Чтение онлайн

Особняк, был построен в тысяча девятьсот семьдесят седьмом году французским банкиром Франсуа-Ксавье Бенуа для возлюбленной Каролины Оливера, дочери малоизвестного ныне испанского писателя Мануэля. Это трагическая история любви, полная политических заговоров и предательств, но важно лишь, что Бенуа так и не удалось пожить в этом доме и создать семью. Он был убит в Париже через год после окончания строительства. Говорят, Франсуа-Ксавье был ярым оппозиционером, и гибель его была угодна жадным политикам, но этого никто не смог доказать. Каролина же готовилась к свадьбе, но, узнав о смерти возлюбленного, вскрыла себе вены. Правда, ходили слухи, что она вела достаточно распутную жизнь еще до знакомства с Бенуа и даже родила дочь, но доказательств тому нет.

После того как дом потерял своих владельцев, за неимением наследников, его использовали в качестве резиденции для высокопоставленных иностранных гостей. А в тысяча девятьсот восемьдесят шестом особняк был продан Адаму Скаату, успешному еврейскому врачу, и в плоть до наших дней им владела лишь одна семья.

Бенуа был очарован духом Испании. Он желал видеть здесь всего понемногу. Что-то, что стало бы напоминать ему о родной Франции, разбавленной местным колоритом. Вследствие этого доминирующей архитектурной особенностью особняка являются элементы готического и колониального стиля. Ремонт делался многократно, интерьер менялся, как и положено в соответствии с современными трендами.

– Но душа Бенуа, его сердце до сих пор бьется в стенах этого прекрасного храма недостроенных надежд. А слезы Каролины не что иное, как олицетворение здешних фонтанов в вечно зеленом саду, – закончил свою речь довольный собой риелтор.

Айелет хмыкнула, а Гальярдо захотелось его ударить.

– Ты явно долго это заучивал. Попахивает дешевой рекламной компанией какого-нибудь отеля с упырями. Давай ограничимся просмотром квадратуры и подсчетом убытков, что я понесу, если вложу в эту старую развалину хотя бы евро помимо основной стоимости, – сказал Луис достаточно жестким тоном, присущим ему одному.

– Ох, прошу прощения, сеньор Гальярдо, пройдемте дальше, и я ограничусь лишь описанием помещений.

Экскурсия продолжалась. Наступил черед второго этажа.

– Вот эта дверь, – шепнула Айелет Гальярдо, указав на большие двойные двери с золотыми ручками.

– А что здесь? – недолго думая спросил он у Антонио, который собирался пройти мимо.

– Кабинет, большой и пыльный, с сотнями всевозможных книг, но боюсь, что сегодня я не смогу вам его показать, он заперт и очень давно, – слегка бледнея, ответил их проводник.

– Это еще почему? Ты, друг мой, забылся. Я здесь не веселые истории пришел слушать, а тратить огромные деньги на свою возлюбленную, а она ждать не привыкла. Так что будь добр, раздобудь мне ключ, иначе скоро будешь добывать новое гражданство где-нибудь на краю света, – зарычал Луис, устрашающе приближаясь к мужчине.

Айелет приложила ладонь к закрытой двери.

– Надеюсь, я не Каролина, а ты не Бенуа, но, черт возьми, я хочу увидеть эту комнату с кучей книг и любовных писем. Любимый, заставь его поторопиться! – в голосе начинающей, но очень талантливой актрисы зазвучали капризные нотки – ее чарующая особенность.

– Я сейчас же свяжусь со смотрителем, не переживайте, прошу вас! – Антонио Кит определенно приготовился к самому худшему.

– Почему ты еще здесь? Живо за ключом! – рявкнул Гальярдо и отмахнулся от него.

Испуганный сеньор Кит в спешке побрел прочь.

– Хм, это было забавно – видеть тебя таким живым и агрессивным, – сказала Айелет, глядя в след сбежавшему Антонио.

– Не нравится? Можешь идти следом, несчастная! – оскалился Луис, не выходя из роли.

– Ясно, кому-то надоело быть душкой, – девушка вновь была спокойна и этим снова разожгла желание в стареющем герое-мошеннике.

– Ты уверена, что искать нужно именно там? – Луис подергал ручку двери, но она, разумеется, не поддалась.

– Абсолютно, но даже, если он и найдет ключ, едва ли я стану показывать тайник с картиной при нем.

– Айелет, мы не будем ждать этого идиота. У нас есть теперь необходимое время на старый добрый взлом.

– Ты шутишь? Моей шпилькой для волос или изогнутой проволокой из твоего ремня? – она закатила глаза.

– Проще, отмычкой из моего кармана, – Луис достал небольшой комплект отмычек в кожаном футляре.

– Ты меня удивил, – сказала Айелет, разглядывая инструменты вора.

Потратив на взлом пару минут, Луис Гальярдо с триумфом распахнул заветные двери, и вот настал момент, которого они так долго ждали.

Это и вправду был большой и темный кабинет с массивным столом в углу и многочисленными стеллажами на стенах. Тяжелые портьеры были задернуты, а еще здесь пахло пылью, которая словно снег оседала повсюду, потревоженная порывом воздуха из коридора.

– Он проводил здесь львиную доли своего свободного времени, – сказала Айелет, подойдя к столу, – это и кабинет, и библиотека. А вот здесь, – она указала рукой на середину комнаты, – вот здесь мы с мамой раздавили стеклянный столик, украсивший меня.

– Мне жаль, – только и смог сказать Луис, понимая, что того требует ситуация.

– Спасибо. Вот видишь картины? Все это подлинники, купленные моим отцом. Не такие дорогие, но весьма приличные.

Помпезные картинные рамы с различными пейзажами оживляли это помещение, создавая рабочий уют. Гальярдо и сам любил подобные дорогие картинки, однако в его доме не было замк'oв, которые возможно открыть простой отмычкой, а здесь же понятия безопасности ограничивались классикой средних веков.

– Давай поскорее закончим с этим. Наш приятель может вот-вот вернуться, – сказал Луис, оглядываясь назад.

Айелет подошла к столу и хлопнула ладонью по краю. Раздался щелчок, и один из стеллажей поехал чуть назад и вверх.

– Мило, тайник на все времена, – равнодушно проговорил Гальярдо.

– А я думала, что тебя впечатлит этот фокус, но это еще не все, – Айелет прошла в открывшуюся нишу, и Луис, следующий следом, увидел большую сейфовою дверь серого цвета. На ней был кодовый замок – электроника посреди готических мотивов.

– Смею надеяться, что код ты знаешь? – сейчас Луис действительно был удивлен, ведь он предполагал, что первой потайной дверью все и ограничится.

– Знаю. Но… погоди. Дай мне минуту, – Айелет закрыла глаза, будто погрузившись в себя.

Через мгновения она взяла себя в руки и быстро нажала несколько клавиш, отчего дверь с легким шипением отъехала в сторону.

Говорят, строить планы – смешить бога. Через пару шагов возможно все, и любой толчок способен перечеркнуть вашу жизнь, а цели потеряют смысл. Однако сейчас, в момент, когда Луис был так близок к мечте, правда не к той, что ждала его впереди, но к единственной, что сопровождала его все это время, случилось такое, чего просчитывающий каждый шаг Гальярдо никак не ожидал.