Чтение онлайн

– Привет!
– сказала она, широко улыбаясь.
– Меня зовут Кейси. А ты, должно быть, Паркер. Хочешь пойти со мной и посидеть с другими детьми?

Внезапно застеснявшись, Паркер схватил руку матери и спрятался за ее ногу.

– Что с тобой?
– спросила Мэгги.
– Ты не хочешь выйти? Ты не хочешь попасть на телевидение?

Паркер кивнул.

– Так... что случилось?

– Я боюсь.

Только тогда Мэгги увидела искреннее опасение в его глазах. Она провела кончиками пальцев по его волосам.

– Я думала, ты мой храбрый маленький мужчина, - сказала она, тепло улыбаясь, надеясь успокоить его.
– С тобой все будет в порядке, я обещаю. Иди, повеселись.

– Пошли, - сказала Кейси, протягивая ему руку.
– Я отведу тебя. И не волнуйся; мама никуда не уйдет. Она будет наблюдать оттуда, - она указала туда, где собрались родители других детей.

– Удачи, Картошечка!
– сказала Мэгги, обращаясь к Паркеру с детским прозвищем, которое она дала ему при рождении, его голова чем-то напоминала картофелину.
– Иди и повеселись!

Паркер улыбнулся ей. Она видела нервозность в его глазах. Но он скоро справится с этим. Он будет веселиться совсем скоро. Паркер последовал за помощником на съемочную площадку.

Мэгги направилась туда, где стояли другие взрослые с одной стороны съемочной площадки. Некоторые приветствовали Мэгги улыбкой или коротким кивком головы, когда она приближалась.

Третий помощник, еще одна девушка, подошла.

– Могу ли я предложить кому-нибудь из вас выпить?
– спросила она.
– Чай? Кофе?

Родители - Мэгги насчитала их одиннадцать, включая ее саму - каждый попросил напиток на выбор; Мэгги заказала обычный кофе, с молоком, с двумя ложками сахара. Затем помощник исчез где-то в глубине студии.

– Ладно, все!
– сказал режиссер, хлопнув в ладоши. Он вышел на съемочную площадку и обратился напрямую к детям.
– Кто готов повеселиться?

Дети завизжали от возбуждения. Даже Паркер присоединился к какофоническому шуму.

– Ладно, - рассмеялся режиссер.
– Когда придут "Приятели для объятий", если они - или я - попросят вас что-то сделать, убедитесь, что вы делаете именно так, как мы говорим, хорошо? Мне нужно, чтобы вы все включили свои "слуховые уши". Но в остальном просто соглашайтесь на любые игры, в которые они захотят поиграть с вами. И самое главное, убедитесь, что вам нравится!

Он сошел со съемочной площадки и обратился ко всем остальным, уделив особое внимание родителям.

– Если кто-то, кто не на съемочной площадке, сможет помолчать, это было бы очень кстати.

Помощник принес родителям напитки, сообщив, что съемки вот-вот начнутся, и полная тишина совершенно необходима.

Режиссер сел в свое кресло.

– Ладно... камеры работают... ии-ии-ии-ии-ии... МОТОР!

5.

Они все еще не отозвали его удостоверения, чертовы идиоты. Приятно было узнать, что они все еще так же халатно относятся к безопасности, как и всегда...

Марк провел картой по считывателю и въехал на подземную парковку. Он предположил, что должен быть благодарен, что они не заблокировали его; если бы это произошло, то план, который он придумал за последние несколько недель, мог бы быть напрасным. Или, что более важно, его было бы значительно сложнее осуществить. Но так уж получилось, что сегодня получить доступ к Миллсборо Хаус было легко, как и тогда, когда он нанес несанкционированный визит всего на прошлой неделе.

Он подъехал на своей машине к своему обычному месту, своему личному парковочному месту. Там был припаркован кто-то еще. На его месте стоял серебристый "Лексус" с личным номерным знаком. Марк припарковал свою машину на несколько мест дальше, взял рюкзак с заднего сиденья, затем направился к "Лексусу". Табличку с его именем убрали, заменив на табличку с именем Триша Дэниелс.

