Чтение онлайн

Я ещё раз проверил всё ли в порядке в зрительном зале. Несмотря на то, что до начала ещё целый час, почти все места помечены «занято». Со вчерашнего дня потенциальные зрители через сеть резервируют места, хотя обычно свободных мест навалом. Принято устанавливать дополнительные оптические поля для нежданных гостей, сегодня я рад, что не схалтурил и распихал генераторы на перспективу. Уже сейчас развёрнуто на несколько сотен мест больше, чем обычно.

 Публика уже стягивается.

То тут, то там мелькают нитроны, теперь видимые мне светящимися полосами во время старта или торможения с последующей материализацией. Высший пилотаж — оставить устойчивую во времени форму в данной точке пространства с последующим вхождением и синтезом материй. Выглядит это вполне тривиально: висящие в воздухе кресла или стоящие на парковке автомобили, ожидающие своих хозяев.

 Редко какой театр собирает такое огромное количество зрителей одновременно. Мне известно, что все они придут, оторвавшись от сна или важных дел, насладиться виртуозным и непредсказуемым мастерством моего друга. Я бегом помчался в квартиру, чтобы помочь ему собраться и поддержать морально.

— Что случилось? — Влетев в зал, я застал Герта, в распахнутом халате, спокойно сидящим за столом. Оперев подбородок, свободной рукой он ялозил пальцем по столу, размазывая лужицу разлитой воды. Обычно уже за несколько часов до начала шоу, он нервно мерял зал, развернув синхронную голограмму сцены и заполняющегося народом зрительного зала, или сидел свернувшейся пружиной при полном марафете, настраиваясь на свой выход. Сейчас он голый, распатланный и совершенно не готовый, как будто бы его не ожидают несколько тысяч зрителей.

— Никак не могу выбрать цвет…— Сквозь сон промямлил Герт, утративший вдруг всю свою резкость, превращаясь в прежнее, вызывающее сочувствие тощее создание среднего пола.

Я вник в йётон: ни один процесс не загружен, на созидание сложного сценического костюма для Герта нужно минимум два часа. Такой вопиющей безответственности я не ожидал от него!

— Ты всегда выходишь в одном и том же цвете уже много лет! — я подошел и энергично встряхнул его, пытаясь поднять.

— Я бы вмазал тебе, но поберегу силы. Руки убери! — рассеяно улыбнулся Герт, — сегодня я не хочу так, как всегда! Имею на это право?

Он явно капризничает. Спектр четырёхмерного света Пранаи имеет шестнадцать основных объёмных цветов, а не восемь, как у плоского трёхмерного Синона. Обычно Герт выходит на сцену в тикуандо: холодно — кислом, с металлическим привкусом гладком цвете без посторонних вкраплений, тяжелыми каплями спадающем вниз. Модель костюма каждый раз новая, а цвет один и тот же с самого первого выхода на сцену.

— Ты заболел, или тебя поплющило двумя несовместимыми гравитационными полями?

— Куда торопиться, до выхода ещё целых два часа? Знаешь, эти наши йётоны — барахло полное, вчерашний день, устаревшая технология создания человеческой одежды. Так многое поменялось за период моего творческого кризиса. В костюмерной Минунзу новое оборудование, там уже всё готово для меня, осталось только цвет выбрать.

— Я могу выбрать цвет! — с Гертом не всё в порядке, я чую это, но не могу не на чём поймать конкретно.

— Ты не подходишь!

— С каких пор?

— У тебя нет того органа, которым можно сделать выбор, когда речь идёт о чём-то материальнм и практичном. Одним словом: здесь нужна женщина. Пусть Мизу выберет цвет для меня!

Если ему понадобилась женщина — я только рад. Поэтому не стал спорить и бегом помчался в костюмерную, пополняя толпу безумцев в коридорах, число которых сегодня зашкалило.

Жена Анцимуна, пожилая женщина, от которой всегда приятно веет покоем и домашним уютом, подала мне небольшой контейнер. Я был уверен, что там сложен готовый костюм, очевидно, современные технологии позволяют быстро менять цвет уже после его полной готовности. С контейнером я пошел прямиком к Мизу. К моему счастью, она не стала задавать вопросов в ответ на мою странную просьбу, задерживая тем самым процесс одевания Герта к выходу. Госпожа Директор сосредоточенно взяла в ладони обтекаемый, имеющий непостоянную форму, как жидкость, контейнер и через минуту вернула мне. Предмет на глазах поменял цвет, приобретая ярко красный оттенок (в ассоциации с цветом Синона). Тёплый, живой, немного горький, полыхающий, вызывающе-откровенный, струящийся от центра к периферии.

— Мне нравится твоё влияние на его стиль, — это единственная фраза, которую она произнесла своим певучим голосом.

 На возражения нет времени: понятия не имею, что находится в этом контейнере. Что она имела в виду под понятием «стиль»? На мой взгляд, Герт нисколько не изменился внешне, просто стал более наглым, и это отразилось на его звучании. Если в контейнере, действительно, упакован костюм, то он сильно помят, судя по слоистым складкам. Надеюсь, Герт в курсе, что ему фуфло подсунули в костюмерной. Контейнер явно мал для вмещения одежды для взрослого человека, даже такого тощего, как Герт. Разве что там внутри только набедренная повязка!

Теперь Герт лежит на полу, правая рука под головой, одетый в минимум нижнего белья, и рассеяно смотрит в потолок. Он совсем спятил, хоть бы разогрел мышцы перед выходом!

 Я поднёс ему контейнер ближе, и он уверенно взял его у меня свободной левой рукой. В его ладони инертная масса ожила, потекла сквозь пальцы множеством ручейков, обволакивая тело и оседая эластичной тонкой тканью. Вопреки всяческим физическим законам, костюм создал необходимую выпуклость в особо тощих местах фигуры Герта, прикрыл торчащие кости, эффектно обнажил рельеф мышц на животе, спине и бёдрах. Дойдя до середины икры, и чуть ниже локтя распрямился клёшем тончайшего шелка трепещущей, как будто на ветру, ткани.

Как завороженный, я наблюдал за процессом, завершившимся в считанные минуты. Герт расслабился и растёкся блаженной улыбкой. Вовлекаясь, я почти прожил кожей глубокий комфорт, вызываемый потоками ручейков.

Герт пружинно поднялся на ноги и встал во весь рост, как будто и не пребывал в полной прострации минуту до этого. Его спокойная напряженность меня успокоила. Завершив одежду, потоки уникальной субстанции ринулись в массу густых запутанных волос Герта, укладывая их в высокую сложную причёску с узором из отдельно торчащих прядей, как будто бы они сделаны из металла. Мало того, что волосы приняли позу, не поддающуюся никаким физическим законам, они ещё и вели себя, как живые, постоянно меняя форму и укладываясь в другие структуры.

Герт проявил большое зеркало на ближайшей стене и удовлетворённо стал разглядывать себя.

Я подхватил отвисшую челюсть:

— Ты великолепен! — Я с опаской потрогал кажущуюся нереальной тонкую ткань на рукаве. Казалось, она рассыплется от одного прикосновения. Но, даже применив силу, не смог порвать её. Рукав заколыхался, как будто от ветра, как только я оставил его в покое. Вся остальная масса плотно прилегла к телу, не стесняя движений.

— Стопроцентный продукт биотехнологий. Это колония живых существ с программируемым поведением.

— Чем же они питаются?

— Ну, о чём бы ещё ты спросил? Теплом тела, эмоциями, отработанным светом и энергией. Вижу, что тебе понравилось.

— Наверное, я бы не решился кормить собою… биомассу.

— Это говорит владелец нитрона?

Занятый чудо-костюмом, я проигнорировал входящий вызов, и теперь сухонький мастер Анцимун собственной персоной, взобравшись на стремянку, тарабанит в прозрачный иллюминатор на полу:

— У нас аншлаг, срочно разверни резервные ряды!

Я направился к выходу, а Герт окунул лицо в Купель Нефриды, которую с его персональной программой доставили сегодня из костюмерной.