Приключения Красной Беретки
Шрифт:
— Меня это жутко интересует, — сказала Беретка.
— Вы представляете, что такое вирус? Просто вирус, или компьютерный вирус. Не важно. То ли сказка о Красной Шапочке была вирусом, то ли эта сказка была носителем для вируса… Вирус – это вирус нелогичности, вызвавший мировую эпидемию. Потому нелогичность везде и во всем. После того, как эта сказка проникла в науку, из нее стала уходить логика. И стали уходить люди, приверженные логике. И всё, всё стало нелогичным.
— А логике можно научить? – спросила Келли.
— Я думаю, правилам логики научить можно, — сказала Беретка, — но люди резко делятся на две группы: одни применяют логику, а другие не применяют. Правилам научить можно, а свободному применению – нельзя. Я думаю, способность логического подхода – она врожденная. Как и любопытство.
— Я соглашусь, — сказал Историк, — если бы логике можно было научить, в гуманитарных науках все бы давно научились применять логику. Логика – это главное! Такое мое скромное заключение. Но они не научились. Они именно потеряли логику. А в этих науках есть только массив данных и логика!
— Логике нельзя научить, как и любопытству, — сказала Келли.
— А сказка про Красную Шапочку нелогична, — вспомнила Беретка.
— Она совершенно нелогична. И насколько она нелогична, настолько нелогична современная историческая наука. Потому что сказка есть фундамент.
— Но как эта сказка оказалась фундаментом исторической науки? — спросила Келли.
— Понимаете, после того, как ради политкорректности были отменены даты, на это место нужно было что-то поставить.
— А какой была древняя система?
— В древние времена летоисчисление определялось цифрами. Но поскольку у разных народов были разные цифры, было решено от цифрового летоисчисления отказаться. Разные системы летоисчисления могли вызывать конфликты и были политически некорректны – люди могли болезненно воспринимать год, написанный чужой цифрой. Более того – с цифрами были связаны негативные события в жизни народов, которые тоже могли оскорбить чьи-то чувства. Поэтому были принята существующая сейчас система двенадцати животных. Сейчас год быка, за ним будет год тигра. Через двенадцать лет круг повторится. И никаких конфликтов. Но тоже никому этого не говорите… Не то что секретно, но… сами понимаете.
— С картами произошла та же история, — протянула Келли.
— Конечно. Ничто так не разжигало конфликты, как карты.
— Как я понимаю, после отмены дат и карт на их место в исторической науке была поставлена сказка про Красную Шапочку. И все ссылки, которые вели к датам и картам, были перенаправлены на эту сказку, — Беретка вопросительно посмотрела.
— История без дат и карт обладает каким-то непонятным обаянием. Вроде бы вся суть истории исключена – но удивительно, она именно начинает проявляться.
— Наверно, даты и карты не были сутью истории. Нужно заметить, что именно тогда, когда история располагала и датами и картами, про нее было сказано, что «история учит только тому, что история никого ничему не учит», — Беретка улыбнулась и пожала плечами.
— Мы начали с политкорректности, потом перешли к исторической корректности, потом – к психологической корректности. И закончили полной корректностью, где только выражение серости признавалось правильным поведением. Та же серость стала считаться и правильным прошлым, и правильным будущим. Все было из благих пожеланий. Потому что нельзя запретить обижать людей, не запретив обижать серость. А чтобы не обижать серость, нужно врать, что она не серость…
– --
— Спасибо, мне все понятно, — сказала Беретка, — а какие у вас еще есть интересные секреты?
— Неполиткорректные, — улыбнулась Келли.
— Эти секреты везде. В начале беседы мы говорили про богов. Я для примера скажу. Древние проводили исследования, пытаясь разгадать родословную богов. То есть, какой бог в какого трансформировался на протяжении истории. Но, к сожалению, эти данные оказались утраченными. Трудно представить, что они ничего не нашли. Даже сейчас мы можем выявлять трансформации, например, «Митра – Индра». Возможно, они нашли что-то, что предпочли не просто засекретить, а даже уничтожить.
— Получилось следующее… Выходит, когда-то между Индией и Европой жили люди, которые имели истинное представление о богах. А потом образы богов начали искажаться, и в таком искаженном виде пришли в наше время. Откуда те люди получили это знание? И где они нашли такие силы, чтобы распространить свое знание на большей части мира? Были еще египетские боги. Но они так и не вышли за пределы Египта. Как и месопотамские. А эти боги прошли весь мир. Чувствуется разница… А нам неизвестно даже название этого народа.
— Да, мне все рассказывают, что означает красная беретка. Что по вашему?
— У древних были специальные войска. Они спускались на землю с неба. И они носили красные беретки.
— Наверно, это было божественно!
— А что означает этот значок на беретке? Серп и молот? – спросила Келли.
— Он был у многих, он присутствовал и в Европе, и по всему миру. Когда-то был символом орков. А в чем его реальная суть, никто не знает.
— Это не знак единства светлых и темных богов?
— Его обычно относили к темным богам или демоническим силам. Часто сочетался с пентаклем. Но те, кто его носили, почему-то относили себя к светлым силам.
— Светлые силы с темной или демонической символикой?.. – спросила Беретка.
— Такое встречалось сплошь и рядом в истории. Во многих языках слово дьявол совпадает со словом бог в других языках. Это происходит и из-за войн, в которые люди, как они по невежеству думали, втягивали богов – когда людям казалось, что их бог сражается с чужим богом, или из-за того, что люди разочаровываются в прежних богах и потому называют их демонами… Да и само слово «демон» происходит от названия индуистских богинь.
— Люди ограниченны и не понимают. – сказала Беретка и притворно улыбнулась.
— А как работает механизм ограниченности, не понимаем даже мы, — сказала Келли.
— Будем искать, — улыбнулась Беретка.
— Да, а сейчас что этот знак обозначает? – спросила Беретка.
— Да ничего. Просто брошку, — усмехнулся историк.
Беретка и Келли встали, взяли сумочки и пошли к выходу. И тут Келли обернулась:
— Была ли Атлантида?
— Была. В Европе.
— Она утонула?