Чтение онлайн

Он повернулся к ней с ничего не выражающим взглядом:

– Поверьте, леди Персефона, если бы я лишил вас своего блага, вы бы об этом узнали.

– Так я снова леди Персефона?

– Вы всегда были леди Персефоной, вне зависимости от того, принимаете вы свою суть или нет.

– Да что тут принимать? – разозлилась она. – Я в лучшем случае никому не известное божество – и к тому же самое малозначимое.

Ей было ненавистно разочарование, появившееся у него на лице.

– Если вы будете так о себе думать, то никогда не познаете силу.

От удивления богиня приоткрыла рот и заметила напряжение в его взгляде, прежде чем он поднял руку – он собирался снова отослать ее без предупреждения.

– Не смейте, – приказала она, и Аид остановился. – Вы просили, чтобы я не уходила, когда злюсь, а я прошу вас не отсылать меня, когда вы злитесь.

Бог опустил руку.

– Я не злюсь.

– Тогда почему вы сбросили меня в подземное царство? – спросила она. – Почему вы вообще отослали меня?

– Мне нужно было поговорить с Гермесом, – пожал плечами он.

– И вы не могли просто сказать мне об этом?

Он замялся.

– Не требуйте от меня того, чего сами не делаете, Аид.

Он внимательно посмотрел на нее. Персефона не знала, что ожидала от него – что ее требования его разозлят? Что он возразит ей, будто это совсем другое? Что он могущественный бог и может делать то, что хочет?

Вместо этого Аид кивнул:

– Я окажу вам эту любезность.

Она с облегчением выдохнула:

– Спасибо.

Бог протянул ей руку:

– Идите сюда, мы вернемся в «Неночь» вместе. У меня там… незаконченные дела.

Она приняла его предложение, и вместе они перенеслись в его офис, оказавшись прямо перед зеркалом, за которым Персефона пряталась вместе с Гермесом.

Богиня запрокинула голову, чтобы встретиться взглядом с Аидом.

– Как вы узнали, что мы там? Гермес сказал, что нас не будет видно.

– Я знал, что вы здесь, потому что чувствую вас.

От этих слов по спине у нее пробежала дрожь, и она отстранилась, подняла рюкзак, который оставила на диване, и закинула его себе на плечи. На пути к двери она остановилась.

– Вы сказали, что карту могут увидеть только те, кому вы доверяете. А что нужно, чтобы заслужить доверие бога мертвых?

Он ответил просто:

– Время.

– Персефона!

Кто-то звал ее по имени. Она перевернулась на другой бок и накрыла голову одеялом, чтобы приглушить звук. Прошлым вечером она покинула подземное царство довольно поздно и, слишком взвинченная, чтобы лечь спать, решила еще поработать над статьей.

Ей было сложно решить, как продолжать, после того как она стала свидетелем разговора Аида с той матерью. В конце концов она решила сосредоточиться на пари, которые Аид заключал со смертными, – теми, в которых он предлагал невыполнимые условия. Работая над статьей, она обнаружила, что все еще чувствует досаду, хотя не могла сказать, была ли причиной тому сделка с Аидом или же их разговор среди стеллажей – то, как он спросил, чего она хотела, и отказался целовать ее.

У нее все еще покалывало кожу от предвкушения при одном лишь воспоминании, хотя его даже не было рядом.

Она нажала кнопку «Сохранить» в четыре часа утра и решила немного отдохнуть, а потом снова все перечитать. Но стоило ей только погрузиться в сон, как дверь распахнулась и в комнату влетела Лекса.

– Персефона! Проснись!

Она застонала:

– Уходи!

– Ну уж нет, тебе надо это увидеть. Угадай, что сегодня в новостях!

У Персефоны сон как рукой сняло. Она скинула с себя одеяло и села. Ее воображение уже рисовало яркие картинки. Кто-то сфотографировал ее в облике богини в «Неночи»? Кто-то застукал ее в клубе с Аидом? Лекса сунула ей в руки планшет, и взгляд девушки поймал нечто намного хуже.

– Сегодня это во всех социальных сетях, – пояснила Лекса.

– Нет, нет, нет! – Персефона схватила планшет обеими руками. Название в верхней части страницы, написанное жирным черным шрифтом, было ей до боли знакомо.

«Аид, бог игры. Персефона Роузи».

Она зачитала вслух первый абзац: «“Неночь”, элитный игровой клуб, владельцем которого является Аид, бог мертвых, можно увидеть с любой точки Новых Афин. Глянцевая остроконечная скала мастерски отражает величественную натуру самого бога и напоминает смертным о том, что жизнь коротка – и становится еще короче, когда вы соглашаетесь сыграть с властителем подземного царства».

Это был ее черновик. А настоящая статья осталась в сохранности у нее в компьютере.

– Как это оказалось опубликовано? – прошипела она.

Лекса растерялась:

– В смысле? Разве не ты это выложила?

– Нет. – Она прокрутила статью вниз, и внутри у нее все сжалось. Она заметила некоторые добавления, например описание Аида. Глаза бога описывались как тусклые расщелины, лицо – очерствелое, а манеры – холодные и мужицкие.

Мужицкие?

Она никогда бы не стала так описывать Аида. Его глаза были черными, как ночь, но выразительными, и каждый раз, когда она встречалась с ним взглядом, ей казалось, что она видит там нити его жизни. По правде говоря, выражение его лица иногда было каменным, но, когда он смотрел на нее, оно становилось другим – черты смягчались, и их освещала радость. А его манеры уж точно не были холодными и мужицкими – он был страстным, обаятельным и утонченным.

Был лишь один человек, кто ходил с ней и видел Аида во плоти, и это был Адонис. А еще он подходил к ее рабочему столу и без разрешения читал ее статью.

«Похоже, он ее не просто прочитал». Персефона была настолько же обеспокоена, насколько и разъярена. Она отбросила планшет и поднялась с кровати, в голове у нее крутились злые, мстительные слова. Они были больше характерны для ее матери, чем для самой девушки.

«Его накажут, – подумала она. – Потому что и меня накажут».

Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы усмирить свой гнев, и осознанно заставила себя разжать кулаки. Если она не будет осторожна, ее чары могут растаять. Они всегда реагировали на ее эмоции – может, потому, что эта магия была ею позаимствована.

На самом деле Персефона не хотела, чтобы Адониса наказали, по крайней мере не Аид. Бог мертвых предельно ясно выразил свое отношение к этому смертному, и привести его в «Неночь» было ошибкой по нескольким причинам – теперь это было очевидно. Возможно, именно поэтому Аид и хотел, чтобы она держалась от него подальше.

Внутри девушки пробудилась и третья эмоция – страх. Она подавила ее. Она не позволит Аиду взять над ней верх. Кроме того, она планировала написать о боге, несмотря на его угрозы.