Чтение онлайн

Не понимаю. Ничего не понимаю.

Такое ощущение, будто что-то изменилось. Даже не знаю, можно ли это назвать ощущением, скорее… понимание. Будто одно число сложилось с другим, и сумма привела к результату, который моментально обработал процессор. Четко, точно, без капли эмоций. Противоестественно.

Тьма немного отступила. Я обнаружила, что лежу на полу. И опять все странно, непривычно: я видела, что лежу на полу, я слышала кряхтение старых стен, но остальные мои органы чувств будто были выключены. Мозг отправил команды рукам и ногам, но не получил никакого ответа. Он предпринял еще несколько попыток — конечности не отвечали.

Я поднялась, но произошло это как бы само собой, без помощи рук и ног. Словно тело получило команду и автоматически выполнило ее, выбрав нужную строку из списка заранее заготовленных движений. Это нельзя было назвать в полной мере ощущением, но мне казалось, что я вишу в воздухе. Более того, уровень моих глаз будто бы находился несколько выше, чем обычно. Желая, наконец, выяснить, что со мной происходит, я протянула к лицу ладонь. И ничего не увидела. Что же это такое? Я поглядела вниз… и снова ничего не увидела — только пол. У меня не было тела. Мне не показалось. Я действительно висела в воздухе.

Наверно, я должна быть перепугана до смерти, но мне по-прежнему не страшно. Вместо этого в сознании одно за другим уже компилировались предположения, которые должны логически объяснить происходящее. Мозг не тратил время и ресурсы на бессмысленные эмоции. Оно и к лучшему. Мне сейчас нужна холодная голова.

Где я? Я огляделась по сторонам. То было какое-то другое место, не коридор, где мы с ботом разминулись. Все те же ржавые стены, мягкий голубой огонь лампы на потолке, старые нерабочие мониторы, пульты со сломанными кнопками, два чернеющих входа — вот что предстало моему взгляду. Напротив правого входа находилось небольшое помещение, похожее на кабину, внутри которой на стуле сидел безголовый скелет в желтых лохмотьях.

Краем зрения я заметила странный блеск и повернулась. Стена слева от меня обладала зеркальной поверхностью. Поверхность была мутная, покрытая серыми кляксами. Я подошла к зеркалу, по-прежнему не чувствуя ног, не слыша даже собственных шагов. В отражении показался небольшой хромированный куб, висящий в воздухе. Мозг моментально просуммировал визуальную информацию с тем, что он испытывал на протяжении последних 4,6 минут, и выдал невозможный результат — как если бы в область натуральных чисел внезапно вторглось отрицательное.

Куб в отражении — бот, вне сомнений. Я сдвинулась на хифран вбок — бот повторил за мной. Сдвинулась чуть вперед — он снова повторил. Кто я? Я Маленьер. Маленьер Диенгенвакс. Но как я оказалась в его теле? Как такое возможно, что мое сознание переместилось в этот куб? Я живой человек, а он… Он искусственный, робот. Лучше пока присвоить этому вопросу низкий приоритет, все равно данных критически мало.

Раз я нахожусь в теле бота, значит, он находится в моем, логично предположить. Сама мысль об этом казалась ненормальной: что кто-то другой, грубо говоря, пилотирует тело, которое принадлежит мне и только мне. И пусть это бот, которому я доверяю, все равно… он не должен в нем находиться. Если что-нибудь с ним случится, пока я… в таком положении… если навсегда останусь заключена в хромированном кубе…

Отклонить. Слишком много мыслей. Мозг не успевает все обрабатывать. Если бы я могла вздохнуть, я бы вздохнула. Надо найти бота… меня. Найти нас. Я не боялась за нынешнее тело, но боялась, если можно так сказать, за оригинальное — оно хрупко, оно нуждается в защите. И бот, который никогда не бывал в теле человека, может навредить ему с непривычки.

