Чтение онлайн

– И тогда?

– Все начинается сначала. Твердь, на которой мы стоим, создана руками Творцов, эта планета - искусственная. Одна из многих.

– Зачем мы?

– Чтобы достичь Цели.

– Зачем такие, как я?

– Вы - резерв. В случае неудачи, вы начнете все сначала. Но твое время истекает, брат.

– Еще один вопрос - последний: - кто ты?

– Творец. Я устал и потому не с ними. Я стар и утратил веру, потому я здесь. Я выберу себе экипаж, чтобы улететь на закраины космоса, подобно тебе, но это случится еще не скоро, пока же я тебе завидую: если тебе повезет, ты увидишь многое, научишься жалеть и сомневаться. Это неизбежно и хорошо. Ты научишься еще любить. Это тоже неизбежно и тоже хорошо. Я говорю крамолу, но я ее говорю потому, что мы никогда уже не увидимся, мы растворимся в пространстве и времени. Мой наказ тебе: ты не спи, когда достигнешь назначенной твоему, кораблю планеты и обретешь себя, ведь ты - не машина. Я был Скитальцем, я был Творцом, видел много удивительного и надеюсь увидеть все это еще раз. Мои слова не совсем понятны тебе, брат, но ты не спи, когда корабль твой выключит двигатели. Ты еще вспомнишь про меня. Ступай, однако, у нас не принято долго прощаться, и время твое истекает.

Скиталец спустился в лифте к изножью корабля, который высился на ажурной треноге, черный и невообразимо большой, рядом качалось по дернутое вялой рябью Мере Мудрости, тоже черное и неохватное. Море с легким скрежетом выбрасывало на берег оранжевые круглые кассеты, их тут же подхватывал конвейер и подавал к открытым шлюзам, и корабль ненасытно поглощал груз. В кассетах - споры, микроорганизмы, генные матрицы, по команде автоматов все это будет исторгнуто в космос, чтобы досеять жизнь, дать толчок многоступенчатой эволюции, итог которой - Разум.

 Близ горы снова прошел поезд и снова содрогнул землю. Электровоз закричал на повороте раздольно и с сознанием своей немереной силы. Пришелец вздрогнул, открыл узкую дверь рядом с экраном компьютера, приданного капитану, и прошел к кораблю, который лежал в подземелье на огромных гидравлических козлах, погруженный в липкую тьму, и лишь на корме, увенчанной дюзами, тлели "оранжевые светильники. Пришелец на ощупь, пальцами, нашел диск, чуть выступающий на шершавой поверхности металла, и набрал код, перед ним бесшумно и легко растворился аварийный люк, напоминающий лепесток цветка, из смутного отверстия заструилась лестница. В холле зажегся свет, когда туда вошел капитан. Опять был набран код на красном диске, через секунду послушалось нежное гудение, и Мозг сказал:

– Слушаю тебя?

– Я разбужен, и потому я здесь. Сколько же я спал?
– Принято к сведению. Сколько ты спал, пока не имею понятия, но это можно выяснить косвенным путем. Зачем ты отключил меня, капитан?

– Чтобы сохранить тебя, - Скиталец поймал себя на том, что лжет. Он не нарушил Инструкцию по букве, но нарушил ее по сути. Инструкция гласит: "Мозг отключается в случае, если по достижении Цели станет очевидно, что возвращение невозможно". "Я отключил тебя потому, что хотел поломки автоматов: без контроля они рано или поздно должны были разладиться, тогда, специальное устройство будит капитана. Я предусмотрел такую ситуацию, у меня было мало времени, как всегда, но я успел отключить тебя, памятуя о наказе старого Творца".

– Ты слушаешь меня. Мозг?

– Слушаю.

– Что я должен делать теперь?

– Ситуация не запрограммирована.

– Почему мы спим?

– Ждем сигнала.

– И сколько нам ждать?

– Неизвестно.

– Что я должен делать?

– Ты повторяешься. Ситуация не запрограммирована. Скиталец вздохнул с облегчением: "Значит, я свободен!"

– Могу ли я пользоваться энергией корабля?

– Это должен, решать Совет.

– Но Совет спит. Могу ли я в случае необходимости разбудить экипаж?

– Ситуация не запрограммирована.

– Ты мне не помешаешь разбудить всех?

– Не помешаю.

– Хорошо. Имею ли я право вмешиваться в здешнее течение жизни?

– Ситуация не запрограммирована.

Пришелец сел в капитанское кресло и вытянул ноги. Он подумал: "А тишина здесь особая, застойная и угнетающая тишина. Мозг мне не помешает".

– Какие будут команды, капитан?

"Я, кажется, начинаю жалеть живущих здесь. Старый Творец был прав. И, значит, научусь Любить. Что это - любить? Мозг не поможет - он тоже не знает, что это такое." Легкое и назойливое беспокойство закрадывалось в смятенную душу Скитальца. "Мозг не поможет... Чего же мне недостает? Да. Скоро ведь рассвет, и скоро запоют птицы. Мне хочется слушать птиц. Наверно, это и есть любовь?"

– Жду команду, капитан! "Красиво здесь восходит светило, оно полно неуемного буйства, оно молодо и яро".

– Накапливай информацию.

– Принято к сведению.

– Нам с тобой принимать: решения. Копи информацию.

– Задача ясна!

"Приступай к работе, что ж... А я пойду слушать птиц, я посмотрю еще раз, как поднимается солнце, Я спешу".

 Ночь была на исходе, назревало утро: гасли звезды, и туман, застилающий таежные дали, синел. Было холодно, сыро, мелкий, лист шиповника рядом был покрыт водяной пылью, на траве лежала седая роса, еще мертва", не высветленная солнцем. "Зачем я здесь?
– думал пришелец.
– Он сидел на пеньке и жадно смотрел, как на Землю приходит новый день.
– Зачем мы здесь? Я не робот, - но выращен в камере с рациональной быстротой, меня никто не учил, но я знаю то, что мне положено знать. Похоже мы. Скитальцы, - некий резерв нашей цивилизации. Если Творцов снова постигнет неудача, мы по - сигналу вернемся из закраин Вселенной и начнем все сначала. Таково наше назначение. Я разбужен, как того хотел. Я выключил Мозг в тот короткий момент, когда бодрствовал после достижения Цели, но выключил я его с тайным умыслом. Хорошо это или плохо, правильно или неправильно? Мне здесь нравится. Час Посвящения не настал, и когда он настанет? Может быть, сигнал подавался, когда мы спали? Ведь Мозг тоже спал. Все ли Скитальцы возвращаются?" Последняя мысль была крамольной, и пришелец печально качнул головой, осуждая себя.

Сверху, с горы, покатился камень, неподалеку затрещал валежник. Это по едва различимой тропе спускалась в долину медведица с двумя медвежатами. Медведица закаменела, Подняла морду на ветер, мокрый ее нос с шумом забрал воздух. Зверь наливался неясной и тоскливой тревогой, зверь почуял опасность и поворотил вспять.

Восток розовел, туман сперва поднимался по склонам гор, потом начал взмывать, отрываться от вершин ельника и таять, вспугнутый теплыми токами земли.

– Заснуть я больше не смогу - дух мой полон смятения.

Пришелец видел: к болотцу, за железной дорогой пришел лось пить из ручья воду, низко пролетели утки, заблестели рельсы - за горизонтом показался край солнца, и красные его отблески закрасили тайгу. Пришелец почувствовал, что сердце его бьётся неровно и с легкой, отрадной болью. Сейчас запоют птицы. Пришелец не имел понятия, отчего сидит здесь каждое утро, отчего трепетно и неотрывно слушает птиц. Если бы он спросил знакомых землян, как назвать это свое состояние, они, наверно, сказали бы ему, что он полон радости. Старый Творец не упоминал о радости, но она есть, и пришелец ее познал.

 Председатель Ненашев и главбух Гриша Суходолов неделю - от пятницы до пятницы - прожили в тревоге: обоих одинаково терзала мысль о том,, что раздавили они нежную душу пришельца грязным сапогом. Почитай, каждый вечер эти двое собирались вместе, по большей части у председателя на квартире, и думали думу. Гриша Суходолов решительно требовал пойти к горе Монашке, пробраться через лаз, известный ему одному, в пещеру и признаться командиру инопланетного экипажа, безусловно уважаемому Федору Федоровичу, в том, что земляне, представленные не лучшей и не самой мудрой их частью, дали промашку, в чем глубоко раскаиваются.