, зналъ также, какъ мало совты и увщанія дйствовали на него.

— Боже мой! сказалъ онъ мн, когда я старался убдить его принять примирительный тонъ съ его хозяиномъ: — или вы хотите, чтобъ я сдлался рабомъ Мёгфорда? Онъ, пожалуй, станетъ ругать меня такъ, какъ ругаетъ наборщиковъ. Онъ иногда заглядываетъ ко мн въ комнату, когда разсержонъ, и такъ вытаращитъ на меня глаза, какъ будто хочетъ схватить меня за горло, а потомъ скажшетъ слова два и уйдёть, и я слышу, какъ онъ бранитъ наборщиковъ въ корридор. Я увренъ, что скоро онъ примется и за меня. Я говорю вамъ, рабство начинаетъ остановиться ужасно. Я просыпаюсь во ночамъ со стономъ, а бдная Шарлотта тоже проснётся и спроситъ: "- Что съ тобою, Филиппъ?" А я отвчаю. "- Это ревматизмъ." Ревматизмъ!

Разумется, друзья Филиппа обращались къ нему съ пошлыми утшеніями. Онъ долженъ быть кротокъ въ своёмъ обращеніи. Онъ долженъ помнить, что его хозяинъ не родился джентльмэномъ, и что хотя онъ былъ грубъ и пошлъ въ разговор, сердце у него доброе.

— Нечего мн говорить, что онъ не джентльмэнъ, я это знаю, отвчалъ бдный Филь. — Онъ добръ къ Шарлотт и къ малютк это правда, и его жена также. Но всё-таки я невольникъ. Онъ меня кормить. Онъ еще меня не прибилъ. Когда я былъ въ Париж, я не такъ сильно чувствовалъ свои оковы. Но теперь он невыносимы, когда я долженъ, видть моего тюремщика пять разъ въ недлю. Моя бдная Шарлотта, зачмъ я вовлёкъ тебя въ эту неволю?

— Я полагаю затмъ, что вамъ нужна была утшительница, замтила одна изъ совтницъ Филиппа. — А неужели вы думаете, что Шарлотта была бы счастливе безъ васъ? Чей домъ счастливе вашего, Филиппъ? Вы сами сознаётесь въ этомъ, когда бываете въ лучшемъ расположеніи духа. У кого нтъ своей ноши? Вы говорите иногда, что вы повелительны и запальчивы. Можетъ-быть ваше невольничество, какъ вы это называете, полезно для васъ.

— Я самъ обрёкъ на него себя и её, сказалъ Филиппъ, повсивъ голову.

— Разв она раскаявается? спросила его совтница. — Разв она не считаетъ себя счастливйшей женой на свт? Посмотрите, Филиппъ, вотъ записка, въ которой она это говоритъ вчера. Угодно вамъ знать о чомъ эта записка? прибавляетъ утшительница съ улыбкой, — Она проситъ рецептъ того кушанья, которое вамъ понравилось въ пятницу; она и мистриссъ Брандонъ приготовятъ это кушанье для васъ.

— И вы знаете, говоритъ другой другъ Филиппа:- что она сама охотно изрубила бы себя въ куски и подала вамъ съ сливочнымъ соусомъ.

Это было неоспоримо справедливо. Разв друзья Филиппа не длали справедливыхъ замчаній, когда посщали его въ огорченіи? Бдный Филиппъ не былъ терпливъ, но еще терпніе его не лопнуло. Я не стану подробно описывать эту часть его карьеры и выставлять моего друга голоднымъ и бднымъ. Онъ теперь обезпеченъ, слава Богу! но онъ долженъ былъ пройти черезъ трудныя времена. Онъ никогда не выставлялъ себя геніальнымъ человкомъ, не былъ и шарлатаномъ, которому легко прослыть геніемъ.