У меня есть лазер. У меня есть полный набор инструментов на все случаи жизни. Никакая опасность мне не страшна. Так я думала, однако меня поджидало неприятное открытие. Из всего богатого списка мне удалось задействовать лишь жалкий фонарик. Даже с картой вышла неудача. Я тоже с непривычки плохо управляла чужим телом.

Передо мной встал выбор: налево или направо. Никаких указателей поблизости не было, так что оставалось только надеяться на удачу. Я не думала долго и выбрала правый проход. Коридор несколько раз изогнулся под прямым углом и вывел меня в зал, слабо освещенный голубыми огоньками на стенах и потолке.

Здесь стояли столы с пыльными горками микросхем и проводов. По центру возвышалась загадочная машина с руками-клешнями и еще одной рукой со шлемом, которая торчала из середины крупного черного туловища. Я походила — вернее, покружила — по залу и наткнулась на терминал, на нем горели кнопки. Похоже, он был в рабочем состоянии. Я послала терминалу 12 запросов, но ни на один он не вернул ответ — он не понимал языка, на котором я с ним говорю, поэтому мне пришлось перейти на машинный язык. Еще один запрос. Перед глазами — визорами — пронеслась стена кода. Наконец-то терминал меня понял. Его экран так и не загорелся — сломан, но это не мешало мне копаться в нем.

— Как называется это место? — спросила я.

— 79%*;»!дел переноса ##+&43 сознания, — тормозя, ответил терминал.

«Дел»… Отдел переноса… сознания?

— Расскажи подробнее, чем занимались в этом отделе.

— Ошибка. Данные не найдены. Пожалуйста, введите другой запрос.

— Зачем переносили сознание? И чье?

— Ошибка. Данные не найдены. Пожалуйста, введите другой запрос.

— Какая еще информация хранится в твоей памяти?

Он выдал мне текст. На удивление текст был практически не поврежден.

«Босс сдался. Закрылся у себя в кабинете и общается только с :;%:?32, ему уже наплевать на всех, наплевать на нашу работу, ради которой он всех нас собрал. Он убедил меня, я последовал за ним, я доверился ему, а он просто… бросил все! Каков идиот! Я 2№** теперь фактически один, пока остальные заняты совершенно не тем… Если бы мы сохраняли разум, если бы босс не занимался ерундой, небо его разрази, если бы мы ;*845, а не хватались за кучу всего сразу, как за соломинки, что одна короче другой, мы бы уже, скорее всего, нашли выход.

Но кто я такой, да? Кто я такой, чтобы указывать остальным? Люди ;№*4 уверены в нем, а мне остается только изливать негодование в байты никому не нужного текста. Вот что: я его отделаю. Ворвусь к нему 4%;*(6357 и отделаю. Плевать. Никто и глазом не поведет, все равно. Отделаю хорошенько. Вставлю мозги на место. Кто-то должен это сделать».

Я закрыла вкладку с текстом. На глаза попался пункт «Сеть», и я заглянула в него. Мне открылась схема терминалов, соединенных между собой прямыми линиями. Это было что-то вроде карты; в обычном моем состоянии мне бы она мало что сказала, но сейчас, напротив, я поняла ее моментально. Внимание привлек терминал, подписанный как «Выход А».

— Запрос: «Выход А».

— Ошибка. Данные не найдены. Пожалуйста, введите другой запрос.

Скопировав себе схему, я заглянула в последнюю вкладку под названием «Лог доступа». Высветился длинный-предлинный список строк формата дата-логин: даты были неадекватные, вроде «99.35.-19241»; логины тоже были повреждены и представляли собой непонятные гусеницы из цифр и символов — тем не менее, среди них проглядывалось нечто, смутное похожее на написание слова «Амбидестиригш» — длина слов везде совпадала, и некоторые буквы стояли на тех же местах. Я пролистала в самый низ и увидела запись пятиминутной давности, единственную подписанную как «гостевой_пользователь», которая явно указывала на меня. Тут я обратила внимание на предпоследнюю запись: