Чтение онлайн

– Паркер!
– позвала она его, махнув руками над головой.
– Паркер! Иди сюда!

Паркер покачал головой, вырываясь из транса, в который он, казалось, впал. Его взгляд сосредоточился на матери.

Мэгги махнула рукой, подзывая его.

– Паркер! Иди сюда немедленно!

Паркер протиснулся мимо других детей и спрыгнул со съемочной площадки, врезавшись в ожидающие его руки матери.

– Что происходит, мама?
– спросил он, запрокинув голову, чтобы посмотреть на нее.
– Почему этот мальчик упал?

Мэгги покачала головой.

– Я не знаю, сынок. Думаю, он болен. Но на самом деле я не знаю.

На съемочной площадке мать мальчика все еще ухаживала за своим сыном.

– Все в порядке, милый, - говорила она.
– Все в порядке. Не паникуй. Мы тебя вылечим.

Джимбо - синий "Приятель для объятий" - стоял рядом с ним. Несколько мгновений назад он выгнул спину и издал мучительный крик. Казалось вполне возможным, что именно это так напугало бедного мальчика, что он потерял сознание. Но теперь синий персонаж выпрямился и стоял неподвижно, глядя на бессознательного мальчика.

Мать мальчика оглянулась на него, вполне понятно, разгневанная явным нежеланием незнакомца помочь.

– Не стой там!
– заорала она.
– Сделай что-нибудь!

"Приятель для объятий" действительно кое-что сделал.

Он повернулся и ушел, сойдя со съемочной площадки.

Слезы текли по щекам матери, на ее лице было беспомощное выражение.

– Какого черта?
– раздраженно захныкала она.
– Куда ты идешь? Почему мне никто не помогает?

Это был справедливый и разумный вопрос. Мэгги была занята собственным ребенком, но кто-то должен пойти и помочь им.

В этот момент вернулся Джимбо.

Мэгги потребовалась секунда, чтобы понять, что он несет. Это был большой цилиндр, выкрашенный в ярко-красный цвет.

Огнетушитель.

"Как, черт возьми, это должно помочь?"

Эта мысль, несомненно, приходила в голову и женщине. Она оглянулась через плечо.

– Что, черт возьми, ты делаешь?
– взвизгнула она.

Джимбо постоял там мгновение, молча глядя на них сверху вниз, его большие уши болтались, когда он наклонил голову набок, как будто оценивая сцену перед собой. Без предупреждения он поднял огнетушитель над головой, затем ударил им вниз, врезав край круглого основания в лицо бедного мальчика.

Мэгги ахнула, прижав руку ко рту, чтобы не закричать.

Но мать мальчика действительно закричала, звук был достаточно громким, чтобы разорвать барабанную перепонку.

Удар огнетушителя раздробил череп потерявшего сознание ребенка, полностью его расплющив, сорвав кожу со лба, а тошнотворный хруст костей разнесся по студии. Его челюсть сломалась надвое. Его скальп разорвался, когда кость его рассеченного черепа разорвала плоть. Кровь хлынула, как лопнувший водяной шарик, а изуродованное серое вещество вытекло через пещеристое отверстие, где раньше было его лицо.

– О МОЙ БОГ!
– закричала мать мальчика, отступая назад и падая на свой зад.

– Что происходит, мама?
– спросил Паркер, его голос дрожал.

Мэгги не знала, как ответить на этот вопрос. Она знала, что видела, но... нет... она не могла этого видеть. Должно быть, она ошиблась. Этого просто не могло случиться.

Но это произошло, улики были отчетливо видны, когда Джимбо поднял огнетушитель, и вместе с ним поднялась серия липких нитей крови, пролитое содержимое черепа ребенка прилипло к стальному цилиндру.

Мэгги притянула Паркера к себе, прижав его лицо к своей груди, чтобы он не мог видеть отвратительную сцену, разворачивающуюся перед ним.

Эта штука...

Этот человек...

Этот...

Этот "Приятель для объятий"...

Он ударил мальчика огнетушителем, погасив его жизнь одним ударом!

Потребовалось мгновение, чтобы осознание происходящего дошло до толпы людей в комнате. Крик матери мальчика был подхвачен многими детьми, которые стали свидетелями зверства и начали бежать со съемочной площадки. Родители тоже закричали, так как им внезапно пришло в голову, что ребенок был жестоко убит.

Джимбо снова поднял огнетушитель, на этот раз вогнав край цилиндра в голову матери мальчика. Ей удалось поднять руки, немного отразив удар, но угол все равно ударил ее в лоб, кожа так сильно прижалась к кости, что в одно мгновение образовалась широкая рана. Кровь хлынула по лицу кричащей женщины, покрыв ее багровым цветом.

Какое жуткое зрелище, бедную женщину избивает до смерти ярко-синий мультяшный монстр.

Только это был не монстр, не так ли? Это был мужчина в костюме. Он был каким-то сумасшедшим? Зачем он убил того мальчика? И почему теперь он вымещает свою агрессию на матери этого бедного мальчика?

Какова бы ни была причина, Джимбо продолжал бить по голове женщины, снова и снова вбивая огнетушитель в ее череп. Она пыталась защититься, но это было бесполезно; хрупкие кости ее рук и пальцев не могли обеспечить никакой защиты, ломаясь, как веточки, при каждом последующем ударе. Вскоре - и так же, как и у ее сына - ее голова была почти раздавлена, ее изуродованный мозг вылетел наружу.

Какофония шума заполнила студию. Люди кричали, визжали и плакали. Родители лихорадочно собирали своих детей. Режиссер - то ли храбрый, то ли глупый, Мэгги не была уверена, какой именно - бросился вперед. Он, должно быть, знал человека внутри костюма. Подняв руки, он умолял мужчину.

– Брэд!
– закричал он.
– Какого черта ты делаешь?

Джимбо повернулся к нему лицом. Куски плоти и волос прилипли к концу огнетушителя, кровь образовала лужу вокруг его ног.

– А!
– сказал Джимбо, лицо "Приятеля для объятий", по-видимому, двигалось в идеальной синхронизации с губами актера.

Его голос был странным. Угрожающий тон этого жестокого убийцы был искажен встроенным в маску устройством смены голоса, сделав его почти легким и воздушным. Но слова, которые он произнес, были совсем не такими.

– Это же мистер Алан Йетс, лучший режиссер этого поколения! Как вам понравилось мое выступление? Вам понравилось, как я разбил череп этого ребенка в гребаное месиво? Вы всегда говорили, что нам следует импровизировать, и, по моему скромному мнению, это добавляет прекрасное чувство драматизма сцене!

– Ты что, сошел с ума?

Джимбо рассмеялся.

– Наоборот! Кажется, я наконец-то нашел его! Я чувствую себя таким... вдохновленным!

Режиссер сделал еще один шаг вперед. В этот момент Мэгги решила, что он действительно глуп.