Чтение онлайн

— Душа моя, отвчалъ этотъ суетный мужъ:- предположи, что Филиппу вздумалось бы купить осла и продавать капусту. Онъ не будетъ длать ничего дурного, но нтъ никакого сомннія, что онъ унизитъ себя въ мнніи свта.

— Унизитъ! сказала лэди, качая головой. — никто не унижаетъ себя выбирая честную профессію. Никто!

— Очень хорошо. Вотъ Грёндсэлль служитъ у насъ за обдомъ. Не попросить ли его ссть съ нами за столъ, а намъ самимъ стать съ салфеткой за стуломъ Грёндсэлля.

— Какой вздоръ!

— Очень хорошо. Грёндсэлль собесдникъ неприличный для насъ, почему же Фплиппъ долженъ оставлять друзей своей юности, бросать клубъ для таверны? Ты не можешь сказать, чтобъ и мистриссъ Брандонъ, какъ она ни добра, была для него приличной собесдницей?

— Если бы у него была добрая жена, онъ имлъ бы собесдницу приличную и былъ бы избавленъ отъ опасностей и искушеній — лучше всего для него тотчасъ жениться! Другъ мой, мн кажется, я напишу къ Шарлотт и попрошу её пріхать къ намъ.

Противъ этого аргумента нельзя было устоять. Пока Шарлотта будетъ y насъ, мы могли быть уврены, что Филинпъ не станетъ искать другого общества. Подл дтской у насъ была уютная комната. Жен моей было пріятно украсить эту комнатку, и такъ какъ въ это время дядя Мэкъ пріхалъ въ Лондонъ по дламъ, молодая двушка пріхала къ намъ вмст съ нимъ и мн хотлось бы описать встрчу её съ Филиппомъ въ нашей гостиной. Это было очень поучительно. Но ни жены моей, ни меня тутъ не было, vous concevez. Мы только услыхали крикъ удивленія и восторга Филиппа, когда онъ вошолъ въ комнату, гд ждала его молодая двушка. Мы только сказали:

— Ступайте въ гостиную, Филиппъ. Вы найдёте тамъ вашего стараго друга маіора Мэка. Онъ пріхалъ вь Лондонъ по дламъ и привёзъ извстія о…

Не нужно было говорить дале, потому что Филиппъ выбжалъ опрометью изъ комнаты. Потомъ раздался его крикъ, потомъ вышелъ маіоръ Мэкъ, такъ смшно подмигивая! Какія хитрости употребляли мы, чтобъ скрыть тайну отъ нашихъ дтей, которыя непремнно разболтали бы её! Я долженъ сказать, что родители приняли предосторожность противъ невинной болтовни и разспросовъ дтей относительно приготовленій маленькой спальной, увривъ ихъ, что она назначается для миссъ Григсби, гувернантки, прибытіемъ которой имъ угрожали давно. Одна изъ нашихъ двочекъ, когда пришолъ Филиппъ, ничего не подозрвавшій, сказала:

— Филиппъ, если вы пойдите въ гостиную, мы найдёте тамъ миссъ Григсби, гувернантку.

Мы знали Шарлотту миссъ Григсби во весь обдъ и на слдующій денъ и смялись, малютка нашъ, который не умлъ еще говорить порядкомъ, навивалъ её миссъ Григсби и смялся громче всхъ. Такъ было весело! Но мн кажется, что Филиппу и Шарлотт было веселе всхъ, хотя можетъ быть они смялись не такъ громко какъ мы.

Когда мистриссъ Брандонъ навстила насъ, Шарлотта покраснла и сдлалась чудно прелестна, когда подошла поцаловать Сестрицу.

— Онъ разсказывалъ мн про васъ! сказала она своимъ мягкимъ голосомъ, разглаживая волосы молодой двушки.

— Знала ли бы я его, если бы не вы не спасли ли вы ему жизнь, когда онъ былъ боленъ? спросила миссъ Бэйнисъ. — И не должна ли я любить всякаго, кто любитъ его?

Мы оставили этихъ женщинъ однхъ на четвергъ часа, и въ это время он сдлались самыми короткими друзьями на свт. Вс наши домашніе, большіе и маленькіе, включая няню (женщину самой ревнивой, повелительной и безпокойной врности), получили хорошее мнніе о нашей кроткой и молоденькой гость и ухаживали за миссъ Григсби.

Шарлотта была не такая красавица, чтобъ заставлять другихъ женщинъ говорить ложь, увряя, что она вовсе не Богъ-знаетъ какъ хороша. Въ тотъ періодъ, которымъ занимаемся мы, она имла прелестный цвтъ лица, можетъ быть, оттняемый ея чорнымъ платьемъ. А когда Филиппъ входилъ въ комнату, у ней всегда была готова гирлянда розъ, расцвтавшая на щекахъ ея въ минуту его появленія. Обращеніе ея было такъ просто и непринуждённо, что не могло не быть хорошо, потому что она была признательна, правдива, незанята собой, неприхотлива и принимала участіе въ другихъ. Очень ли умна была она? Я никогда этого не говорилъ — хотя, я не сомнваюсь, она цнила умъ нкоторыхъ мущинъ (объ имени которыхъ не кчему упоминать).

