Чтение онлайн

Полковник Билл и Кровавый Череп снова встретились. Индеец торжествовал: теперь янки от него не уйдет, и он сможет наконец утолить свою жажду мести. Американец чувствовал, что жизнь его держится буквально на волоске. Когда Кровавый Череп устремился к Биллу, тот выстрелил из револьвера и ранил его в плечо. Индеец свалился со своего пегого иноходца. Этим ковбой воспользовался, вскочил на освободившегося коня своего врага и ускакал, получив вдогонку шальную пулю, легко ранившую его на излете в руку.

Это была едва ли не десятая их встреча, закончившаяся благополучно для обоих.

И вот теперь, в 1880 году, когда Билл решил, что окончательно избавился от врага, он неожиданно столкнулся с ним во время охоты на бизонов.

ГЛАВА 13

Немного об индейцах. - Дурные предчувствия полковника. - Парижанин завоевывает расположение старика краснокожего. - Фрике получает прозвище "Железная Рука".

Североамериканских индейцев обычно представляют себе серьезными, молчаливыми, немного напыщенными и велеречивыми. На самом же деле народ этот очень веселый, простой. Важность они на себя напускают, лишь когда собираются на совет. И даже там говорят по-другому, с некоторой долей выспренности. А так краснокожие большие любители посмеяться, попеть, поплясать. Характер у них неуравновешенный. Добродушие мгновенно сменяется злобой, причем без всякой причины. Недаром Андре и Фрике, поближе познакомившись с туземцами, были поражены, увидев их такими, какие они есть на самом деле.

Про пленников воины, казалось, совсем забыли - оживленно болтали, смеялись, шутили, торопливо поглощая при этом громадные куски бизонины. Даже Кровавый Череп принимал участие в шумной трапезе и рассказывал, должно быть, что-то очень забавное - его слушали с явным удовольствием, прерывая взрывами дружного хохота.

Французам передалась неуемная веселость индейцев, в то время как американец все больше мрачнел, видимо понимая, о чем идет речь.

– Наши враги, мистер Билл, вполне добродушны и вряд ли способны на жестокость. Может, удастся с ними столковаться? Как вы считаете?

– Вы ничего не понимаете, молодой человек. Слышали бы, о чем идет разговор! Они смеются, как смеялись бы тигры, если бы умели, перед тем как растерзать человека.

– Стало быть, тут не до шуток?

– А вы сомневались? Эти злодеи придумывают для нас самые изуверские пытки и при этом хохочут. Вы, господа, храбрецы. Я видел вас в деле. Да и я не из робкого десятка, в чем можно было убедиться. Но, поверьте, мне страшно. Я не смерти боюсь - мучений.

– Веселенькая перспектива!

– Не будь у меня связаны руки, я всадил бы себе нож в сердце или попросил бы об этом вас, если бы дрогнула собственная рука.

– Значит, мы погибли?

– Пожалуй, да, но не сегодня, потому что нас не кормят.

– А я здорово проголодался. Кстати, неужели Каменные Сердца не могут нас выручить?

– Не смею на это надеяться.

– А я надеюсь. Двести храбрецов с винчестерами - ведь это огромная сила!

– Конечно, но вряд ли мы их дождемся. Судя по всему, скоро в путь. До территории этих индейцев ехать несколько дней, привезут нас в главную деревню, покажут женщинам, детям. Неделю будут сытно кормить, чтобы не сразу отдали Богу душу во время пыток.

– Спасибо, полковник, за разъяснение. Во всяком случае, еще есть немного времени, а там, может подоспеет подмога. Как бы то ни было, сейчас я намерен потребовать, чтобы нам дали поесть. Что вы на это скажете, господин Андре?

– Совершенно согласен. У меня в животе, как говорится, черти веревки вьют. Хоть бы дали кусок мяса.

– Эй, вы, там! - окликнул парижанин на ломаном английском. - Не найдется ли у вас чего-нибудь перекусить? Вы что на меня уставились, словно гуси при звуках тромбона?* Я, кажется, ясно сказал: мы голодны, дайте нам поесть. Пленных положено кормить.

______________

* Тромбон - медный духовой музыкальный инструмент низкого регистра; отличается большой силой звука.

Никто из индейцев и бровью не повел.

– Вот дикари! - проворчал по-французски Фрике.

Тут с земли поднялся старик в полуевропейской одежде и подошел к пленным.

– Почему дикари? - с удивлением спросил он.

– Ну да, дикари, а то кто же? Мало того, что связали нас, так еще и голодом морите.

– Зачем голодом? Надо есть.

– Так ты, ирокез этакий, умеешь говорить по-французски?

– Французы?.. Вы французы?

– Ну да, французы. Прямо из Парижа. А ты кто такой?

– Я... знал... отца де Сме.

– Ты знал отца де Сме, миссионера? - оживился Бреванн.

– Знал... Отца сиу-дакотов.

– Не похвалил бы он вас за такое обращение с пленными, - перебил его юноша. - Но об этом после. А пока дайте нам есть и пить и развяжите, а то руки и ноги совсем затекли.

Старик подошел к Кровавому Черепу и что-то долго ему объяснял. Тот упорствовал, но потом туземец его, видимо, уломал. Через четверть часа он вернулся к пленным и положил перед ними здоровенный кусок мяса.

– Вот за это, дедушка, спасибо. А теперь развяжи ножки и ручки бедненькому мальчику Фрике. Ему больно!

Поколебавшись, краснокожий выполнил просьбу француза.

– Браво, старик! Развяжи еще господина Андре. Того, что все время молчит и думает... Так. Хорошо. А американца развяжешь?

– Нет.

– Почему?

– Нет, ни за что! - отрубил старик. - Он не француз. Он янки-Длинный Нож.

– Ну и что?

– Нельзя! - решительно заявил индеец и на кончике ножа поднес ко рту полковника небольшой кусок мяса.

– Так вы и будете его кормить с ножичка? Дело ваше! А то развязали бы лучше.

– Я же сказал - нельзя!

– Ладно, дед, не сердись. Ведь мы никуда не убежим.

Фрике потянулся, разминая затекшие члены. И вдруг сделал сальто-мортале*. Индейцы даже есть перестали и зашлись от хохота.

______________

* Сальто-мортале, сальто - полный переворот в воздухе человека (спортсмена, артиста) с места, с разбега. Буквально: смертельный прыжок (от ит. salto-mortale).

"Им это нравится, - отметил молодой человек, - будем продолжать в том же духе".

С пронзительным криком неутомимый гамен сделал еще несколько гимнастических прыжков через голову, прошелся колесом перед почтеннейшей публикой, проделал, как настоящий клоун, несколько уморительных телодвижений и закончил представление еще одним сальто-мортале. Краснокожие пришли в неописуемый восторг.

– Вот что значит хорошее воспитание! - не переставал балагурить парижанин. - Но это еще не все. Если угодно, милостивые государи, я вам покажу кое-что посложнее. Не желает ли кто-нибудь из вас побоксировать на французский или английский манер. Что же вы молчите? Неужели никто не хочет?