Чтение онлайн

Цикута придвинулась к Злате и зашептала на ухо:

— Я знаю одну такую ведьму. Ее зовут Кларисса, и она иногда приходит в школу на уроки для обучения эльфов. Говорят, ей хорошо платят, иначе она вряд ли согласилась бы здесь работать.

— Может, Цикута расскажет, что нужно делать, чтобы ведьма не проникла в ваше жилище, пока никого нет дома? — раздался сердитый голос магистра.

Цикута вскочила. Она не расслышала вопроса и выглядела растерянной. Она вопросительно посмотрела на Злату, но та пожала плечами.

Криптан усмехнулся и вскрикнул с места:

— Цикута не знает, как уберечь дом от ведьмы. — он самодовольно откинулся на спинку стула.

«Какой противный мальчишка», — подумала Злата, разглядывая его круглые щеки.

Магистр недовольно покосился, но промолчал. Криптан происходил из древней и очень уважаемой семьи высших эльфов. Об этом знали все, и ему многое прощалось. Похоже, он хотел уколоть Цикуту, но, повторив вопрос, невольно помог ей. Цикута скорчила рожицу и показала ему язык.

— А вот и знаю!

— Цикута, перестаньте, или выгоню! — лысая голова учителя наклонилась, возвышаясь над ней, как башня.

Она сделала нормальное лицо.

— Если воткнуть в углу дверного проема иглу, то ведьма не проникнет в дом, потому что игла делает больно ее ногам. Нож, лежащий под скатертью, тоже делает больно ногам, только, наоборот, он не выпускает из дома.

Криптан фыркнул, услышав правильный ответ. Цикута снова была на высоте.

***

Приближался экзамен. Каждый ученик должен был определить, ведьма перед ним, или нет.

Злата боялась экзамена — на все вопросы магистра она ответила неправильно.

После занятий она шла в подготовительную комнату и обкладывалась учебниками. Вчитывалась в строчки, но не понимала, о чем они говорили.

Сегодня она снова пришла в библиотеку. Целый час честно зубрила основные характеристики ведьмы. Голова разболелась от напряжения. Злата стиснула виски руками и пробормотала:

— Почему у меня такой гнилой зачаток ума?

— Что ты сказала? Зачаток ума? Какое интересное выражение. — Цикута с любопытством смотрела на нее. Злата так была поглощена чтением, что не услышала ее шагов.

— Тебе чего? — неприветливо спросила она у Цикуты.

— Готовишься к экзамену? Боишься?

— Тебе какое дело?

Злата молча покидала учебники в сумку и направилась к выходу.

— Подожди! — послышалось сзади, но она не остановилась. Она отправилась к водоему в мраморный сад. Возле него уже стояла одинокая девочка. Злата узнала в ней Аннету.

После случая с несостоявшейся кражи резиновой игрушки они подружились. Аннета не отличалась разговорчивостью, но молчаливо помогала. То решит за нее задачу, то сделает реферат. В столовой занимала место, приносила тарелки с едой. Можно ли было это назвать проявлениями дружбы, или просто Аннета боялась? Из двух вариантов Злата выбрала бы первое. Она молча встала рядом.

Ветер играл с одеждой и волосами, закручивал мелкими барашками воду на поверхности водоема.

Золотые рыбки порскали в воде вверх-вниз и взад-вперед. Они играли: отнимали друг у друга какие-то крошки, листочки и веточки, плавали наперегонки. Вот у кого никаких забот и мыслей о ведьмах! Хотелось бы Злате оказаться среди них.

Трава зашелестела под чьими-то шагами, и рядом с ней встала Цикута. Ветер закинул ее тонкие белые волосы назад, обнажив высокий лоб и полупрозрачные брови.

Злата недовольно засопела, но промолчала. Плеск воды и веселье рыб немного успокоили ее.

Какое-то время Цикута наблюдала за рыбками, затем наклонилась к ней и зашептала на ухо:

— Хочешь увидеть настоящую темную ведьму? Ее легко можно привлечь ночью на пламя. Посмотришь на нее и узнаешь, чем она отличается от простой альвийки.

Сильный порыв ветра взметнул волосы и залепил Злате лицо. Он словно говорил: «Не делай этого!». Злата собрала пряди в кулак и закрутила в хвост.

— Это опасно?

— Не опасней, чем наблюдать за рыбками. Я знаю, как уберечься от ведьмы. Не бойся, такой обряд проводила моя старшая сестра. — она бросила в сторону взгляд и спросила, — Аннета, ты согласна?

Аннета не вмешивалась в разговор. Она вздрогнула, услышав свое имя, но согласилась сразу.

В полночь, когда на небе белела круглая луна в обрамлении россыпи искристых звезд, в комнату Златы и Аннеты прокралась Цикута с небольшой кожаной сумочкой. Бросив ее на стул, вытащила свечу, кресало, пучок ветоши и два кусочка кремния.

— Темных ведьм особенно сильно влечет к огню во время полнолуния, — прошептала Цикута, втыкая свечу в подсвечник и ставя на подоконник.

Свет луны упал на свечу, и она засеребрилась. Цикута потерла кресало и кусок кремния друг об друга. Искра не появилась. Цикута чиркнула еще раз, и ничего. Она отбросила их в сторону и раздраженно сказала:

— Никогда не получалось зажечь огонь кресалом.

Она растопырила пальцы и подвела ладони к фитильку. Подержала немного, что-то пробормотала. Кончик фитилька порозовел и вспыхнул.

— Так ты, оказывается, выучилась на эльфа огня! — ахнули Злата с Аннетой.

— Я не училась этому. Сколько себя помню, всегда зажигала руками свечи. Я не хочу быть эльфом огня, мне больше нравятся эльфы цветов.

Цикута откинула шпингалет и распахнула окно. Ночные звуки проникли в комнату. Запахло свежестью. Цикута воткнула в раму иглу. Она заблестела в отблесках огня.

— По преданию, игла доставляет боль ногам ведьмы. Из-за этого она не может проникнуть внутрь. — Цикута шагнула к двери. — Быстрее уходим отсюда, пока она не подошла.

Девочки выскочили из комнаты и спрятались в зарослях ивы. От порывов ветра огонек плясал на свече, отбрасывая яркий свет на стену. Пятно света дрожало, менялось в очертаниях.

Минут двадцать ничего не происходило. От сидения на корточках у Златы затекли ноги. Она привстала, желая размяться, и тотчас же в стороне хрустнула веточка и мелькнула тень. «Садись!» — руки Аннеты потянули Злату вниз.

Кто-то осторожно подбирался к открытому окну. Прошуршала юбка, и в пятне огня показалась сгорбленная фигура. Пламя всколыхнулось и высветило узкое, как у хорька, женское лицо. Медленно женщина подошла к окну, прислонилась к стене дома и заглянула внутрь. Резко отпрянула, отдернула руку и затрясла ею. Замерла и огляделась, прислушиваясь. Не заметив ничего подозрительного, отступила от окна. Охнула и пошла прочь, прихрамывая. Походка у нее была такая, словно ступала босыми ногами по битому стеклу. Через несколько минут она скрылась.