Чтение онлайн

Итак, охота на бизонов кончилась. Всадники спешились, расседлали коней и пустили их пастись. Вдали время от времени слышались выстрелы: несколько индейцев еще охотились. Остальные собрались возле убитых быков. Их мясо следовало законсервировать. Но прежде надо было содрать шкуры, разделать и выпотрошить туши. Это оказалось делом не таким легким, особенно для человека неискушенного. Когда-то парижанину приходилось сдирать шкуры со львов, тигров и пантер, поэтому он уверенно взялся за работу, сел рядом с американцем, ловко потрошившим буффало, вытащил нож, вспорол шкуру и стал осторожно ее снимать. Но та словно прилипла.

– Да ее сам черт не отдерет!

Полковник ничего не ответил, ехидно улыбнулся, сплюнул коричневую от табака слюну и продолжал заниматься своим делом.

– Ничего не понимаю, - продолжал бормотать себе под нос парижанин. Какие-то комки сала перекатываются на ощупь под руками, нож скользит, шкура ползет... Легче справиться с тигром, даже с бенгальским.

– Это верно, - отозвался Билл. - Вот что, мистер Фрике, жаль портить такую прекрасную шкуру. Позвольте мне. А вы потом попрактикуетесь на коровьих... это попроще.

– С удовольствием, полковник. Но не хотелось бы сидеть сложа руки.

– Тогда для начала вырежьте у буффало язык, выпотрошите внутренности, отрежьте филейный кусок...

– Прекрасно, сейчас.

– Бог мой! Что вы делаете?

– Хочу отрезать заднюю ногу. Не беспокойтесь, я знаю, как надо...

– Недаром у местных жителей говорят, что Зеленый Рог может умереть с голоду, стоя рядом с бизоньей тушей.

– Зеленый Рог? Что это такое?

– Так у нас зовут новичков в деле.

– Вы очень добры. Спасибо. Но покажите, пожалуйста, как это делается! Мне не хотелось бы прослыть Зеленым Рогом.

– Смотрите! Нож надо вонзить между ребер, за плечом. Так. Теперь режьте глубоко до хребта... и снизу до груди. Обрежьте остальные ребра до брюха. Так. У вас хорошо получается, молодой человек. Возьмите мой топорик и рубите ребра там, где они соединяются с хребтом.

– Да это совсем просто!

– Ну вот. Осталось вынуть внутренности, раздвинув обе четверти, как открывают створчатую дверь.

– Работа грязная, но раз надо, значит, надо.

– Теперь попробуйте отрезать часть горба. Сделайте круглый надрез. Тащите. Отлично!

– А язык? Знаменитый язык?

– Сделайте надрез в горле между челюстями. Ухватите этот лиловый кусок и подрежьте у основания.

– Тут килограмма четыре!

– Не меньше! Теперь вы поняли, мой друг, как надо разделывать тушу?

– А что будем делать с остальным мясом?

– Это уже забота индейцев. Они знают, как его приготовить и сохранить. Трапперы берут себе самые лучшие части, а остальное достается волкам и коршунам. Каждому свое! Вот шкура и готова. Потом мы займемся ее первоначальной выделкой, а сейчас я вам покажу, как приготавливают "колбасу прерий".

– Это в самом деле колбаса?

– Да, мистер. Весьма изысканное блюдо. Возьмите кишку с небольшим слоем жира, промойте... Выверните ее так, чтобы жир оказался внутри... Нарубите мелко язык, горб и филейную часть и начините кишку... Хорошо добавить кровь молодого теленка, а то и просто свежую воду... Ну, вот колбаса и готова, осталось поджарить ее на угольях. Попробуешь, ничего другого не захочется.

– А как выделывать шкуру? Ведь для этого здесь нет никаких приспособлений!

– Индейцы знают как. Они придумали способ, очень простой. Последуем их примеру. Расколите топориком череп быка. Прекрасно! Я вытащу мозг, а вы растяните шкуру череп быка. Прекрасно! Я вытащу мозг, а вы растяните шкуру на земле, только непременно шерстью вниз.

Американец взял медный котелок, заполнил на треть водой, бросил туда мозг и мешал, пока не получилась густая каша. Этой клейкой массой он тщательно смазал шкуру, причем растирал ее не меньше четверти часа. Потом свернул, обвязал ремнем и прикрепил к седлу.

– Все? - спросил юноша.

– Нет. Шкуру для пропитки надо оставить свернутой на сутки, потом промыть и протереть куском дерева - она станет мягкой и эластичной, как бархат. Затем ее надо прокурить дымом. После этого она не будет гнить и приобретет красивый золотистый оттенок. Вот и все, мистер Фрике.

– Благодарю вас, мистер Билл. Вы очень снисходительны к Зеленому Рогу.

К ним подошел Бреванн с красочным наброском охотничьего лагеря.

– Что ты тут делаешь? - обратился он к юноше.

– Обучаюсь скорняжному делу. Не желаете ли попробовать?

– Нет, сегодня мне не хочется заниматься грязной работой. Закончу чертеж и проверю наше оружие. Его надо хорошенько почистить. Кстати, ты доволен охотой?

– Еще бы! Но каковы индейцы! Настоящие смельчаки! Отчаянные головы!

– Ничего удивительного! Любой земледелец - в душе охотник, а каждый охотник - краснокожий. Взгляни на тех, кто возвращается с охоты. Какие у них возбужденные лица! Как они опьянели от крови, забрызгавшей их с головы до ног!

– По-моему, далеко не все еще вернулись.

– Немудрено: они вон куда заехали!

Во время разговора американец сидел на отрубленной голове бизона и жевал свою любимую табачную жвачку.

– Как вы себя чувствуете, сэр? - спросил Андре. - Вам, я полагаю, все это не в диковинку.

– И все же мне тревожно.

– Но ведь вы бывалый охотник?

– Именно поэтому.

– Не понимаю.

– Что вы скажете о лошадях индейцев?

– Красивы, выносливы, резвы...

– Не в этом дело. Заметили ли вы среди них хоть одного мустанга-иноходца*?

______________

* Мустанг - одичавшая домашняя лошадь. Иноходец - лошадь, которая бегает иноходью (способ бега, при котором одновременно выносятся вперед или обе правые, или обе левые ноги).

– Нет.

– И я не видел, - подтвердил молодой человек. - По-моему, туземцы вообще не пользуются иноходцами. Иноходь хороша для всадника, а для коня утомительна.

– Совершенно верно! У десяти тысяч краснокожих едва ли найдется хоть один иноходец.

– Что вы хотите этим сказать?

– А то, что я нынче видел следы иноходца, им не более двух дней.

– Ну и что?

– Значит, у какого-то индейца он есть.

– Несомненно, раз вы собственными глазами видели следы.

– Вы, господа, полагаю, уже могли убедиться в том, что я не из слабонервных. Прошел огонь, воду и медные трубы, но никогда не терял присутствия духа.