Чтение онлайн

Помести его в зоопарк, никто не заметил бы подмены, в том числе и сами растительноядные. Игрунок пал смертью истинной гориллы. Натрескавшись на даче беленькой с соседом Огородом Ограновичем Безправообязанным, ограниченным ради пьянства в дееспособности, Приматов на спор с ним покорил тридцатиметровую осину, обязавшись проделать обратный путь вниз головой.

Гомерический хохот Огорода, склонившегося над бездыханным телом старика Поэтаповича, раскатывался по всему Чеховскому лесному массиву, так как ящик рябиновки, выставленный условиями алкашеского соглашения, переходил с этого момента в единоличное оперативное управление победителя.

Бондиана Джеймсовна Семеркина замерла в ожидании ответа.

– Извините, madam, не НАШИХ сородичей, а ВАШИХ, - деликатно поправил ее Примат-Магистр Соединенного Королевства.
– Да, наши герои необратимо соскипидарились, - взгрустнул Выдающийся Человек и принялся крутить правой рукой рычажок, на котором крепился рулон с туалетной бумагой, - пусть и злоупотребляли исключительно виски, в основном сверхвыдержанным "Johnnie Walker", благо отец дрессировщика, выходец из Ижевска Дрессура Депозитарий Дрехсслер-Фон Калашникофф, подворовывал преуспевающим банкиром и оставил неплохое состояние, нажитое на контрабанде оружия в Саддамовский Ирвак, которое сынок Дресвян спозаранку пропивал.

Ни свет, ни заря заваливался нерадивый побег с авоськой скоча в клетку к подопечным дамам, и понеслась, mamma родная!

– А много ли надо было хлебнуть Вашим самкам, чтобы пойти ко дну?
– резонно поинтересовалась Бондиана. Лично она сплавлялась на остров Диониса после третьей "отвертки раздельщика", а с третьего стакана самогонки начинала неумолимо трезветь.

– Простите, boyarynia, - внес коррективу Примат, - самки не имели ко мне ровным счетом никакого отношения. Они принадлежали лондонскому зоопарку, а интимоелдарились, - скривился высокий английский гость, нашедший, похоже, с russian secret service man ("с русским разведчиком") общий язык, - only со своим собутыльником, от которого находились в жесткой вакхозависимости. Что же до крышесносной дозы, то она равнялась четырем флягам на brother-sister.

– Гориллы, поди, крепко выгибонивались в сорокоградусном угаре?
– вопрос Бондианы был связан с большой личной проблемой, так как излюбленный способ самовыражения Суперагента Рыцарства Плаща и Кинжала в подобном состоянии заключался в том, чтобы атаковать в общественном месте неизвестного мужчину с требованием секса на виду у толпы, и если oleaster ("лох") радостно соглашался, то Бондиана отвешивала ему звонкую оплеуху и визжала на всю мостовую, что не позволит "тротуарным импотентам" предлагать ей невозможное!

Таким способом, по-фрейдистски, она отыгрывалась на одном дебильном пареньке, который умасливал ее полтора года, заваливал орхидеями, ароматами "L,Ambre" и "Tommy Girl", безделушками от "Chopard" и прочей дрянью, а когда дело дошло до самого главного, то он возьми да и заяви, что "по этой части ничего не выйдет", так как он "вынужден экономить сексуальную энергию, высвобождая ее для романтических порывов".

Бондиана мысленно сплюнула, но неожиданно вышло наяву.

Выдающийся Человек внимательно исследовал светлый влажный узор на левом ботинке и восхищенно подумал: "Fantastic woman!".

– Нет, должен Вас разочаровать, Dona Sorbonna, - воспользовался он свежим джентльменским набором, - под мухой они вовсе не бузили. Наоборот, и дрессировщик, и ВАШИ прародительницы делались исключительно тихими и покладистыми тварями, бормотали под нос немецкие проклятия и поблевывали в потолок. Теплая была троица!

– И давно ребята поиздохли?
– ни с того ни с сего брякнула Бондиана.

– Да что Вы, Senioritta Margarita!
– Примат выказывал исто норманнскую цивилизованность.
– Все они живы-здоровы по сей день!

– Как?!
– Бондиана в ужасе ухватила Примата за правую руку, приостановив тем самым процесс бессмысленного уничтожения важнейшего гигиенического средства, уже окутавшего правую ногу лидера Соединенного Королевства по самую щиколотку.
– Вы же уверяли, что они паскудно сдринчались!

