Чтение онлайн

Александр лениво занял предложенное место.

Заболоцкий разместился напротив.

— Как прикажешь поступить? — куратор иронизировал.

— Как считаешь нужным. — безразлично ответил Венский.

— Даже не собираешься объясниться?

Венский глубоко вздохнул. Объясниться…видимо действительно пора объясниться. Александр положил руки на стол.

— А чего объяснять, тебя ведь уже оповестили о случившемся. Мне добавить нечего.

— Вот так просто! — лицо Заболоцкого исказила гримаса.

Венский ухмыльнулся.

— Вот так…просто.

Заболоцкий, резко поднялся со стула.

— Знаешь, что! Ты здесь героя из себя не разыгрывай. — он начал говорить холодно и теперь уже, по настоящему зло, — Я давно должен был сообщить руководству о твоих выходках.

Куратор встал и с силой оттолкнул ногой стул, так, что тот заскрипел о неровный пол всеми четырьмя ножками. Выместив раздражение на беззащитной мебели, Заболоцкий стал напряжённо расхаживать взад и вперёд по комнате.

Венский смотрел на него, как на большой, неугомонный маятник старинных часов.

— Но так уж сложилось… — проговорил Заболоцкий, не переставая мельтешить у Венского перед глазами. — Что я отчасти виноват в произошедшем. Я дал слово, что исправлю ошибку, и я исправлю её. Но ты! Ты должен помогать, а не вносить лишнюю суету. Помогать, Саша!

— Помогать… — эхом отозвался Венский, — Путём устранения Ридгера.

— Что? — Заболоцкий остановился, и сделался похожим на одно большое ухо. — Что ты сказал.

— Я сказал… — Венский проглотил тягучую слюну. — Я сказал, что виделся с Ридгером.

— И? — сходство куратора с ухом становилась более явственным.

— И ничего. — взгляд Александра устремился куда-то вдаль, сквозь, Заболоцкого, сквозь толстые стены участка.

Заболоцкий, вышел из состояния абсолютного слуха, растерянно настраиваясь на сбитую Александром первоначальную вещательную волну.

— Ты стал слишком сентиментальным, Венский. Не нужно было устраивать длинные дебаты с бывшим товарищем, тем боле тебе…тем более сейчас…

Глаза Венского сузились, и теперь сверлили затылок куратора, который отвернулся и раскачиваясь на пятках, продолжал развивать свою мысль.

— Ридгер, не новичок, не первогодка, он много знает и много может, если ты конечно забыл. Он опасен! Ты не должен был вступать с ним в дискуссию, ты должен был сделать свою работу.

Венский бессильно уронил голову, на две расхлябанных, безвольно лежащих на столе плетьми, руки. Если бы можно было застонать, он застонал бы, но нельзя…не теперь…но как же больно! Всё, рушиться! Военное братство, которое Венский, как наивный малолетка, старался сохранить в своём сердце, превращалось в уродливую старуху, пересчитывающую деньги и мерзко хихикающую, над инфантильностью здоровенного мужика. Быть может, рано утверждаться в своих подозрения, но старуха смотрела на него противными, подёрнутыми белёсой поволокой глазами, и просто вынуждала потерять самообладание.

— Значит всё-таки ты! — проговорил Венский не поднимая тяжёлой головы с рук.

Заболоцкий замер.

— Я не говорил тебе о нашей дискуссии с Ридгером… — Венский поднял голову и посмотрел на повернувшегося к нему лицом Заболоцкого так, что тому захотелось вызвать наряд. — … Но тебе и не нужно ничего рассказывать, ты контролируешь ситуацию с двух сторон. Доктор…это ты крыса, которую нужно, сжечь в пустой консервной банке, на глазах у твоих же сородичей.

Заболоцкий, сделал шаг назад, но мгновенно остановился.

— Я подозревал…но… — Венский просто мотал головой из стороны в сторону. Слова превратились в немые образы, самопроизвольно вылетающие из слегка приоткрытого рта.

— Да, ты что мелишь! — Заболоцкий, пришёл в себя, после столь оглушительных обвинений и тут же ринулся в наступление. — Что ты мелишь, боец! Ты видимо окончательно сбрендил, от своих видений. Да я…да если бы не я…

— Если бы не ты… — повторил Венский. — Если бы не ты…

Заболоцкий нарочито шаркая ногами, подошёл к столу. Расслабленный, и спокойный он теперь навис над Венским, пренебрежительно оценивая его ватное беззащитное состояние.

— Может успокоишься и поговорим, нормально. — произнёс он тихо.

— Я спокоен. — ответил Венский так словно находился в полуобморочном состоянии.

Ему больше не о чем было волноваться. Венский догадывался о роли Заболоцкого в игре, но гнал от себя неудобную правду, гнал и в душе молился, что бы его подозрения оказались наваждением…не оказались. Привычный мир, рассыпался на куски, и те сгорали ярким голубым пламенем, оставляя лишь кучки серого невесомого пепла, исчезающего, от еле слышного дуновения ветерка.

— Я чрезвычайно спокоен. — как заворожённый повторил Александр.

— Ты размяк, превратился в кисель. Такие люди приносят много вреда, гораздо больше чем пользы. — разочарованно бросил Заболоцкий.

— Размяк…превратился в кисель. Это, верно. — всё так же безучастно согласился Венский, — От меня тебе больше вреда. И что же ты собираешься делать? Избавиться от меня? Прямо здесь?

Заболоцкий ухмыльнулся. Вид его сделался участливым и он с неглубоким вздохом присел напротив Александра.

— Саша. Я не знаю, что ты себе надумал. Я понятия не имею, что наговорил тебе Ридгер, но я знаю точно, не время распускать сопли и строить теории заговора там, где их нет. — он постучал ладонью по столу, — Я здесь. Я пришёл, что бы вытащить тебя из очередного дерьма, а ты мне кидаешь в лицо обвинения, которые могут сильно задеть мои чувства. Разве так делают?

Венский отрицательно кивнул.

— В твоём мире, нет. В твоём мире, используют любую возможность получить выгоду, а затем пускают вход, всё что имеют в запасе. Если бы ты был на моём месте, то скорее всего, воспользовался возможностью, вышел бы отсюда, дождался подходящего момента и ударил бы наверняка. Ударил бы жёстко, но без синяков, что бы ни одной зацепки, ни одного доказательства. — теперь Венский смотрел на куратора с усмешкой, — Но ты забыл, что никто не идеален, и каждый совершает ошибки. И я…и ты…все…

— Всё? — лицо Доктора превратилось в подобие восковой маски не выражающей никаких чувств. — Вижу что ты выходишь из состояния меланхолии.

— Зачем я тебе, Доктор? — неожиданно спросил Венский, — Почему ты так вьёшься вокруг меня?

От напряжения восковая маска на лице Заболоцкого, начала оплавляться, открывая взору Венского истинное лицо, куратора, бывшего куратора, бывшего товарища, бывшего сослуживца известного носившего когда-то псевдоним Доктор, за его умение вытаскивать товарищей из путанных ситуаций.