Чтение онлайн

«Боже, как же я боюсь. Боюсь, что все-таки это не сон. Боюсь смерти. Вот сейчас… Как в холодную воду! Давай, решайся, Исмаэль!»

Он сделал выбор, когда в дверь постучали. Всегда ведь есть выбор. Тот или иной.

Глава IV

Их первое расставание положило начало дурной традиции: обвинениям, приправленным шумом и бранью. В тот период Гальярдо особенно ненавидел Айелет за дерзость и высокомерие. Бессовестная и безразличная! Она даже не пыталась проявить и капли уважения к своему влиятельному спутнику. Несомненно, старалась одурачить, и Луис это понимал. Понимал, как сильно его влечет к ней, представлял возможности, что сулила бы ее благосклонность, но не смел надеяться на взаимность. «Сделка» была единственным звеном в их отношениях, а страсть заменил азарт, который заставлял огонь их стремлений выходить за рамки дозволенного.

Айелет любила себя. Наслаждалась образом убежденной снежной королевы и подчеркивала его колючей красотой. Эта женщина никогда не лезла за словом в карман, получая от жизни все. Судьба наказала ее, но наказание стало изощренным подарком, щитом, сделавшим сильней. Он огородил ее от внешнего мира, и даже всесильный Гальярдо так и не сумел сквозь него пробиться. Казалось, что многие людские качества, вроде нежности, скромности и даже хорошего воспитания, были Айелет попросту неведомы. Луис не пугал ее, а забавлял. Смешной богач, охотник за капризами, подкупленный бесценной реликвией, ожидающей его в конце пути. Этот план казался ей безупречным. По крайней мере, она не видела причин думать иначе. Наличие столь значимой марионетки пьянило красавицу. Она питала иллюзии, но Луис разубеждать ее не спешил.

Впервые за долгие годы Гальярдо ощутил острое желание обладать не сокровищем, а человеком – инопланетянкой, неподвластной и недоступной всемогущему хитрецу. С юных лет избалованная деньгами, Айелет в них не нуждалась, как, впрочем, и в любви, которая никогда не посещала ее порога. Она была проклята: бессердечность, во имя свободы духа. Одинокая и ядовитая роза, ведомая собственным горем. Роза, что предпочла увянуть по собственной прихоти.

Айелет нашла Луиса в час, когда собственное сердце подвело его. Холодный прибор, не пропускавший в себя никаких чувств, сломался, позволив ослабленному Гальярдо вновь ощутить себя старшеклассником, тайно влюбленным в собственную учительницу. Возможно, это был знак судьбы – новые начинания, вопреки его прежним правилам. Или жажда интриг и любовных страстей в обществе женщины, замыслов которой даже он не сумел разгадать. Луис Гальярдо вновь вспоминал снежную каталонскую зиму, укрывшись от внешнего мира десятками штор.

Мадрид, отель Риц – роскошный ночлег для более чем обеспеченного путника. Луис не привык отказывать себе в чем-либо, особенно в присутствии госпожи Скаат. Правда, ее глаза не засверкали голодным блеском при виде шикарных апартаментов в центре столицы, и намерение произвести впечатление на Айелет провалилось. Луис снял для нее соседний номер, тайно надеясь, что он ей, возможно, и не понадобится, но ожидаемо заблуждался. Айелет Скаат не нуждалась в мужской кампании, по крайней мере по ночам. Ее главной целью было пробраться в дом отца – солидный особняк в квартале Эль Визо района Чамартин. Дочь фармацевтического короля не верила, что у них без труда получится туда забраться. Луис же только ухмылялся, предвкушая очередной вызов его талантам.

По дороге в Мадрид Айелет поставила условие: не торопиться в выполнении цели, ведь время было единственной ценностью, которой она могла делиться с ним. Луис не спорил. Он понимал, что ей, должно быть, страшно вернуться в дом, где бродили призраки ее прошлого. Она тянула время, становясь нерешительной и нервной.