Марк стиснул зубы, чуть не повредив эмаль. Он использовал ключ, чтобы оставить глубокую царапину на пассажирской двери автомобиля, зная, что она не найдет ее, пока не вернется домой или пока кто-нибудь другой не сообщит ей об этом.

"Извини, Триша Дэниелс... кто бы ты ни была, черт возьми... но ты в моем пространстве".

Он вошел в лифт и нажал кнопку седьмого этажа - студии. Сегодня в офисе никого не будет. Если бы сам Стэнли Проктор был в здании - а Марк очень на это надеялся, - то он, несомненно, был бы в галерее, наблюдая за съемками сегодняшнего эпизода "Приятелей для объятий". Галерея была построена на антресольном этаже над студией, и именно туда он направлялся. Когда лифт начал подниматься по зданию, он закрыл глаза и задумался о том, что он собирается сделать. У него будут большие неприятности. Так много людей будут злиться на него. Не то чтобы что-то из этого действительно имело для него значение. Были все шансы, что он не покинет это здание живым после сегодняшнего дня. Почему его волновало, что люди могут подумать о нем? Он же не будет читать мнения высокомерных критиков в интернете; он будет трупом, гниющим в земле, прежде чем кто-то успеет подумать о нем плохо.

Лифт замедлился, затем остановился. Механический женский голос объявил, что они прибыли на пятый этаж.

"Нет... Это должен был быть седьмой этаж. Черт..."

Двери лифта раздвинулись, и вошел мужчина в элегантном костюме и с кожаным портфелем.

– Доброе утро, - сказал он, кивнув головой в сторону Марка.
– Вы поднимаетесь или спускаетесь?

– Поднимаюсь, - сказал Марк, задаваясь вопросом, мог ли этот мужчина понять, что он не спал и не принимал душ больше трех дней.

– А, - сказал мужчина.
– Нет проблем. Думаю, мне просто придется подождать своей очереди, - затем он нажал кнопку первого этажа, и двери снова закрылись.

Лифту потребовалось меньше минуты, чтобы подняться на седьмой этаж, все это время в тишине. Когда двери открылись, Марк вышел в коридор студии Проктор Продакшн Сервис.

– Хорошего вам дня, - сказал мужчина, когда двери начали закрываться.

– Э-э-э... Да, - сказал Марк, - и вам тоже.

Он задавался вопросом, узнал ли его этот мужчина? Похоже, нет. Марк не был известной личностью для широкой публики. Конечно, он был довольно известен в своем узком кругу, но он не был знаменитостью или кем-то в этом роде. Любой, кто не работает в индустрии развлечений, особенно в детской индустрии развлечений, почти наверняка не имел бы ни малейшего понятия о том, кто он такой.

И это было определенно хорошо. Ему не нужно было, чтобы кто-то узнал его и поднял тревогу. Пока нет, во всяком случае. Ему нужно быть осторожным. Он не думал, что кто-то усомнится в его присутствии там, несмотря на то, что каждый человек и его собака знали, что он больше не работает в Проктор Продакшн Сервис. Он представлял, что большинство людей, вероятно, подумают, что он пришел туда на встречу или что-то в этом роде, возможно, чтобы подписать права на "Приятелей для объятий".

"Да, конечно... Как будто это когда-нибудь, черт возьми, случится".

Он все еще не мог поверить, что они сделали это с ним. "Приятели для объятий" были его ребенком, его детищем. Шоу принадлежало ему, и никому другому. Неважно, что было написано на листке бумаги, и неважно, что его подпись стояла внизу этого листка. "Приятели для объятий" были его. И теперь они хотели снять фильм, а его не собирались включать? Ни за что на свете.

Марк прошел по коридору, благодарный за то, что вокруг, похоже, никого не было. Второстепенный коридор, в который можно было попасть через дверь в конце этого коридора, вел в закулисную зону. Оттуда можно было попасть в разные отделы: гримерную, костюмерную, инженерию аниматроники...