Чтение онлайн

Персефона пристально взглянула на Деметру:

– Откуда?

Ее взгляд упал на телефон в руках Персефоны.

– Я следила за тобой.

– С помощью моего телефона? – Богиня знала, что мать не гнушается нарушением личных границ, чтобы контролировать дочь – та доказала это, послав нимф шпионить за ней. И все же не Деметра купила ей этот телефон и не она платила по счетам. Она не имела права использовать его как систему навигации для слежки.

– Ты это серьезно?

– Я должна была что-то сделать. Ты ведь со мной не разговариваешь.

– С каких это пор? – возмутилась Персефона. – Мы виделись только в понедельник!

– И ты отменила наш ланч, – фыркнула богиня. – Мы теперь почти не проводим время вместе.

– И ты думаешь, что твои преследования вдохновят меня проводить с тобой больше времени? – негодовала Персефона.

Деметра рассмеялась.

– О мой цветок, я тебя не преследую. Я твоя мать.

Персефона пронзила ее взглядом.

– У меня нет на это времени. – Она попыталась обойти ее, но обнаружила, что не может ступить и шага – ее ноги будто приковали к земле. Персефона встретилась с темным взглядом матери и впервые за долгие годы увидела в Деметре мстительную богиню, которой та являлась, – ту, что порола нимф и убивала царей.

– Я тебя не отпускала, – сказала мать. – Помни, Персефона, ты здесь только благодаря моей магии.

Персефоне хотелось крикнуть: «Продолжай напоминать мне, что я бессильна». Но она знала, что бросать Деметре вызов было глупым решением. Именно этого та и добивалась, чтобы вынести дочери наказание. Так что вместо этого она сделала нервный вдох и прошептала:

– Прости, мама.

Несколько напряженных секунд Персефона ждала, отпустит ее Деметра или же насильно уведет за собой. Затем она почувствовала, как мать ослабила хватку вокруг ее дрожащих ног.

– Если ты снова вернешься в «Неночь», снова встретишься с Аидом, я заберу тебя из этого мира.

Персефона не знала, откуда в ней взялась храбрость, но она смогла посмотреть матери в глаза и произнести:

– Даже не думай, что я когда-нибудь прощу тебя, если ты снова посадишь меня в свою тюрьму.

Деметра резко рассмеялась:

– Мой цветок, я и не нуждаюсь в прощении.

После этого она исчезла.

Персефона знала, что Деметра хотела сказать своим предупреждением. Проблема была в том, что она не могла не вернуться в «Неночь». Ей нужно было выполнить контракт и написать статью.

У Персефоны в руках завибрировал телефон, и она увидела сообщение от Лексы: «Так как насчет “Ля Роз”?»

Она набрала в ответ: «Звучит отлично».

Ей понадобится много алкоголя, чтобы забыть этот день.

Персефона с Лексой вызвали такси до клуба. Богине не нравился этот способ передвижения – она считала, это игра на удачу. Никогда не знаешь, что получишь – провонявший салон, болтливого или же какого-нибудь жуткого водителя.

Сегодня вечером им достался жуткий. Он то и дело бросал на них долгие взгляды через зеркало заднего вида и отвлекся настолько, что ему пришлось резко вильнуть в сторону, чтобы не столкнуться со встречной машиной.

Персефона бросила сердитый взгляд на Лексу, настоявшую на том, что они не могут приехать в «Ля Роз» на автобусе.

«Лучше уж на автобусе, чем мертвыми», – думала она сейчас.

– Пять статей о боге мертвых, – мечтательно произнесла Лекса. – Как думаешь, о чем ты напишешь в следующей?

Богиня не знала, и в данный момент ей совершенно не хотелось думать об Аиде, но Лекса просто так не отстанет.

Прежде чем Персефона успела придумать ответ, Лекса охнула – этот звук она издавала, когда у нее появлялась идея или случалось что-то ужасное. Персефона была уверена – что бы ни вылетело сейчас из ее рта, это наверняка было и то и другое.

– Ты должна написать о его личной жизни.

– Что? – Персефона была ошарашена. – Нет. Точно нет.

Лекса надула губы.

– Но почему?

– А с чего ты взяла, что Аид поделится со мной такой информацией?

– Персефона, ты же журналист. Проведи расследование!

– Честно говоря, меня не особо интересуют его бывшие любовницы. – Персефона уставилась в окно.

– Бывшие любовницы? Звучит так, будто у него есть нынешняя любовница… будто это ты его нынешняя любовница.

– Ну уж нет, – мотнула головой Персефона. – Я более чем уверена, что властелин подземного царства спит со своей помощницей.

– Ну так и напиши об этом! – продолжала настаивать Лекса.

– Не буду, Лекса. Я работаю на «Новости Новых Афин», а не на «Божественные Дельфы». Меня интересует правда. – Кроме того, ей не хотелось знать, правда это или нет. Даже думать об этом было тошно.

– Ты более чем уверена, что Аид развлекается со своей помощницей, – просто найди этому подтверждение, и это будет правдой!

Персефона раздраженно вздохнула:

– Да не хочу я писать о таких тривиальных вещах. Я хочу писать о чем-то, что изменит мир.

– А нападки на божественные выходки Аида изменят мир?

– Возможно, – произнесла Персефона, и Лекса покачала головой. – Что?

Ее подруга вздохнула:

– Да просто… опубликовав эту статью, ты лишь подтвердила всеобщие мысли и страхи о боге мертвых. Мне кажется, есть другая правда об Аиде, которой не было в этой статье.

– Что ты имеешь в виду?

– Если ты хочешь изменить мир, напиши о той стороне Аида, которая заставляет тебя краснеть.

У Персефоны вспыхнуло лицо.

– Ты такой романтик, Лекса.

– Ну вот опять, – закатила глаза она. – Почему ты просто не можешь признать, что считаешь Аида привлекательным…

– Я уже признала.

– …и что тебя влечет к нему?

Персефона закрыла рот и скрестила руки на груди, отвернувшись от Лексы к окну.

– Я не хочу говорить об этом.

– Чего ты боишься, Персефона?

Персефона закрыла глаза. Лекса не поймет. Не важно, нравится ей Аид или нет, считает она его привлекательным или нет, хочет она его или нет. Он не для нее. Он под запретом. Может, контракт был даром – способом думать об Аиде как о чем-то временном в ее жизни.

– Персефона?