– Ну и что?
– Кисть Выдающегося Человека, накрытая ладонью Суперагента Рыцарства, принялась вращать рычажок в обратном направлении, постепенно возвращая toilet paper производства Сокольского целлюлозно-бумажного комбината в прежнее состояние рулона.
– Скиряться и скочепыжиться, да будет Вам известно, - понятия далеко не тождественные. Моего школьного приятеля Грина Неядовитаса Снейка зеленый змий основательно покусал уже в возрасте пятнадцати лет, но он не только здравствует, но и недавно женился в тридцать шестой раз на своей молоденькой секретутке. Я был приглашен на свадьбу в качестве посажёного отца, поэтому пришлось по завершении брачных мероприятий упечь Грина за решетку за злоупотребление служебным положением и sex harassment по отношению к будущей жене. Однако и в одиночном карцере (по моей просьбе администрация тюрьмы определила ему пребывание в условиях, максимально приближенных к боевым, так как по отбытии пятнадцатимесячного срока mister Снейк будет торжественно перезаключен в Советника Верховного Главнокомандующего калолиционными войсками в Ирваке по вопросам морально-бытового разложения выживших из ума федаинов Саддама) Грин остается верен идеалам порядочности и доброжелательности. Бодр и весел, снабжает bratanoff наркотиками и оружием, бабками и бабами...

– Как это? Прямо из карцера?!
– Бондиана, следуя завету знаменитого йога Медитария Позалотосавича Головостоева, трагически отдавшего концы во время заурядной вечерней пробежки вверх ногами по Головинскому шоссе, обхватила мизинцем левой ступни большой палец, и концентрация мышления мгновенно восстановила вертикальное положение.

– Да он в нем только числится, - окончательно разоткровенничался Примат, - а на самом деле торчит в секретном штабе Королевских Военно-Морских Сил Соединенного Королевства, расположенном, "между нами, девочками, говоря" (Примат-Магистр явно заскучал по экс-Первому Чудотворцу России.
– Авт.), в подводных окрестностях Портленда, и руководит вербовкой рекрутов из числа зэков для заброски в этот самый Ирвак, чтоб ему пусто было!

– Кому, Грину?

– Нет, Ирваку. О-ох, что-то в животе забурлило.
– Выдающийся Человек поморщился и почесал кончик носа о плечо Бондианы.
– Наверное, к очередной военной кампании. Что-то больно уж раскудахтался ирванский антисемит Ахмади Нежид, прикрывающийся союзническими связями с Вашей страной, точно проворовавшийся олигарх прикупленным членством в Лафете Пидерации от Погребальновенкийской Автономной Округлости, затерявшейся на просторах Красноярского каравая, - блеснул Примат безукоризненной ориентацией по российскому политическому небосводу.
– А друг мой Снейк, между прочим, - натянул он зрительный нерв левого глаза, - так и продолжает, не вылезая из бункера, зашибать money, квасить и добреть.

– Так получается, что он еще and works, коли имеет соблазненную секретутку-жену, скрывается в подводном царстве и вооружает будущую армию из числа отбросов Вашего общества для добивания нашего непобедимого Ирвака?
– из Бондианы так и поперла железная логика Суперагента Рыцарства Плаща и Кинжала.

– Не только работает, но и зарабатывает.
– Примат остановил рычажок и прижал ладонь к бедру fantastic woman. С берегов холодного и туманного Альбиона подул горячий и возбуждающий breeze.
– Причем, скажу Вам tet-a-tet, как раздельщик раздельщику (в течение многих лет я снабжал Вашу "Контору" тухлыми сведениями о мнимых поклонниках нашей покойной Принцессы), что доходы старины Грина даже по московским меркам являют собой весьма привлекательную цифирь.

Главный бухгалтер Нефтегазодобывающей Кампании "Нефтью и Газом накормим всех и разом!" Эленора Ферапонтовна Кормильцева окрысилась Шкипером Государевой Думки, разжалованным за домогательства к звездам шоу-бизнеса в рядовые Депутгады.

Ее, всецело принадлежащую старику Мамоне, задело до самой что ни на есть живой печенки, как это можно заниматься одновременно столькими делами, да еще в назюзенном виде, и заколачивать при этом kopeck?! Вот она, например, вынужденно глотнула сегодня пивка, и то за компанию с сильными мира сего, а теперь объявляет тайм-аут лет на пять: отвертка раздельщика" и крепче ни-ни, разве что позволит себе иногда приложиться к литру-другому хорошей самогонки. И с какого конца заколачивание благородного металла сочетается с добротой, этой омерзительнейшей слащавой теткой?