Принцесса, которая любила дождь
Шрифт:
Перед глазами стояла одна и та же картина — она лежит на кровати, голая, изящная, хрупкая, беззащитная…
Она. Его всегда тянуло к ней. Такая неприступная, гордая, независимая. Пылкая, горячая. А что если ворваться к ней прямо сейчас? От транквилизатора она будет приходить в себя еще как минимум сутки, сопротивляться не сможет. Стиснуть ее в объятиях, вдохнуть ее потрясающий аромат, ее запах. Она будет кричать, просить, умолять. А затем — лишь громко, во весь голос — долго, протяжно стонать своим чудесным, сочным сексуальным голоском, выгибаясь дугой в сладких муках оргазма…
Вернер вынул сигарету, закурил. Одно видение сменилось другим — она подходит к фон Штернгольдту, прижимается к его груди. Он обнимает ее, гладит ее затылок, проводит рукой по ее чудесным волосам. Она начинает дрожать, всхлипывать, что-то шепчет ему на ухо, сбиваясь и постоянно вздрагивая от плача. Фон Штернгольдт бледнеет, кивком головы указывает на него, Вернера, Альфану и весьма красноречиво медленно проводит большим пальцем по горлу.
Вернер смял пустую пачку и бросил вниз.
Нет, дамы и господа, минутное удовольствие всей жизни не стоит. Тем более — такой сладкой жизни! Или? Перед глазами вновь всплыло ее лицо. Вернер помотал головой, прогоняя мысли. Даже префекта она ни разу не удостоила ни одного поцелуя — а ведь он столько сделал для нее. Вернер тотчас вспомнил барона Грейхарта, достал новую пачку сигарет, распечатал ее, и снова закурил.
Так каким же нужно быть мужчиной, чтобы тебя полюбила эта женщина?
Молочно-белый «Додж Дюранго» въехал в старинный квартал, медленно покатил по узким улочкам. Местечко выглядело не совсем приятным — периодически встречались праздно прогуливающиеся, вульгарно разодетые девицы, какие-то быковатой наружности личности с бритыми затылками, а в самом сердце квартала, в одном из старинных зданий расположился стрип-клуб, прятавший в своих недрах подпольное казино.
Додж замер аккурат напротив стрип-клуба. Андреа открыл перчаточный ящик — внутри лежал кольт Анджеллы.
«Если я войду туда с оружием — меня убьют сразу же» — подумал барон, и тотчас почувствовал, как внутри все леденеет от страха. — «А если я зайду без оружия — есть шанс, что меня сначала хотя бы выслушают…»
Он решительным движением захлопнул перчаточный ящик, вылез из машины, поднялся по ступенькам и потянул на себя массивную входную дверь.
Внутри было пусто. Основной пик посещений приходился на ночные часы, а сейчас здесь находился только бармен, старательно натирающий до блеска барную стойку.
— Добрый день, — сказал Андреа, подойдя к нему. — Я хочу увидеть вашего хозяина.
Говорил он вежливо, но вместе с тем требовательно. Бармен посмотрел на него, кивнул и скрылся в недрах служебного помещения. Через некоторое время он вернулся в компании двух парней в строгих костюмах — очевидно, охранников. Они быстро обыскали барона, после чего жестом предложили проследовать за ними.
«Путь назад отрезан, теперь только вперед» — подумал Андреа с некоторой долей обреченности.
Безвестно сгинуть в недрах стрип-клуба, принадлежащего не самому миролюбивому будапештскому семейству — приятного мало, на самом деле.
Его провели лабиринтом служебных ходов к лестнице, ведущей в подвал. Внизу было на удивление чисто, тихо и комфортно. Правда, количество охраны увеличилось в разы — чуть ли не через каждые пять-десять метров стоял страж с автоматом наперевес. Наконец его подвели к железной двери.
— К хозяину, — громко сказал один из охранников.
Краем глаза Андреа заметил зрачок видеокамеры, спрятанной под потолком.
Дверь лязгнула запором и отворилась. В небольшом предбаннике на потертых кожаных диванах разместилось десятка два мужчин. Стена была украшена стеллажом с оружием — автоматы, карабины, пистолеты, и даже пара пулеметов. Здесь его снова обыскали. Потом двое стражей, не слишком-то напрягаясь, приподняли стеллаж с оружием и отодвинули в сторону. За ним скрывалась потайная дверь.
За круглым столом заседали человек восемь. Он безошибочно узнал одного представителя семейства Бладсайн, занимающегося торговлей энергоносителями, двух представителей не менее достойного семейства Де’Сангриенте, торгующих результатами президентских выборов в ряде крупных европейских держав, остальные присутствующие кровососы были рангом помельче и потому — не так примечательны.
Играли в карты. Ставки были весьма высоки — узнав ежедневный оборот этого маленького подпольного заведения, владельцы крупнейших казино Монте-Карло без колебаний пустили бы себе пулю.
Едва он вошел, как все взгляды оказались обращены к нему. Да, не каждый день сюда приходил вампир из враждующей семьи. Тем более было интересно узнать его мотивационную часть.
— Приветствую Вас, барон Грейхарт, — поздоровался с ним мужчина, заседающий во главе стола, слегка поглаживая по бедру сидящую у него на коленях стриптизершу в одном нижнем белье. — Что привело Вас в мои владения?
— Здравствуйте, — Андреа слегка поклонился, выражая почтение всем присутствующим. — Мне нужна ваша помощь.
Некоторое время стояла тишина — собравшиеся осмысливали его слова. Затем грянул взрыв хохота. Действительно, смешно просить помощи у тех, кому ты еще вчера рвал глотки.
— А ну заткнулись все, — тихо произнес хозяин заведения, и власть его была такова, что все смеявшиеся тотчас умолкли. — Что я могу сделать для будущего короля?
Теперь уже удивлению собравшихся не было предела.
— Не только для короля, но и для королевы, — ответил Андреа.
— Пошла вон, — он бесцеремонно согнал с колен разомлевшую стриптизершу.
— Идемте, барон, я с радостью выслушаю все Ваши печали за бокалом не самого последнего коньяка…
Он поднялся из-за стола, забрал свой портсигар.
— Джентльмены, на сегодня игра окончена. Всем спасибо. Последний круг в зачет не идет, останемся при своих. Возражения? — хозяин оглядел своих гостей.
Желающих оспорить его решение не нашлось. Стать очередной проблемой, решенной на чудесном будапештском пустыре — не хотел никто.
В качестве личной резиденции Винсент Ле’Санг предпочитал обычную, ничем не примечательную трехкомнатную квартиру, с просторной гостиной и не менее просторной спальней, через которую прошло и не задержалось достаточно большое количество женщин — как человеческого, так и не человеческого рода.
Андреа сидел в гостиной, в любимом хозяйском кресле, и пил любимый хозяйский коньяк. Ле’Санг внимательно выслушал его рассказ и теперь курил, стоя и глядя на город сквозь панорамное стекло.
— Да, — сказал он наконец. — Положение скверное. Не волнуйтесь, барон. Я дам распоряжения моим людям — если они еще не покинули пределы округа, мы их быстро найдем.
— А если покинули? — спросил Андреа.
— Что ж, придется мне напрячь кое-какие связи, дабы нам разрешили провести нашу маленькую спасательную операцию на чужой территории, — сказал Винсент. — Андреа, я хочу, чтобы Вы понимали — для меня нет ничего невозможного. Если придется подключить весь мой административный ресурс — для Вас я пойду и на это.