— Не великолпное ли это созданіе? кричалъ Филиппъ въ достопамятный вечеръ ея прізда, когда она и другія дамы ушли спать. — Чмъ я заслужилъ такое чистое сердечко? Я слишкомъ счастливъ, слишкомъ!

Голосъ его прервался за его трубкой и онъ отёръ кулакомъ глаза, сіявшіе радостными и признательными слезами. Когда фортуна даётъ такую милость человку, мн кажется, мы не должны жалть о томъ, чего она его лишаетъ. Когда Филиппъ ушолъ въ полночь (ушолъ? его выгнали, а то онъ наврно продолжалъ бы разговаривать до разсвта) при дожд, бившемъ его въ лицо, и съ ста фунтами въ карман, составлявшими всё его имущество, я думаю, что на свт не было человка счастливе и богаче его, потому что не обладалъ ли онъ сокровищемъ, котораго онъ не могъ бы купить и не захотлъ бы продать ни за какое богатство на свт?

Моя жена можетъ говорить что хочетъ, но это она причиною приглашенія миссъ Бэйнисъ и всего что случилось потомъ. При намёк, что она будетъ дорогой гостьей въ нашемъ дом въ Лондон, гд находилось сокровище ея сердца, Шарлотта Бэйнисъ тотчасъ бросила свою милую тетку въ Тур, которая была такъ къ ней добра, своего милаго дядю, свою милую мама, всхъ своихъ милыхъ братьевъ, слдуя тому обыкновенному закону, который повелваетъ, чтобы женщина, при извстныхъ обстоятельствахъ, оставила домашній кровъ, родителей, братьевъ, сестёръ для одного человка, который длается, для нея дороже всхъ. Мистриссъ Бэйнисъ, вдова, ворчала на неблагодарность дочери, но въ своёмъ согласіи не отказывала. Можетъ быть она узнала, что Гели, втренный поклонникъ Шарлотты, перепорхнулъ на другой цвтокъ и что гоняться за этимъ мотылькомъ было бы напрасно, или можетъ быть она услыхала, что онъ проведётъ весну — сезонъ мотыльковъ — въ Лондон, и надялась, не вспорхнётъ ли онъ опять къ ея дочери. Какъ бы то ни было, она обрадовалась, что ея дочь приняла приглашеніе къ какъ въ домъ, и созналась, что бдная двушка до-нихъ-поръ мало пользовалась удовольствіями въ жизни. Скромный чемоданчикъ Шарлотты былъ уложенъ и бдную двушку отослала мать съ весьма малымъ запасомъ карманныхъ денегъ. Но эта экономная женщина сама имла мало, и изъ этой малости ршалась дать какъ можно меньше.

— Мать сказала Шарлотт, что ей пришлётъ денегъ въ слдующій вторникъ, сообщилъ намъ маіоръ: — но между нами, я сомнваюсь въ этомъ. Между нами, моя свояченица всегда общаетъ деньги во вторникъ, но и середа наступить, а она денегъ не дастъ. Я не могъ не дать двочк нсколько гиней, но вотъ увидите, во вторникъ деньги не придутъ.

Опровергнуть или подтвердить долженъ я слова маіора? Я скажу, что во вторникъ Шарлотта получила отъ матери письмо, увдомлявшее, что одинъ изъ ея братьевъ и младшая сестра оставались у тёти Мэкъ, а такъ какъ Шарлотта счастлива у своихъ гостепріимныхъ и добрыхъ друзей, то нжная, овдоввшая матъ не будетъ мшать счастью своей милой дочери.

Было уже сказано, что три женщины составили заговоръ въ пользу этой молодой двицы и ея жениха. Черезъ три дня посл прізда Шарлотты къ намъ въ домъ, моя жена стала настойчиво уврять, что поздка за городъ сдлаетъ пользу двушк, наняла коляску, одла Шарлотту къ лицу и ухала къ мистриссъ Мёгфордъ въ Гэмпстидъ. У мистриссъ Мёгфордъ была мистриссъ Брандонъ, разумется случайно, и я увренъ, пріятельница Шарлотты наговорила комплиментовъ мистриссъ Мёгфордъ на счотъ ея сада, дтской, завтрака, всего что принадлежало ей.

— Что же за бда? говоритъ мистриссъ Мёгфордъ, разсуждая объ извстномъ предмет. — Мы съ Мёгфордомъ обвнчались имя два фунта въ недлю, и при двухъ фунтахъ въ недлю родились двое старшихъ дтей. Иногда приходилось тяжело, но мы всё-таки были счастливы; а я уврена, что если человкъ не рискуетъ немного, то онъ не заслуживаетъ многаго. Я знаю, что я рискнула бы, будь я мущина, жениться на такой хорошенькой двушк. Я сочла бы малодушнымъ того молодаго человка, который мшкалъ бы, тогда какъ ему стоило сказать слово, чтобъ быть счастливымъ. Я считала мистера Фирмина храбрымъ, мужественнымъ джентльмэномъ. Или вы хотите, чтобы я имла дурное имніе о нёмъ, мистриссъ Брандонъ? Еще немножко этого крема, душечка. Онъ очень хорошъ. У насъ былъ вчера обдъ и изъ города приглашали нарочно повара.