Чтение онлайн

Второй день и часть третьего прошли в утомительных заботах, знакомых только тем, кому довелось пробираться через девственный тропический лес; впрочем, женщина оставалась по-прежнему энергична.

Наконец путешественники достигли Фритауна, столицы английских владений в Сьерра-Леоне, города довольно значительного по населенности, но, несомненно, самого нездорового по климату на всем западном побережье Африки.

Прежде чем отправиться в предместье Кисси-стрит, застроенное почти исключительно хижинами туземцев, мадам Барбантон попросила Андре остановить группу. Женщина подозвала англичанина, проведшего ее в свое время в лес, дала ему деньги, которые, видимо, ожидал от нее сей джентльмен как плату за услугу, и попрощалась с ним.

Затем она проговорила, обращаясь главным образом к Андре:

— Теперь, когда я расплатилась с проводником, этим охотником за слоновой костью, не угодно ли вам будет узнать о причине моего путешествия?

— Мадам, — ответил Андре, — я весь внимание!

Готовясь к долгому рассказу, все устроились под огромным манговым деревом [80] , растущим на склоне главенствующего над городом холма.

— Согласитесь, что с нами иногда случаются странные вещи! — начала она. — Представьте себе, что меньше чем через месяц после… после отъезда моего мужа…

— Точнее сказать — бегства, — прервал ее старый жандарм.

— Пусть так, я не буду спорить, только, прошу вас, позвольте мне говорить!

— Вы впервые спрашиваете моего позволения! С удовольствием даю его вам!

— Я обнаружила, что в Лотерее искусства и индустрии мне достался один из самых крупных выигрышей! Он поистине огромен и составляет триста тысяч франков!

— Ну что ж, мадам, вам следовало получить выигрыш, поместить его в банк из расчета пять процентов и безбедно жить на этот доход! Уверяю вас, что так думаю не только я, но и любой здравомыслящий человек!

— Я и сама решила так же, — слегка смущаясь, ответила рассказчица. — Я пришла в Управление лотереи…

— И получили деньги?

— Нет!

— Ваш билет оказался фальшивым? Весьма вам сочувствую.

— С моим билетом все было в полном порядке. Но им требуется либо присутствие моего мужа, либо его письменное согласие на получение мною таких денег…

Бывший жандарм вдруг разразился громким смехом. Фрике прикусил губу, а Андре потребовалась вся его выдержка, чтобы не улыбнуться.

Рассказчица хладнокровно продолжала:

— Напрасно я уверяла, что муж в отсутствии, напрасно приводила достойных доверия свидетелей, напрасно обращалась в мэрию. Все было бесполезно! Закон есть закон. Деньги временно отправили в банк.

Не зная, где искать мужа и когда он вернется — если вернется вообще, — я приняла решение. Я обратилась в одно очень известное агентство, которое за определенную плату дает всевозможные сведения. С меня взяли пятьсот франков и обещали через десять дней сообщить, куда вы направились. Я предложила им вдвое больше и правильно поступила, потому что спустя шесть дней меня известили о вашем приезде в Гавр. Это было уже кое-что, но далеко не все: ведь я не знала, куда именно поплыл ваш корабль. Агентство, которому понравилось, как я плачу, умножило свои усилия. Оно телеграфировало в те порты Англии и Франции, которые посещают суда, идущие к берегам Африки и обеих Америк. Некоторые из них могли повстречать вашу яхту либо в океане, либо на одной из стоянок. Расчет оказался верным: кто-то видел «Голубую антилопу» неподалеку от Дакара [81] .

В агентстве мне сказали, что я смогу выиграть время, если сяду на первое попавшееся английское пассажирское судно. Не колеблясь ни минуты, я поручила лавочку доверенному лицу и, собрав все мои деньги, отправилась в дорогу, несмотря на то, что мне советовали послать кого-нибудь вместо себя. Видите ли, я считаю, что свои дела лучше всегда улаживать самой… Вскоре я была уже в Сьерра-Леоне и отыскала там вашу яхту. Я даже поднялась на нее, но вы уже сошли на берег. Капитан предлагал мне дождаться вашего возвращения на борту, но я предпочла отправиться в джунгли. Тогда он дал мне в провожатые одного из своих матросов, того самого, который погиб в схватке с обезьяной…

Затем я заглянула во французское консульство, где меня сначала попытались отговорить от моих намерений, а потом порекомендовали обратиться к англичанину — охотнику за слоновой костью… Остальное вам известно.

— И вы ни разу не усомнились, и сердце у вас не дрогнуло?! — не смог удержаться от вопроса пораженный такой неженской отвагой Андре.

— Когда я очутилась в лапах этого отвратительного животного, я очень испугалась за свой лотерейный билет… К счастью, он остался цел. Вот, взгляните!

И она вытащила большой золотой медальон на прочной цепочке. Раскрыв его, мадам Барбантон протянула мужу билет. Жандарм машинально прочел вслух номер:

— Три ноля две тысячи четыреста двадцать один! Вот так история! Это же номер моей метрики! Может, это какой-то знак? Мадам, возвращаю вам билет и прошу принять мои поздравления! Итак, вы прибыли из Франции единственно для того, чтобы я дал вам доверенность? Ловко же это у вас получилось!

— И вы дадите мне ее, правда, месье? Ну что вам стоит? А эти господа будут вашими свидетелями… и я уеду отсюда на первом же пассажирском судне.

— Посмотрим, мадам, посмотрим! — сказал Барбантон с непривычной для него насмешливостью.

— Надеюсь, вы понимаете, что до тех пор, пока наше имущество не разделено, вы можете рассчитывать только на половину суммы, за вычетом расходов на мое путешествие и того, что я уплатила агентству?

При этих словах старый солдат в ярости вскочил. Его лицо сперва побагровело, а потом побледнело.

— Деньги?! Мне?! — проговорил он сдавленным голосом. — Да за кого вы меня принимаете? Вы всегда изводили меня, царапали, били, но хотя бы не оскорбляли!

— Я не понимаю… ведь у нас общее имущество, общие расходы и доходы…

— Да разве дело в этом? Какая же вы бесчувственная! Ладно, хватит… Я хотел заставить вас немного помучиться, чтобы вознаградить себя за те беды, которые вы мне принесли… а потом я бы уступил вашей просьбе… но раз вы считаете меня человеком, которого можно купить, то я отказываюсь! Я говорю: нет, нет и еще раз нет!!!

Как ни старались Андре и Фрике уговорить его, бывший жандарм был непреклонен.

Спор всех утомил, и охотники двинулись дальше, надеясь, что раздраженный Барбантон в конце концов успокоится…

Пройдя предместье, они с удивлением увидели, что над больницей развевается громадный желтый флаг — флаг, возвещающий о карантине. В тот же момент к ним приблизился черный полисмен и сказал, что два дня назад в городе появилась желтая лихорадка.

Остаться там, где свирепствует эта смертельная для европейцев болезнь, значило бы подвергнуться большой опасности.

Было решено немедленно возвращаться на яхту, стоявшую на рейде, и Андре предложил путешественнице отправиться с ними. Та заколебалась.