Приключения озорного мышонка
Шрифт:
Все взгляды устремились туда. Ослепительно сияло солнце, море спокойное, никаких драконов нет и в помине!
– Следите, не появится ли туманное облако! – велел капитан. – Бирюльки предупреждали: если дракон сидит в засаде, пролив заволакивает туманом.
– А вдруг он загодя из пролива выскочит да на нас набросится? – обеспокоенно предположил Милан Пузан.
– Вряд ли, – ответил капитан. – Если верить бирюлькам, он до того обленился, что пожирает лишь тех, что сами в пасть плывут. Пока мы не войдем в пролив, он даже носа не высунет.
Однако эти заверения не успокоили Милана. Будь его воля, он бы и близко к опасному проливу не подступался.
– Вижу туманную дымку над проливом! – доложил Педро со своего смотрового поста в корзине на верху мачты.
– По-моему, это всего лишь низкое облачко, – высказался кок.
– Интересно, почему оно зависло именно над проливом? Вокруг-то небо безоблачное, – возразил Франци. – Туман, как есть туман.
– Сбросить скорость! – распорядился капитан. – Свернуть носовой парус!
«Роза ветров» медленно, неспешно скользила по воде, приближаясь к проливу. Вскоре уже всем бесспорно стало ясно, что никакое это не облако, а туман завис над проливом.
– Ишь затаился, окаянный! – яростно скрипнул зубами Негро. – Теперь мы застряли. Торчи тут неделями, жди, покуда туман не рассеется.
– О каких неделях речь? – возмутился капитан. – Питьевой воды хватит едва на трое суток! Столько времени нам отведено для того, чтоб пробраться через пролив и отыскать на Скалистом острове родник.
Матросы угрюмо молчали. Погибать в когтях дракона никому не хотелось, но и смерть от жажды немногим лучше.
– Как же быть? – чуть слышно вздохнул Роланд. До пролива оставалось всего ничего, брось камень – и попадешь в туманную завесу.
– Ждать! – отрезал капитан.
Потянулись томительные часы ожидания. Двое суток проторчала «Роза ветров» у входа в пролив, но туман и не думал рассеиваться. Напротив, расстроенным донельзя матросам казалось, что он сгущается, готовый поглотить все живое. Вахтенные ни на миг не ослабляли бдительности, следя, не обнаружит ли себя дракон. Однако по-прежнему ничего не происходило. Иной раз измученным морякам чудилось глухое ворчание, временами мнились языки пламени, просвечивающие сквозь густую завесу, но дракон не показывался. Наутро третьего дня капитан приказал готовить оружие, принести из трюма порох и велел Негро подтащить к пушке две корзины ядер.
– Дело жареным запахло, – приглушенным голосом обратился Роланд к приятелям. – Похоже, готовится славная драчка!
– Шансов у нас практически никаких, – заявил Руми. – Если бы можно было порешить эту нечисть оружием, другие давно бы с ним расправились. Знаете, сколько лет это чудище обитает здесь?
Балико и Роланд помотали головами.
– Лет шестьдесят как минимум! А знаете ли, сколько судов дракон отправил ко дну?
Конечно же, приятели не знали.
– Сотен шесть, не меньше. И ведь наверняка попадались среди них и военные корабли, и пиратские фрегаты с вооруженным до зубов лихим экипажем. Неудивительно, что он тут устроил себе логово и лежит-полеживает, ждет, когда его угостят вкусненьким.
– Нашел время шутить, – с упреком заметил Роланд.
– Какие тут шутки? – возразил Руми. – Я и правда считаю, что дракон заглатывает пушечные ядра, как засахаренные каштаны.
– К чему спорить, и без того все скоро узнаем, – вскочил Балико, до сих пор не проронивший ни слова. – Смотрите, капитан подозвал к себе Франци и Папашу Дональда. Не иначе как отдает приказ открыть пушечный обстрел.
Друзья забрались на крышу каюты, чтобы лучше видеть. По знаку капитана, Франци зарядил пушку.
– Куда целить? – спросил он.
– В самую гущу тумана. Конечно, попасть в цель надежды нет, но хотя бы вспугнем его. А тогда, глядишь, он и сам под удар подставится.
Папаша Дональд поднял факел наизготовку.
– Пли!
Грянул выстрел. Палуба дрогнула, от судна кругами пошли волны. Из гущи тумана донесся громкий, протяжный рык.
– Неужто попали? – с надеждой оживился Франци.
– По-моему, только вспугнули, – сказал капитан. – А ну-ка, зарядить пушку снова, нагоним на него страху!
Один за другим гремели выстрелы, и все впустую. Но затем, наверное, после десятка выпущенных ядер, из глубины туманного облака вынырнула отвратительная, украшенная гребнем, похожая на змеиную голова.
Франци испуганно вскрикнул, однако дракон и не думал нападать. Красноватая голова вертелась из стороны в сторону на тонкой, гибкой шее – дракон выжидал.
– Цельтесь в башку! – взревел капитан.
Громыхнул выстрел. Дракон вскинул голову, разинул пасть и… к величайшему изумлению матросов, заглотил пушечное ядро. Растерянное молчание нарушил звонкий смех Руми.
– Что я вам говорил? Ха-ха-ха! Сожрал и не подавился.
– Опять вылез, умник! – проворчал Негро.
Тем временем Франци снова зарядил пушку. Папаша Дональд прицелился и выстрелил. Дракон с привычной ловкостью поймал ядро.
– Остается схватиться врукопашную, – вздохнул Франци. – Покажем, на что мы способны.
– Не вижу в этом смысла, – тихо обронил капитан.
– А по-моему, надо напичкать его ядрами, – гнул свое Франци. – Нажрется до отвала и, глядишь, задрыхнет.
– Картошки мешок-другой найдется, можно ему скормить, – вставил реплику Сэм Смак.
– Правильно! Ежели не помрем без воды, то уж голод нас наверняка доконает! – бушевал Негро. – Мало того, что вода на исходе, так еще и провиант выкидывать!
– Вода! – вдруг вскричал Руми. – Вот он, выход из положения!
– Ну, ты, пострел, что везде поспел! Если пикнешь еще хоть раз, собственноручно в жерло засуну и выпалю в дракона заместо ядра! – вне себя заходился боцман. Тесное соседство с драконом явно нервировало его, и он не скупился на грубости.
– Угомонись, Негро! – одернул его капитан и обратился к Руми. – Что ты там надумал, сынок?
– На Бирюлькином острове мы залили одну бочку родниковой водой. Если она еще сохранилась, отчего бы не спровадить ее дракону? Вдруг он уснет, а мы тем временем проскочим!
– Дельная мысль! – глаза капитана блеснули. – Педро, Сэм, давайте бочку сюда!
Матросы бросились выполнять поручение и вскоре вернулись, катя бочку перед собой.
– Легко сказать – пальнуть бочкой! – засомневался Милан Пузан. – Она ведь в пушечное дуло не влезет!
– Что верно, то верно.
– Тогда как же быть?