Чтение онлайн

–  Я не верю.

–  Поверь, поверь мне, детка. Такое по плечу даже человеку, будь он в скафандре и имей в руках обыкновенный молоток. И если бы только эта тварь действительно знала, как действовать, то давно уже без труда отправила бы всех нас на тот свет.

Билли задумчиво покачала головой:

–  Восхитительно. Просто восхитительно.

–  Здесь есть пара смотровых скафандров. Пойду попробую влезть в один из них, - предложил Бюллер.

Уилкс осклабился.

Девушка, весьма выразительно глянув на андроида и тяжело вздохнув, отрезала:

–  Пойду я.

–  Но, Билли… - начал было Бюллер.

–  У костюма есть магнитные ботинки, не так ли?
– напомнила она, стараясь не встречаться с Митчем глазами.

–  Да, но…

–  И как же ты собираешься передвигаться снаружи, да еще и с карабином? Ты что, будешь держать его в зубах? Уилкс не может идти, но точно так же не можешь и ты. Так что остаюсь я одна.

Ее товарищи обменялись многозначительными взглядами.

–  Она права. Как бы ужасно это ни выглядело, но она права, - подытожил капрал.

Билли разделась до нижнего белья. В шлюзе было холодно. Скафандр тоже оказался совсем холодным. Девушку знобило. Сколько раз показывал ей Бюллер, как следует надевать костюм, как проверять замки и клапаны, чтобы все работало точно и безотказно. Ах, если бы он мог хоть немного двигаться, он непременно проследил бы за ее одеванием… Впрочем, что говорить - если бы он мог двигаться, то сам и пошел бы сейчас на это весьма опасное дело.

Скафандр оказался снабжен переговорным устройством, и, едва лишь Билли опустила тяжелое пластиковое забрало, в ее ушах зазвучал голос Уилкса:

–  Послушай меня, детка, и хорошенько запомни: мы мало чем сможем помочь тебе, находясь внутри. Видеокамеры внутреннего пользования в открытом космосе не работают, там они просто-напросто замерзают. И если даже нам очень повезет и мне удастся сейчас наладить один из длинноволновых передатчиков, картинка все равно будет весьма и весьма туманной.

–  А что, тебе непременно хотелось бы отчетливо рассмотреть, как именно эта гадина будет есть меня?

На портативном экране возникло изображение Бюллера.

–  Билли…

–  Шутка, Митч. Не беспокойся. Я найду гадину и пристрелю ее. У меня еще четыре патрона. Вполне достаточно.

Ах, как ей хотелось теперь быть хотя бы вполовину такой храброй, как она пыталась изобразить. И все же… Преимущество явно на ее стороне. Она знает, на что идет. У нее есть оружие. Она умеет убивать, она большой специалист в этом деле. А эти чертовы трутни - всего лишь нечто вроде огромных муравьев или пчел. Они омерзительны. Конечно, они очень опасны, но зато ужасно тупы. Это все говорят. К тому же, гравитационное притяжение не действует дальше внешней обшивки корабля. У нее есть магнитные ботинки, а отвратительной твари там совершенно не за что будет ухватиться.

–  Отлично. Я готова. Подача воздуха в норме. Нагреватели действуют, и, если судить по датчикам, все клапаны в исправности. Я собираюсь закрыть внутренний шлюз и приготовить его к разгерметизации.

–  Ты все проверила?
– жестко спросил Уилкс.

–  Да, мой мамочка.

–  Билли, будь осторожна, - тихо добавил Митч.

Девушке так хотелось услышать в этом призыве отзвук любви, что, даже не задумываясь о том, а было ли это на самом деле, она благодарно кивнула в ответ:

–  Не волнуйся. Я буду очень осторожной.

Скафандр, который надела Билли, оказался весьма примитивным и раздулся, едва в отсеке начало падать давление. Девушка почувствовала себя толстой и неуклюжей. Руки и ноги сгибались с большим трудом. Хорошо еще, что карабин, весьма предусмотрительно закрепленный на костюме, располагался настолько удобно, что даже раздувшиеся перчатки ничуть не затрудняли доступа к спусковому крючку. Билли еще раз убедилась в том, что оружие переключено на режим одиночных выстрелов. На счетчике по-прежнему красовалась ярко-красная четверка. Четырех выстрелов должно хватить… Должно…

Вспыхнула сигнальная лампа, извещавшая о том, что давление в отсеке равно нулю. Билли судорожно сглотнула слюну и почувствовала, как горло ее вновь начинает пересыхать.

–  Открываю выход, - прикрикнула она.

–  Давай! Внимательней!

Крышка люка плавно поползла вверх. Появились звезды. Они казались намертво приклеенными к безмерному черному покрывалу космоса. Ближайшее солнце находилось, к сожалению, с другой стороны корабля. Девушка медленно направилась к выходу, двигаясь на ощупь. Огней, которыми корабль светился снаружи, оказалось вполне достаточно, чтобы окружающие предметы были видны вполне отчетливо. Никого нет. Лишь ледяные кристаллы осадочной пыли плавали в пустоте.

–  В зоне видимости никого нет. Выхожу за борт.

–  Не забывай про контроль магнитных подошв, он на бедрах. Ставишь ногу - включаешь, выключаешь - поднимаешь ногу. Отключай только с одной стороны.

–  Да, да, помню.

Билли поставила на борт правую ногу, подняла предохранительную планку и включила магнит. Ботинок беззвучно влип в борт.

–  Под носком и пяткой магниты послабее, чем в середине стопы, под изгибом. Так что старайся идти обычной походкой, и тебе будет легче. Поначалу кажется, будто идешь по чему-то очень липкому, но это ничего. Передвигайся не торопясь и не отключай одну ногу прежде, чем не включишь другую.

–  Уилкс, ты мне уже говорил об этом. Причем только что. Я еще не совсем отупела.

Билли поставила на борт левую ногу, включила второй магнит и ощутила легкое головокружение, оказавшись торчащей перпендикулярно оси движения корабля. За ее спиной протянулся страховочный магнитный шнур. Девушка неожиданно ощутила какой-то необъяснимый восторг.

–  Возможно, тебе покажется, что ты падаешь, но это нормально. Только не позволяй себе слишком много думать об этом. Через некоторое время привыкнешь, - участливо произнес капрал.

Билли огляделась. Боже, какое необозримое кругом пространство! И чувство упоительного восторга едва не затмило в ней первоначальный животный страх. Была некая загадочная красота в холодной окружающей пустоте. Девушке было уютно и тепло от работающих внутри костюма обогревателей, но тем не менее ей казалось, что она прямо-таки слышит, как звенит окружающий ее холод. Она вздохнула и на какое-то мгновение почувствовала себя совсем одинокой среди бескрайней на миллионы парсеков пустоты. Вдруг она ощутила всем своим существом, как мала по сравнению с великим космосом.