Чтение онлайн

— Эй, зачем ты мне в пятку глаз засовываешь, мне же неудобно ходить будет! — мой двойник послушно поднял вторую ногу, предоставляя Ниноне полную свободу действий, а сам положил руку ей на талию. Она не убрала, тогда он погладил её ягодицы, обтянутые лёгкой тканью. Мы заговорщицки переглянулись и он незаметно засунул глазастую ладонь в высокий боковой разрез её платья.

«Сюда точно не нужно! Не делай этого, ты соображаешь?» Но было уже поздно, эта женщина растыкала моргающие глаза по всему моему телу, засунув во все мыслимые и немыслимые места, куда позволила её извращенная фантазия, а теперь оценивала результат.

Мило улыбнувшись, она вынула два настоящих глаза из воронки и засунула обратно в мою голову. Никогда не думал, что собственные глаза могут причинять такую боль, как будто она воткнула раскалённые гвозди. От этого жжения я проснулся.

— Герт, зачем ты включил свет Синона на полную мощность, я бы поспал ещё!

— Это естественный свет, к тому же пасмурный.

Я посмотрел на ладони, ловя остатки сна. Конечно, нет никаких глаз, обычный рисунок из линий. Это же надо, какая чушь приснилась!

Герт уменьшил прозрачность окна.

— Ещё! — попросил я и придирчиво осмотрел себя везде: никаких лишних глаз в неподобающих местах.

— Я закрыл полностью, сейчас в комнате только неяркий свет Пранаи.

Ужасный, вызывающий головную боль свет струится отовсюду. Он выходит из глаз и рта Герта, впитываясь в меня, его голова и всё тело ужасно светятся. Убийственно яркий свет струится из закрытого окна, вползает сквозь незаметную щель под дверью из коридора и капает с потолка, рассеиваясь. Я закрыл глаза, но свет продолжал меня отравлять, вползая в каждую клеточку.

— Пока ты спал, тебе прислали что-то, я принял посылку, она лежит на твоей кровати.

— Убери весь свет из моей комнаты! — я побрёл на свою малюсенькую территорию, иллюзия стены восстановилась автоматически за время моего отсутствия, она эффектно возникла сразу после того, как я перешагнул невидимую границу, разделяющую наши квартиры. При этом со стороны Герта стены нет никогда, и он может видеть меня в любой момент.

Нинона в унылом комбинезоне возникла в голове, как только я дотронулся до контейнера с посылкой. В моём сне она была гораздо более привлекательной и живой:

— Это побочный эффект, он скоро пройдёт, как только мозг адаптируется и начнёт оформлять свет доступными образами. — Она показала, как надеть предмет, лежащий в посылке. Это похоже на маску, которая сначала закрыла пол лица, а затем разрослась в стороны и сомкнула щупальца на затылке, охватывая собою весь череп.

— Тебе идёт, — заметил Герт, я посмотрел на своё отражение и рассмеялся. Маска постепенно приобрела цвет моей кожи и стала незаметна, а головная боль утихла. На следующий день, я даже пошел в мастерскую.

Прошло несколько суток Синона, и Яромир снова вызвал меня. Бегло взглянув, он кивнул, удовлетворённый результатом:

— Теперь нитрон. С ним ты быстрее адаптируешься.

— К этому я не готов, ведь от нитрона уже НЕВОЗМОЖНО отказаться в любой момент. — Я хотел было выскочить за дверь и вздохнуть с облегчением.

— Садись! — указал Яромир на кресло. Я сел. Он свернул стол в точку так быстро, что я не успел заметить как, но уже не сомневался: это происходит, а не кажется. Мы оказались сидящими друг напротив друга.

— Раньше ты не улавливал свёртку материи.

— Можно ещё раз, помедленнее.

На уровне его груди возникла светящаяся точка, из неё спиралевидным вихрем развернулись частички и, быстро двигаясь, сформировали стол, а затем остановились, превращаясь в твёрдый предмет. Я постучал по поверхности: обычное стекло. Затем всё снова пришло в движение, закрутилось и торнадообразным вихрем свернулось сначала в сферу, а затем, уменьшаясь, исчезло точкой.

— Как ты это делаешь?

— Совмещаю время и мерность двенадцати присутствий на физике и овеществляю матрицу предмета, стягивая физические атомы из их плазменных прототипов.

Лучше бы не спрашивал.

— Мне понадобилось несколько воплощений, чтобы обрести столь практичный навык, но, без нитрона я бы и сейчас был не в состоянии создать элементарную матрицу и заполнить её веществом. — Он говорил об этом обыденно, как о смешивании продуктов в синогуляторе.

— Кстати, шестимерное восприятие предполагает частичное включение памяти инкарнаций, не удивляйся, если вспомнишь то, чего в этой жизни не было.

— Я просто хочу выйти из этой комнаты и вернуться домой, я не справился, ты ошибся, я не готов впустить в себя эту… это существо.

— Удивительно, с таким инстинктом самосохранения я сталкиваюсь впервые. И ты по-прежнему утверждаешь, что я ошибся.

— При чём тут мои инстинкты?

— Знаешь, что будет, если я или кто-то из маунов, рождённых в Ягинуине, встретит умуба?

— Наверное, умрёт.

— Неведающих он ловит на слабостях, и те обменивают свою жизнь на иллюзию, которую он им обещает. А занющий пожертвует свою жизнь на благо перспективного восхождения его падшей души. Мы не цепляемся за жизнь, нам известно, что это всего лишь временное уплотнение Духа в форму физического тела, наша раса в процессе восхождения утратила инстинкты, мешающие цивилизованной жизни, а вместе с ними и возможность защищать себя.

— Многие практические навыки достаются с большим трудом, заново родившись, придётся снова учиться ходить, говорить, мыслить, пользоваться техникой и так далее Какой смысл разбазарить всё это? Отдать паразиту?

— Ты совершенно прав, но многие из нас не способны на борьбу, легче отдать жизнь без сопротивления, чем вступить в бой. Это срабатывает мгновенно, как внутренний Закон. Однажды ты вспомнишь, что был Воином много воплощений, именно поэтому ты не научился строить отношения с женщиной и заботиться о детях. Воин всегда одинок и исполняет Долг, защищая других. Лишь реализовав эти накопления, ты обретёшь свободу от них.

— Я никогда ни с кем не боролся.

Яромир пристально посмотрел на меня, заглядывая в самую глубину:

— Если женщина, которую ты любишь, предпочла другого, ты не станешь бороться, это её выбор. А что ты сделал, чтобы она выбрала тебя?

Да, я ничего не сделал, чтобы Аора выбрала меня, я не знал как, я, даже, не догадывался, что люблю её. Она была, подобна воздуху, который я не замечаю.

— Хочешь сказать, это то, что я искал всю жизнь? Мне казалось, что я ищу свою женщину.