Чтение онлайн

— Да, обидка! — покачала головой Даша.

— Я и так перед ним и так!

— У нее кто предки?

— Не знаю, но не богатые точно.

— Ну, хоть не ради денег.

— Вообще не успокаивает!

Фредерик Шопен при первом знакомстве тоже решил, что знаменитая писательница Жорж Санд далеко не красавица, что, однако, не помешало ей заполучить его и с десяток других не менее известных мужчин в любовники, и «разработать» теорию о «стакане воды», хотелось мне ляпнуть.

Вспомнилась свадьба детей родственников, куда были приглашены мы с мамой и тетя Настя. Тетка тогда посмотрела на молодых и вдруг с грустью сказала, что брак у них будет несчастливым, вот так просто взяла и ляпнула, хорошо не при всех, потому что жена будет все время мужу за спину смотреть (жених, и правда, был симпатичный, да еще и немного моложе, хотя до Егора ему как до Парижа пешком).

О чем я вообще думаю?!

Разве не я считала, что мнение других должно лично меня волновать в последнюю очередь? А тут вдруг поменяла религию.

Кофе-машина замигала, и в чашку потек густой темный напиток, запах которого приятно защекотал нос.

У меня в жизни было не так много отношений. На самом деле из тех, которые можно отнести к таковым, их было всего… один. Его звали Леонид, и мы с ним познакомились на турбазе на Волге. Он был милым и приветливым, работал в Проектно-конструкторском бюро, мечтая занять место архитектора, прекрасно рисовал. Отношения (с его стороны) развивались стремительно, и до каждого из важных этапов он доходил гораздо быстрее меня. После трех месяцев общения он предложил съехаться. Я же была к этому не готова. Совсем. А он поставил мне условие — или семья, или свобода (он был меня старше лет на пять). Я выбрала свободу.

Это я сейчас понимаю, что там, в принципе не было той… хм… «искристости», которая имеет место быть, просто, когда Егор рядом. И мне теперь мечталось именно о таком (стремительном!) развитии событий с Егором, которых тогда так хотел Леонид. Потому что… Господи боже, Вика, у тебя сегодня первое свидание. Первое! С ним! А ты уже в голове разработала план на пару световых лет!

Почему нельзя выключить мозг?!

А я знаю почему! Подруженция моя ненаглядная во всем виновата! Анька! Ведь это настоящее чудо, когда твой любимый человек бросает все ради тебя.

Вот и мне захотелось поверить в чудо.

В общем баталии мозга с сердцем (причем, на пустом месте) продолжались до заветных семи вечера и сообщения:

«Я у входа»

И я, которая вечно уходит с работы последней, под удивленные взгляды Миши и Антона, быстренько расчесавшись, мазнув по губам светлой, почти бесцветной помадой, придав им чуть блеска (глаза у этих двоих стали по пять копеек, а у Миши так правый еще и задергался), поспешила вниз по лестнице, ибо ждать лифт сил не было.

На первом этаже в холле я притормозила и выдохнула, стараясь унять сердцебиение, и только почувствовав, что заливший щеки румянец чуть потускнел (надеюсь), вышла на улицу.

Мне кажется, или вполне обычный вечер стал вдруг каким-то более ярким и красочным. Привычный свет фонарей позолотил округу, снег падал с неба огромными хлопьями, и будто музыка играла тихо-тихо.

Нет! Чушь! Это предновогоднее настроение, новогодние украшения и вообще…

Егор стоял спиной ко входу на самой нижней ступеньке крыльца. Женщины, выходившие из нашего офиса, кидали на молодого мужчину заинтересованные взгляды, хотя были и те, кто не обратил внимания, но большинство наоборот надолго задерживали взгляд на его профиле.

Он стоял, заложив руки в карманы пальто, это почему-то заставило сердце на секунду сжаться. Я на самом деле не люблю цветы, точнее, мне на них все равно, в отличие от Ани, которая обожает эту пахучую не в меру дорогую траву. Но сейчас это были бы не просто цветами, это было бы таким до пошлости привычным символом, что для него эта встреча что-то значит. Это глупость. И все же.

Свидание... Хех…

Хорошо же, Виктория Алексеевна, ты себя накрутила!

Сбежав вниз по ступенькам, я замерла возле Егора.

— Привет.

Он улыбнулся.

— Привет.

— И как с такого черного неба падает такой белый снег? — улыбнулась я в ответ.

Он удивленно приподнял бровь. Напряжение ожидания знаков и примет отпустило, и я решила просто побыть счастливой рядом с этим очень красивый мужчиной, этим красивым декабрьским вечером, если мне дали такой шанс.

— Не пугайся, я знаю, как получается снег, — улыбнулась я. — Это у Паустовского рассказ про воробья.

— Растрепанного, — Егор опять спрятал руки в карманы.

— Ты помнишь?

— Конечно, он ведь был смельчак и дрался с вороной. Мама нам его в детстве читала.

— Люблю этот рассказ. Он у меня ассоциируется с Новым годом больше, чем что либо. Куда пойдем? Я бы прогулялась, неделька была не из легких.

Он кивнул.

И мы пошли вдоль улицы залитой светом фонарей, перемигивающихся в окнах и витринах гирлянд. Через пару кварталов свернули на пешеходную зону, и пошли вверх в самое сердце города. К консерватории, церкви Утоли моя печали и парку Липки. Кировский проспект был запружен гуляющим народом. В барах и ресторанах (по крайней мере, в видимой их части) были заняты все столики.

Несмотря на приятную беседу, прогулка и долгий рабочий день все же дали о себе знать, и желудок призывно завозился.

— Ты не против, если мы в Мак заскочим, угощу тебя своим любимым бургером?

Егор посмотрел на меня так, что мне вдруг стало стыдно за подобные предложения. А с другой стороны огромный, самый не полезный в мире фаст-фуд прямо чувствовался на языке, да так, что рот наполнился слюной.

— Пойдем. Я смотрю, супчик — это не все, что нас объединяет, — усмехнулся мужчина. — Любовь к нездоровой еде на лицо. Я когда бегал на тренировки уже в институте без того, чтобы сюда заглянуть, и дня не проводил.

— После тренировки?

— До!

Зал кипел. Молодежь сновала туда-сюда с подносами. Семьи с детьми. Парочки. Я попросила Егора (как высокого, быстрого и наглого, конечно же, не забыв сообщить ему об этом) занять места, а сама проследовала к кассе. Очередь была гигантская, но двигалась на удивление быстро.

— Викуха!

Передо мной точно из-под земли вырос Ванька, рядом с ним стояла его супруга с мелким отпрыском на руках, все румяные и чуть-чуть растрепанные.

— Решила вспомнить студенческие годы? — подколол друг.

— Факт, — я поприветствовала Олю (они с супругой, кстати, познакомились в том же институте, что и мы, только Оля была на два года младше и училась на экономическом) и Ваньку, и мелкую копию Ваньки, который смотрел на мир огромными голубыми глазами и, кажется, уже оценил запал хорошего бургера.

— Пошли к нам! Мы, правда, еще места не нашли.

— А я… не одна.

— Ой! — супруга Ваньки смутилась. — А ну тогда…

Я оглядела зал и заметила, что господин Зиновьев, пользуясь, помимо мною перечисленного, уж не знаю еще чем: заклинаниями, обаянием или приворотом, занял самый «топовый» столик в углу у большого окна. Там бы хватило места всем.