– Я должна сделать это. Нечасто мне приходилось участвовать в кражах со взломом. К тому же, кто знает, что мы обнаружим, – говорила Скаат, хмуря брови и прикусывая нижнюю губу, становясь похожей на встревоженного птенца.

– Ты не крадешь, а берешь свое, что в этом плохого? – ответил Луис, понимая, что, узнай Скаат-старший о пропаже Ван Гога, предел его «радости» бы был неизмерим.

Их первый вечер в Мадриде протекал монотонно и заурядно. Айелет сидела у себя в номере, и одному богу известно, чем занималась, а Луис скучал на кровати, сжимая в руках полупустой бокал коньяка. Ему казалось, что на данном этапе в приключении, пожалуй, слишком мало событий, и на такой фильм он ни за что не купил бы билета. Время от времени он поглядывал на часы, словно надеялся, что они загадочным образом ускорятся и его мгновения в обществе скуки подойдут к концу. Прикончив свой бокал, он потянулся за новой порцией алкоголя и ощутил резкую боль в спине.

– Да-а, старость скрутила гораздо раньше, чем казалось. Могла бы и позвонить, я бы хоть подготовился, – подумал Луис, застывший в одном положении, прислушиваясь к боли, которая стала потихоньку отпускать свою жертву.

В дверь постучали.

– Я никого не жду! Я тут стареть пытаюсь! – крикнул Гальярдо и со стоном перевернулся на спину.

Постучали снова. Потом еще и еще. Когда в дверь стали откровенно барабанить, Луис, чертыхаясь, поднялся на ноги и подошел к двери с готовностью придушить своего визитера.

– Я убивал людей и за меньшее! – воскликнул он, распахнув дверь.

– Ты очень громкий. Не убивай меня на пороге, дай войти для начала, – сказала Айелет, ворвавшись в номер без приглашения.

Луис посторонился, глядя на нее в изумлении.

– Это я громкий? Ты сейчас пол Мадрида разбудила, должно быть, – он закрыл дверь и, внезапно для самого себя, улыбнулся ей.

Айелет, совершенно лишенная комплексов и условностей, уселась в одно из кресел у окна, подогнув под себя ноги. На ней был банный халат, а волосы были замотаны полотенцем.

– Я не могу уснуть: все думаю о завтрашнем дне. Начинающая воровка нуждается в обществе мудрого дракона, – сказала она и пробежалась взглядом по лучшему номеру в гостинице. – Не моя это вина, что драконам приспичило стареть.

– Признаюсь, ждал тебя пораньше, – заявил Луис, заняв второе кресло напротив нее.

– Ждал значит? Так обычно ведут себя девицы из твоего мира? Эти размалеванные охотницы за честью богатых старцев? – спросила Айелет, глядя ему в глаза.

Она будто случайно приподняла край халата, обнажив смуглое бедро. Вероятно, этим нахалка надеялась смутить Луиса. Забыла, с кем имеет дело. Заигралась.

– Так обычно ведут себя те, кому от меня что-то нужно, – принял вызов Луис, вежливо и открыто разглядывая все, что хотел.

– Знаю я, что им обычно бывает нужно, но не секс с тобой, это уж точно. Прости за прямоту, я та еще поганка, – резким движением Айелет лишила Гальярдо приятных ракурсов.

– Ой, ну ты меня явно недооцениваешь. Я ведь прекрасно сохранился, как ты сама некогда заметила, – сказал Луис и в последний раз жадно оглядел ее с головы до ног.

– Давай в другой раз, дорогой, сегодня меня мучит мигрень, – пропела Айелет.

И вот они уже хохочут. Впервые. Тепло и уютно.

– Хочешь выпить? – спросил Луис, поднявшись с кресла.

Отказываться от идеи прикончить всю бутылку коньяка барселонец не смел.

– Может тебе стоило бы выспаться, ведь завтра важный день. По крайней мере, для меня. Хотя… ну, ладно, чего уж там. А что будем пить? – поинтересовалась Айелет.

– Коньяк. Но в баре полно всего, выбирай, – Гальярдо прошел в спальную комнату и вернулся с початой бутылкой. Недолго ей осталось.