Чтение онлайн

– И что теперь?
– обратился к нему Мокси.

– Твои люди заступят в караул, - ответил Старбак.
– Коффмэн! Найди полковника и скажи ему, что мы пересекли кукурузное поле.

Нужно было похоронить мертвых и найти раненых.

Прерывистый шум сражения полностью затих, сдав поле битвы дождю, грому и холодному восточному ветру. Опустилась ночь. В глубине леса замелькали жалкие костры, но большинству не хватало навыков, чтобы развести огонь под таким ливнем, так что солдаты просто дрожали, гадая, что именно сейчас сделали и зачем, а также куда делся враг и принесет ли им следующий день тепло, пищу и отдых.

Полковник Свинерд - худой, в потрепанной одежде и с клочковатой бородой - нашел Старбака после наступления темноты.

– Без проблем пересекли кукурузное поле, Нат?
– спросил полковник.

– Да, сэр, совершенно без проблем.

– Молодец, - полковник протянул руки к костру Старбака.
– Я устрою молитвенное собрание через несколько минут. Надо полагать, вы не придете?

– Нет, сэр, - ответил Старбак, как отвечал каждый вечер, когда полковник приглашал его на молитвы.

– В таком случае я помолюсь за вас, Нат, - отозвался полковник, в точности так же, как и обычно.
– Определенно.

Старбак хотел только спать. Просто заснуть. И ничего более. Но молитва может помочь, подумал он. Что-то ведь должно помочь, потому что он испугался, и Господь знает это, знает, что он превращается в труса.

Старбак снял промокшую одежду, не в силах выносить, как она натирает, и повесил ее над остатками костра в надежде хоть немного высушить, а потом завернулся во влажное одеяло и заснул несмотря на дождь, хотя этот сон был лишь дрянной имитацией отдыха, потому что время от времени он пробуждался, и его сны были смесью дождя, промокших деревьев, раскатов грома и призрачного силуэта отца, преподобного Элияла Старбака, который насмехался над робостью сына.

– Всегда знал, что ты с гнильцой, Натаниэль, - говорил в его сне отец, - гнилой до мозга костей, как прогнившая древесина. Нет у тебя стрежня, вот в чем твоя проблема.

А потом отец, приплясывая, безо всяких повреждений прошел под огнем пушек, а себя Старбак видел прижавшимся к мокрой земле. Салли тоже присутствовала в его сне, но это не особо утешало, потому что она его не узнала, а просто прошла мимо, исчезнув в пустоте, а потом он пробудился окончательно, когда кто-то потряс его за плечо.

Поначалу он подумал, что это продолжение сна, а потом испугался, что, должно быть, янки пошли в атаку, и быстро выкатился из-под сырого одеяла и потянулся за винтовкой.

– Всё в порядке, майор, это не янки, всего лишь я. Вас там человек дожидается.

Его разбудил Люцифер.

– Человек вас ждет, - повторил он, - и такой красавчик.

Люцифер был мальчишкой, слугой Старбака и беглым рабом, однако весьма высокого о себе мнения, чему способствовали озорные и сардонические шутки. Он так и не открыл свое настоящее имя, настаивая, чтобы его называли Люцифером.

– Хотите кофе?

– А есть?

– Могу украсть.

– Ну давай, укради, - ответил Старбак. Он встал, чувствуя боль в каждой мышце, и подхватил винтовку с безнадежно отсыревшим, как он помнил, зарядом. Прощупал одежду, но она еще не просохла, а огонь давно угас.

– Который час?
– крикнул он вслед Люциферу, но парнишка уже исчез.

– Едва перевалило за половину шестого, - ответил ему незнакомый голос. Старбак в чем мать родила вышел из-за деревьев и увидел укрытую плащом фигуру на коне. Незнакомец захлопнул крышку часов и, откинув край плаща, опустил прибор в специальный кармашек. До того, как алая накидка с подкладкой снова заняла подобающее ей место, Старбак успел заметить нарядный мундир, явно не знакомый с почерневшими следами пороха или кровавыми пятнами.

– Мейтленд, - отрекомендовался верховой.
– Подполковник Нед Мейтленд, - он покосился на обнаженного Старбака, но обошелся без замечаний.
– Я прибыл из Ричмонда, и у меня для вас имеются приказы, - добавил он.

– Для меня?
– тупо переспросил Старбак. Он до сих пор не проснулся, поэтому безуспешно пытался сообразить, с чего бы кому-то в Ричмонде посылать ему приказы, в которых он нуждался гораздо меньше, чем в нормальном отдыхе.

– Вы майор Старбак?
– спросил Мейтленд.

– Да.

– Приятно познакомиться, майор, - произнес Мейтленд и, свесившись с седла, протянул Нату руку. Старбак, посчитав жест несколько неуместным, замешкался, но отказываться от рукопожатия было бы грубо, поэтому он шагнул к лошади и пожал протянутую руку. Полковник быстро одернул ее, словно опасаясь, что Старбак испачкает ее, и натянул снятую было перчатку. Он пытался скрыть свою реакцию от Старбака, который, по мнению полковника, смахивал на ходячий кошмар. Тело его было бледным и тощим, тогда как лицо и руки потемнели от солнца. Сгусток крови пересекал щеку Старбака, а черные волосы свисали длинными космами. Мейтленд же чрезвычайно гордился собственной внешностью и старался поддерживать щегольский вид. Он был несколько юн для подполковника, может быть, лет тридцати, но уже отпустил густую бороду и тщательно завитые усы, которые пропитывал ароматным лосьоном.

– Тот парнишка - ваш слуга?
– он кивнул в направлении убежавшего Люцифера.

– Да, - Старбак, собрав влажную одежду, теперь натягивал ее на тело.

– Вы разве не знаете, что черным не полагается иметь оружие?
– заметил Мейтленд.

– Им и в янки стрелять не полагается, но у Булл-Ран он парочку-таки ухлопал, - буркнул Старбак. Он уже успел выдержать битву с Люцифером на тему револьвера Кольта, который подросток желал таскать с собой, и повторять этот опыт с каким-то там выскочкой-полковником из Ричмонда у него не было сил.

– Что за приказы?
– спросил он Мейтленда.

Полковник Мейтленд не ответил - его взгляд был устремлен сквозь бледноватые лучи восходящего солнца на особняк за рекой.

– Шантильи, - задумчиво произнес он.
– Полагаю, это Шантильи.

– Чего?
– переспросил Старбак, натягивая сорочку и сражаясь с немногими оставшимися пуговицами.

– Вон тот дом. Он называется "Шантильи". Славное местечко. Я танцевал там пару раз и непременно станцую еще, когда прогоним янки... где я могу найти полковника Свинерда?

– Стоящим на коленях, надо полагать, - ответил Старбак.
– Вы мне приказы дадите или нет?

– Разве вам не положено называть меня "сэр"?
– вежливо спросил Мейтленд. Однако вежливость эта несла оттенок нетерпения, вызванного враждебностью Старбака.

– Держи карман шире, - кратко ответил Старбак, сам удивленный агрессивностью, которая, похожа, становилась одной из главных черт его характера.

Мейтленд решил не доводить дело до конфликта.

– Мне предписано передать вам приказы в присутствии полковника Свинерда, - объяснил он и замолчал, ожидая, когда Старбак закончит справлять нужду под деревом.
– Вы выглядите юным для майора, - заметил он, пока Старбак застегивал брюки.