Чтение онлайн

— Выходи, никого нет.

На столе стояла корзина с грецкими орехами, здесь же белели две миски. Колобок и Старая Альва сидели за столом напротив друг друга и очищали орехи от скорлупы. Положив очередное ядро в миску, древнийка подула на подушечки пальцев и потерла уставшие кисти рук. Бросив взгляд на Колобка, который старательно стучал небольшим молоточком по твердой скорлупе, произнесла, как бы между прочим:

— Ты никогда не думал, какая связь между Оксаной и твоей книгой? Почему книга сообщает тебе, если девочке грозит опасность?

Колобок в очередной раз стукнул молотком по ореху, но тот, вместо того, чтобы расколоться, отскочил и укатился на пол.

— Да чтоб тебя, недозрелый зачаток ума! — выругался Колобок и полез, кряхтя, под стол. Ползая по полу на коленках, еле внятно пробубнил. — Я сам ничего не понимаю, сам много раз думал и ничего не придумал.

— Может, произошло что-то, что вас связало? — думала вслух древнийка. — Что-то, о чем ты забыл?

Колобок вскинул голову, стукнулся о крышку стола и тихонько ойкнул:

— Я и сам скоро буду, как зачаток ума! — послышалось его обиженное сопение, — Альва, я не жалуюсь на память и из ума еще не выжил.

Она нетерпеливо взмахнула рукой.

— Нет-нет, ты не понял. Я не говорю, что у тебя плохая память. Может, произошло что-то, на что ты не обратил внимания.

Колобок вылез из-под стола с орехом в руках, сел на стул и задумался. Сколько не напрягал память, ничего не мог обнаружить особенного. Тогда он взял молоток и с чувством брякнул по ореху; тот сразу же раскололся.

— Почему именно ты, — продолжала размышлять Старая Альва, — должен оберегать будущую златницу? Раньше-то от тебя книга этого не требовала!

При слове «златница» Колобок встрепенулся.

Это было давно, лет десять назад. Тогда стояла особенно холодная, непривычная для этих мест зима. Колобок тогда чуть не замерз, пробираясь по зимнему лесу к дому златника. Когда-то протоптанную тропинку так занесло снегом, что он чудом не заблудился. Он обрадовался, когда наконец-то увидел невысокий деревянный дом. На зов никто не отозвался и никто не вышел навстречу. Открытая дверь и рассыпанная поленница выглядели не по-хозяйски — обычно в лесных домах двери в такой холод закрывались, а дрова не валялись, где попало. Мало ли что — дикий зверь зайдет, или еще что.

Колобок вошел внутрь дома и не увидел ничего необычного. Судя по всему, хозяин давно не жил в доме; снег намело даже внутрь него. На столе лежал слой пыли, вырезанные игрушки на полках оплела паутина, а в котелке на печке засохла еда. Колобок обошел комнату и носком ноги наткнулся на что-то. Он наклонился, поднял деревянную фигурку собаки и стал разглядывать. Короткий хвост, длинные брови, усы и борода. Фигурка была столь необычна, что он взял ее с собой. Она до сих пор лежала у него в бабушкином сундуке.

— Вот я растяпа! — вскричал Колобок и стукнул себя по лбу рукой.

Он вскочил, опрокинув миску с чищеными орехами, и побежал в свою комнату. Откинул крышку сундука, порылся в нем, небрежно выбрасывая вещи, пока не достал небольшой сверток. Развернул ткань и вытащил фигурку собаки. Посмотрел на нее так, словно видел впервые, тщательно разглядывая длинную волнистую шерсть, запорошенную пылью, и висячие треугольные уши. Прошептал под нос: «Да, это она», — и помчался обратно. В комнате торжественно поставил фигурку в центр стола и спросил у древнийки:

— Ничего не напоминат?

Древнийка так же внимательно оглядела фигурку, как и Колобок: повертела в руках, прощупывая каждую извилину; зачем-то понюхала.

— Где ты ее взял?

— У златника. Десять лет назад.

Древнийка вскинула голову, желая, видимо, еще что-то добавить, но Колобок опередил:

— Помнишь, ты меня отправляла к нему? Я…

— Да, помню. — прервала она. — Его орел перестал наведываться к нам с весточками. Тогда стоял жуткий холод, и стрекозы не летали.

— Эту фигуру я нашел на полу. Похоже, он вырезал ее, прежде чем что-то случилось. Она лежала возле лавки, я чуть не наступил на нее.

Древнийка молчала, буравя Колобка острым взглядом. Он отвернулся, делая вид, что не понимает, почему она осуждающе смотрит на него. Он посмотрел в окно и проворчал:

— Да-да, я не рассказал тебе о фигурке сразу же, как вернулся. Сейчас я понимаю, что мы могли бы узнать о том, что случилось со златником, еще десять лет назад. Ты это хотела сказать?

Древнийка вздохнула. Молча отряхнула руки от остатков шелухи и орехов, встала и пошаркала к печи. Она сняла с нее чашу со стеклянной субстанцией и поставила на стол.

— Ты проведешь ритуал? — поинтересовался Колобок, радуясь, что она больше не сердится на него.

Старая Альва молчаливо кивнула и вытащила из потайного кармана стеклянный шарик. Поводила им над чашей, что-то шепча, и субстанция начала медленно плавиться, превращаться в бурлящий сироп. Он кипел; лопались пузыри, шипя и фыркая, как испуганная кошка, струйками поднимался белый пар.

Старая Альва помешала прозрачной трубочкой кипящую жидкость, взмахнула над деревянной фигуркой и властно произнесла:

— Покажи, что видела!

На конце трубочки надулся пузырь, похожий на мыльный. Он рос, постепенно принимая форму мужчины с седыми волосами и удивительно голубыми глазами. Сидя на скамейке возле небольшого деревянного дома, он вырезал фигуру из чурки. Нож ловко убирал ненужную стружку, которая горкой лежала возле ног. Чурка на глазах приобретала облик причудливой собаки: мохнатая морда, толстые лапы, короткий хвост и висячие уши.

Стук копыт со стороны леса привлек внимание златника. На узкой дорожке показался одинокий всадник в богатой расшитой одежде. На боку сверкали ножны, блестели на солнце темные волосы. Огромный черный конь гарцевал под всадником, нетерпеливо грызя удила. Видно было, что только твердая рука наездника сдерживала его, не давая пуститься вскачь. Всадник подъехал к дому, бросил поводья на спину коня и спешился. Конь остался стоять, не пытаясь сойти с места, лишь нетерпеливо переступая стройными ногами.