Чтение онлайн

Подвигами я называла уроки танцев и вышивания. Для танцев, пока достаточно не похудела, была слишком неповоротливой, но чем сильнее уменьшалось в размерах тело, тем легче давались движения. Третья грация нашей коалиции становилась всё грациознее и грациознее.

Сине вышивание давалось с трудом ещё до вселения моей души в её тело. Пальчиками-сардельками тонкую иглу удержать непросто, а у меня банально не хватало усидчивости: стежки выходили кривыми, нитки постоянно путались. Я исколола все пальцы, пока приспособилась. Что не моё, то не моё. Подобное занятие казалось бесполезной тратой времени, потому что полученные умения вряд ли пригодятся в будущем. Но через некоторое время преодолела это препятствие, сжимая зубы и мысленно посылая наставницу в сад, в лес и огород, пока училась переносить на ткань художественные выкрутасы. Лулу очень любила такие часы. Она сидела у меня на плече, прикрыв глаза, и довольно лыбилась, впитывая фонтанирующую энергию эмоций от не высказанных вслух перлов «великого и могучего». Я косилась на её довольную мордаху и немного успокаивалась, опасаясь, что мой негатив как-то ей повредит.

После обеда обычно уходила в библиотеку, изучая местные законодательные акты, а также выискивая сведения по «гномам»-подземникам. У меня возникло стойкое желание добраться до их земель и попытаться наладить личный контакт с этой закрытой ото всех расой. Не может быть, чтобы хоть кто-то не общался с ними, иначе как их изобретения стали доступны для остальных жителей мира? К тому же, раз мне «явился» посланец богов с «пророчеством», то, делать нечего, придётся следовать выбранному сценарию: назвалась избранной — топай в горы и добывай полезную инфу во благо любимой Родины.

Запретную книгу по магии я хранила в библиотеке в укромном месте, случайно обнаружив щель между стеной и стеллажами в самом дальнем углу. Не доверяя памяти, потихоньку делала копии с листов, а перед сном, когда была уверена, что в комнату никто не войдёт, учила заклинания, решив, что ритуал запечатывания магии никогда произвести над собой не позволю.

Дело в том, что строгий запрет на магию для женщин существовал только в Эрсолизии. В остальных землях империи женщины, хотя и ограниченно, могли её использовать для бытовых и медицинских целей, а особо одарённым барышням государство предоставляло бесплатную возможность обучения и дальнейшего трудоустройства в казённых учреждениях. В родном же королевстве меня, принцессу и почти императрицу, ждала такая же дискриминация по половому признаку, как и любую неграмотную крестьянку, поэтому сбежать из дворца в большой мир намеревалась ещё до того, как моё взросление станет явным для всех.

Изучение семейного древа правящей династии Эрсолизии, а затем и всей Великой Асории, привело меня к неожиданной догадке. Я тут же зарылась в летописи, выписывая в столбик годы жизни асорэ и риксоэ за несколько тысяч лет, желая всё проверить. Некоторые исторические источники оказались довольно подробными. В них увековечили не только многоэтажные имена жён правителей, но и количество прожитых ими лет, внешность и даже характер. Искусные цветные миниатюры, разбивавшие сухой текст, позволяли сопоставить факты и сделать интересные выводы.

Я даже сделала таблицу, проанализировав которую, пришла к пониманию, что в буквальном смысле слова идея о «вещем сне» пришла на ум не иначе как по наитию свыше. Бежать! Надо бежать из дворца, теряя тапки, до наступления совершеннолетия!

Перекрытие магии как-то влияло на продолжительность жизни после деторождения. Чем выше магический потенциал женщины, тем меньше детей она могла произвести. После одного-двух наступала смерть. Каким был механизм процесса — могла только догадываться.

Теперь я почти точно знала причину, почему мачеха родила двоих детей и чувствовала себя вполне нормально, а мама Сины угасла вскоре после появления дочери на свет. Её судьбу повторять не хотелось. В одной из летописей нашла упоминание о принцессе Эрсолизии, ставшей асорэ. Ей всё равно перекрыли магию перед тем, как состоялся переезд в столицу Великой Асории для свадебной церемонии, а разблокировать её после коронации так и не удосужились. Может, это нельзя было переиграть или слишком опасно в физическом плане. Императрица умерла родами, так и не дав жизнь первенцу, и никакие маги с медицинскими артефактами не помогли. Пришлось прапрадеду нынешнего повелителя жениться повторно. Странно, что тогда никто не связал одно с другим и не отменил в Эрсолизии дурацкий закон.

Знание — сила. С жадностью сухой губки я впитывала доступную информацию, стремясь узнать как можно больше и достовернее о мире, куда закинула судьба в лице некоего рассеянного ангела-хранителя. Мой улыбчивый секьюрити постоянно находился рядом, но половая принадлежность зубельхориса оставалась тайной; и хотя ящерка выбрала женское имя, я почему-то никак не могла определиться с родом во время общения, поэтому называла то «он», то «она».

Этот зверёк поражал сообразительностью. Казалось, что он понимал всё, что ему говорили, а с некоторых пор стала замечать, что тоже начала его понимать.

Когда мара Исия интересовалась, чего грасия желает на завтрак или на обед, я не забывала заказывать ящерёнку какие-нибудь вкусности, но откуда приходило информация, что питомец сейчас хотел именно молоко, а не фрукты, не знала. Это понимание сопровождалось странным ощущением в голове, как будто ты наклонилась, а затем резко встала. Лёгкий шум в ушах не вызывал пока беспокойства — мало ли какие у этой расы имелись физиологические странности организма. К тому же это всё очень быстро исчезало, поэтому я не обращала особо внимания до определённого момента и придворному лекарю ничего не сообщала. С детства докторов недолюбливала, особенно стоматологов.

Лулу почти постоянно находилась на мне: устраивалась на плече, спрятавшись под распущенными волосами, или перебиралась на колени, когда я сидела в кресле и читала очередной фолиант. Да, зверёк оказался очень интересным. Он мог быстро менять цвет, когда в этом случалась необходимость. Иногда сливался с местностью, а я пыталась его найти. Так мы играли, но всегда побеждала Лулу. Пока она не решала, что пора найтись, я её заметить не могла. Это в очередной раз убеждало в её разумности, но была ли секьюрити по-настоящему разумна или лишь умна и сообразительна, подобно собакам моего прошлого мира, пока не могла для себя окончательно решить.

Прошло полгода. Год состоял из четырёх сезонов по три месяца в каждом, хотя культ чётных чисел превалировал в пределах Великой Асории. Месяц состоял из четырёх недель, неделя — из восьми дней, итого тридцать два дня. В году получалось триста восемьдесят четыре дня. Подогнаны были расчёты или точны, в Эрсолизии более или менее ощущались всего два сезона — чуть жарче в летние месяцы и чуть холоднее в зимние, а осень и весна были просто тёплыми, с комфортной температурой — как я любила. Бонус от ангела-хранителя?

За это время с телом произошли заметные изменения в лучшую сторону. Я вытянулась в росте и похудела настолько, что выглядела не хуже младшей сестры, которая прекратила изводить себя голодом и начала есть нормально. Убедив Риси в том, что надо не ограничиваться до изнеможения, а лишь правильно питаться и не забывать о физической нагрузке, иногда заполучала сестру в компаньонки во время тренировок. Младшенькая по спорту не фанатела, предпочитая подвижные игры вроде местного бадминтона и «догонялок-салочек». Единственное упражнение, к которому она относилась серьёзно — это качание пресса.