Черезъ шесть мсяцевъ издатель нью-йоркской газеты убжалъ изъ этого города, унеся съ собой тощую кассу, такъ что сотрудничество въ этой газет не принесло нашему другу ровно ничего. Но если одна рыба поймана и съдена, разв не осталось больше рыбъ въ мор? Въ это самое время, когда я находился въ уныніи относительно длъ бднаго Филиппа, Трегарвану, богатому корнуэлльскому члену парламента, показалось, что Верхняя Палата пренебрегаетъ его рчами и его взглядами на иностранную политику, что жена секретаря министра иностранныхъ длъ была очень невнимательна къ лэди Трегарванъ, и что пэрство, котораго онъ желалъ такъ давно, слдовало ему дать. Сэръ Джонъ Трегаринъ обратился къ литературнымъ и политическимъ господамъ съ которыми онъ былъ знакомь. Онъ хотлъ издавать Европейское Обозрніе. Онъ хотлъ обнаружить умыслы какого-то тайнаго могущества, которое угрожало Европ. Онъ хотлъ выставить въ настоящемъ свт министра, который пренебрегалъ честью своей страны и забываетъ свою честь, министра, надменность котораго англійскіе джентльмэны не должны боле терпть. Сэръ Джонъ, низенькій человкъ, съ мдными пуговицами, съ большой головой, который любитъ слышать свои голосъ, пришолъ къ писателю этой біографіи; жена писателя была у него въ кабинет, когда сэръ Джонъ излагалъ свои виды довольно подробно. Она слушала его съ величайшимъ вниманіемъ и уваженіемъ. Она съ ужасомъ услыхала о неблагодарности Верхней Палаты, изумилась и испугалась его изложенія умысловъ этого тайнаго могущества, интриги котораго угрожали спокойствію Европы. Она глубоко заинтересовалась идеей основать Обозрніе. Онъ, разумется, самъ будетъ редакторомъ, а… а…

Тутъ эта дама взглянула черезъ столъ на своего мужа съ страннымъ торжествомъ въ глазахъ; она знала, они оба знали, человка, который лучше всхъ на свт годился въ помощники сэру Джону — джентльмэна воспитывавшагося въ университет, человка отлично знавшаго европейскіе языки, особенно францаскій. Читатель наврно угадаетъ, кто былъ этотъ человкъ.

Трегарванъ давно покоится возл своихъ предковъ, Европа давно обходится безъ своего Обозренія, но учрежденіе этого органа принесло большую пользу Филиппу Фирмину и помогало ему доставлять своей семь насущный хлбъ. Когда въ дтской Филиппа появился второй ребёнокъ, онъ хотлъ перехать съ квартиры въ Торнгофской улиц, еслибы не настойчивыя просьбы Сестрицы.

Хотя у Филиппа Фирмина было очень признательное сердце, вс сознавались, что онъ бывалъ непріятенъ иногда, запальчивъ въ разговор и вспыльчивъ въ поступкахъ, и мы теперь дошли до того періода въ его исторіи, когда онъ имлъ ссору, въ которой, я съ сожалніемъ долженъ сказать, онъ былъ неправъ.

Я уже говорилъ, какъ давно Мёгфордъ и Филиппъ были раздражены другъ противъ друга.

— Если Фирминъ бденъ какъ крыса, это не причина, чтобъ онъ принималъ такое обращеніе и такъ важничалъ съ человкомъ, который даётъ ему насущный хлбъ, довольно справедливо доказывалъ Мёгфордъ. — Какое мн дло до того что онъ воспитывался въ университет? Чмъ я хуже его? Я лучше его мошенника отца, который тоже воспитывался въ университет и жилъ въ знатномъ обществ. Я самъ сдлалъ себ дорогу въ свт и содержалъ себя съ четырнадцати лтъ, да еще помогалъ матери и братьямъ, а этого не можетъ сказалъ помощникъ моего редактора, который даже самъ себя не можетъ содержать. Я могу получиь пятьдесятъ такихъ помощниковъ редактора какъ онъ, стоитъ только закричать изъ окна на улицу. Я теряю съ нимъ всякое терпнье!