Чтение онлайн

В лагере с громким хрустом рухнула вышка, упав в сторону болота и похоронив под собой орешник.

В «порченый» лес он вошел с нужной стороны, обогнув канаву с мертвым сталкером. Возможно, единственный вариант миновать ловушки и прикрыться ими же. Теперь, с какой стороны ни подойди, всюду незваного гостя ждала смерть.

Только вот и им здесь находиться долго нельзя. Здесь сам воздух убивает, а почва так и сочится ядом. Но ночь, всего лишь ночь переждать.

Руслан быстро обрубил нижние ветки близлежащих елей, положив их на натянутую паутиной леску. Под импровизированный навес уложил бормочущего Илью, рядом высыпал артефакты.

– Во что они тебя превратили? – Громов посмотрел на лежащие объекты. Что, если выкинуть их подальше? Быть может, Илья и без них протянет ночь?

Только вот он видел спину друга. Не протянет.

Руслан буквально падал от усталости и голода. Пришлось найти еще немного сил и сделать копье, заострив длинный срубленный ствол молодой березки. Потом перетянул леской подступы, прикрепив кончик к пустым консервным банкам. Разводить костер даже не стал пытаться, просто уселся под ель, найдя место посуше, обхватил себя руками и дрожал от холода, стуча зубами.

Рядом бубнил Илья, путая слова и буквы, что-то про холмы, про глаза, про линии и звезды, про нити в лесу. Под его монотонную речь Руслан сам не заметил, как отключился, уронил голову на колени.

Ему снились белоснежные звезды, падающие из черного неба вниз. Вдруг небо превратилось в лицо Ильи, который улыбался и смотрел с интересом. Уголки губ внезапно поползли к глазам, слились с ними, разверзая черную пасть с зубами-линиями. Зазвенели деревья, разбиваясь как сосульки…

Громов дернулся и вскрикнул, пробуждаясь от ужаса. Не сразу понял где он, бегая взглядом по незнакомым деревьям. Потом разом все вспомнил, застонал от отчаяния и усталости.

Консервные банки, привязанные к леске, снова зазвенели и упали вниз, в траву. Вдалеке раздался издевательский смех.

Солдат пришел за ними.

Руслан поднялся, взял лежащее копье. Перевесил удобнее нож на поясе, чтобы был под рукой. Прислушался, осматриваясь по сторонам.

Ливень почти закончился, тяжелые, но редкие капли барабанили по листьям. В воздухе висела какая-то серая хмарь, будто легкий туман заблудился в лесу. Земля плохо впитывала воду, тут и там блестели обширные лужи.

И где-то там, среди дымки, корявых деревьев и черной травы, двигался тот, кто решил отплатить за жизни других. Двигался и пытался приблизиться.

Руслан снял охапку еловых лап, накрыл ими спящего Илью. Ученый успокоился, больше не бредил и не пытался двигать предметы. Он ровно дышал, укутанный в два одеяла, по лбу стекали залетные дождевые капли.

Со стороны канавы хрустнула ветка. Пилот отошел от спящего товарища, выставил перед собой копье. Мягко, с пятки на носок, двинулся в сторону звука.

– Я пришел.

Голос раздался неожиданно близко. Громов развернулся, готовясь к атаке.

Парень стоял в нескольких шагах и выглядел ужасно. В уцелевшей левой руке он сжимал треугольное армейское мачете. От пятнистой формы остались одни воспоминания, теперь куртка и брюки представляли собой рваное рубище неопределенного цвета, сквозь прорехи проглядывало синюшное тело. Вблизи наросты на голове казались еще больше, они наползали на лоб и на ухо, походили на черную кору.

– Только его не трогай, – пилот кивнул на ученого, встал между ним и солдатом.

Взгляд военного стрельнул за спину Громова, без интереса скользнул по полянке. Если он и искал Илью, то не увидел. Тем лучше.

– Может, поговорим? – предложил Руслан.

И еле успел увернуться от летящего в голову мачете, просвистевшего у самого уха. Следом налетел парень, отбил в сторону копье. Он был очень шустрый, очень ловкий. Его учили как выживать и как убивать. Сейчас он использовал все, чему научился.

В лицо Руслану полетела горсть табака, но пилота спасло, что тот оказался отсыревшим, свалялся комочками и не попал в глаза. Громов в свою очередь боднул военного, промахнулся и получил сокрушительный удар носком тяжелого армейского ботинка в голень. Зашипел, пятясь, замахал копьем, как дубиной, но однорукий солдат легко уходил от ударов. Он будто успел отдохнуть, будто не гонялся несколько часов назад с Русланом по лесам. Он был полон сил и ярости, отсутствие правой руки почти не заботило военного.

Громов изловчился и попал кулаком по культе. Солдат взвыл, но не ослабил натиск, силясь дотянуться до Руслана. Он ухватил копье, провернулся вокруг своей оси, наматывая деревяшку на себя. Палка хрустнула и сломалась пополам. Острый обломок тут же полетел в пилота, врезался ему в грудь.

Руслан выхватил нож, бросив кисть в темляк. Набычился и попер на солдата, делая выпады. Тот исхитрился подхватить свой мачете, торчащий в дереве, пару раз чуть не отрубил им пальцы пилоту.

Они кружили несколько минут, обмениваясь ударами. Звенела сталь, над полянкой носились сопение и ругань. Громов явно проигрывал в мастерстве военному, но его спасало то, что солдат сражался неудобной рукой.

Руслан начал уставать, движения становились замедленными. Паршивец опять использовал свою тактику, изматывал пилота, чтобы потом взять тепленьким. И у него получалось, черт возьми!

Пропустив очередной удар, который рассек кожу на предплечье, Громов зашипел и сделал выпад. Неожиданно его враг выпустил мачете и схватил своими пальцами-клещами руку пилота. И несколько раз быстро ударил ногой в колено и в пах.

Мир взорвался болью. Руслан захрипел, рухнул на колени. Чуть не плача, взвыл, понимая, что все, сейчас его не станет, сейчас его убьют…

Солдат подхватил мачете, быстрым шагом приблизился к корчившемуся пилоту, замахнулся.

Что-то лохматое, огромное сбило военного с ног и уволокло в кусты. Оттуда раздался крик, полный боли, его перекрыл звериный рев. Раздались смачные удары мачете по чему-то твердому и хруст костей. Затрещали ветки, что-то зашипело и оглушительно разорвалось.

И все стихло.

Громов, зажимающий ладонью отбитое хозяйство, со стоном перекатился на согнутые колени, повернул голову в сторону Ткачева.

Из-за съехавшего одеяла выглядывала голова Ильи. Он смотрел в сторону, откуда еще мгновение назад раздавались звуки борьбы. Почувствовал взгляд Громова, повернулся. Глаза ученого были ясными и чистыми, будто его не терзала лихорадка, не пожирала болезнь.

– Ты… как? – выдавил Руслан, силясь подняться.

– Хорошо, – ответил Ткачев. – Устал только.

– Это… ничего, – успокоил друга Громов, прислоняясь плечом к дереву пытаясь выпрямиться. – Ох, зараза…

– Ты в порядке, Рус?