Чтение онлайн

— Вот скажи, Маркос, как должен поступить аделианин, когда сердце его разделено между друзьями и долгом? — говорил Сурок.

— Мог бы раскрыть мне свою тайну по дороге в Мелис, — ответил Марк, не желая сейчас ни оправдывать сарпедонца, ни обвинять.

— Эге, а знаешь, что со мной сделали бы в Сарпедоне за такую искренность? Восьмой миротворец — моё самое важное задание за все годы службы. Если провалю, меня ждут нечищеные конюшни где-нибудь в Унылой долине. Убирать конский навоз до конца своих дней, это знаешь ли… Ты вот часто твердишь о призвании, Маркос, так скажи: такую ли судьбу отвёл мне Всевышний?

— Не знаю, Сурок. Знаю только, что Путь Истины без тяжёлого перепутья невозможен.

Вскоре спуск стал более пологим, и Марк увидел зелень, покрывавшую скальные массивы. Трава, карликовые кедры, тисовые кусты — все они прекрасно чувствовали себя здесь, насыщаясь выбегающими из узких расщелин ручейками. Казалось, крепкие деревца растут прямо на камнях, разбросанных россыпью до Лунного леса, величаво покачивающегося внизу. Перед самим лесом пролегала дорога, огибающая весь этот огромный лесной массив, и, наверное, она должна была вывести на Старый торговый тракт, откуда рукой подать до желанной Зелёной Идиллии.

Вода! Марк с наслаждением черпал прохладную воду из ручья и пил из пригоршни, обливал лицо и голову. Весь кошмар казался позади. Травля закончились. Появившиеся деревца и живая тень от них, а не только от голых скальных зубов, создавали чувство безмятежного покоя. Лунный лес казался совсем близко, и запах хвои чувствовался повсюду: сочный, будоражащий. Здесь было по-весеннему тепло, а не жарко.

Умывшись, Марк огляделся. Лейна и Никта сидели рядом, предаваясь отдыху. Иолас, охая, смачивал свои раны мокрой тряпицей. Эльмика внимательно глядела вниз, будто что-то высматривая. Яннес, всё пытавшийся с нею заговорить, прекратил эти попытки и просто стоял, омытый прохладной водой, и бесцветные капли сбегали по его бородке. Сурок жадно пил, как конь после долгой скачки.

«До чего капризны дороги судьбы! — подумал Марк. — Друзья становятся врагами, враги друзьями, но в конце концов все тянутся к примирению. Может быть, путь миротворца не так уж труден, как это кажется в те минуты, когда видишь непробиваемую толщу людской вражды?»

К вечеру отряд обогнул Лунный лес и вышел на старую травянистую дорогу, ведущую в Зелёную Идиллию. Здесь было небольшое поселение анфейцев, промышляющих разведением коров и охотой. На всё селение была одна телега с двумя лошадьми. Её хозяин оказался покладистым и за пять динаров, предложенных Марком — небывало щедрую плату в этих краях, — охотно согласился отвезти завтра весь отряд в Зелёную Идиллию.

— Значит, выступим на рассвете? А сегодня нельзя? — спросил Марк. Несмотря на усталость, он готов был продолжать путь.

— Что ты, что ты, парень, куда на ночь глядя-то?! — замахал руками хозяин. — По ночам сельвархи лютуют. Утянут в лес — костей не оставят!

Угостив гостей парным молоком и хлебом, хозяин расположил всех на сеновале. Свалившись без сил на пахучее сено, Марк был рад, что внял хозяину. События последних дней довели его до полного истощения. В голове всё смешалось, перед глазами мелькали отдельно выхваченные из памяти картины: ходячие мертвецы, поднятые некромантом, Лейна, падающая на землю с разбитой головой, мёртвое тело старика Фабридия, жестокое лицо Радагара, смертельно раненая Амарта, погоня, скалы, дхорсы, золотые огоньки в глазах Никты, Эльмика, Яннес, Сурок… и наконец Саркс, скрывающийся в глубинах его сознания. А ещё — невидимый Кукловод, наблюдающий за каждым шагом Седьмого миротворца.

Марк чувствовал, что ему всё труднее понимать, где он поступил правильно, а где совершил ошибку. Если ему противостоит столь могущественный враг, возможно, некромант, повелевающий тайным магическим сообществом, то понять его планы и намерения будет очень сложно.

«А что, если Саркс прав, и любое моё действие служит его плану?» — тёмная, пугающая мысль упорно восставала в голове всякий раз, когда Марк задумывался о могуществе своего врага.

«Если так пойдёт и дальше, я перестану доверять даже голосу совести… И, может быть, в этом и состоит план Саркса! Запутать, окружить иллюзиями, ослабить и раскрыть для последнего удара. Впрочем, меня это не должно волновать. Пусть строит свои козни. То, что меня волнует — это судьба Мелфая. И глаза Никты», — решил Марк, засыпая.

Четверо боевых магов молчаливо сидели у подножия Скал Ящеров. Вид их был неважный. Заклинатель тьмы кутался в свои длинные чёрные одежды, как будто ему было холодно, хотя солнце стояло в зените, наполняя воздух жгучим зноем пустыни. Молодой длинноногий маг воздуха сидел на камне, обхватив голову, девушка в алых одеждах с запёкшейся кровью на высокомерном лице бессмысленно водила пальцами по каменистой земле. Остробородый маг света теребил бороду.

При появлении человека в мягком волнистом плаще пурпурного цвета они резко поднялись, с виноватой угодливостью склонив головы. Маг света, с трудом оторвав дрожащие руки от своей бороды, выступил вперёд.

— Наставник… всё пошло не так, — теперь дрожь пробежала и по плечам мага. Он съёжился и сгорбился, боясь продолжать.

— О, мои потрёпанные боевые маги, — без улыбки, но и без презрения сказал человек в волнистом плаще. — Вы хорошо сражались. Я не мог этого видеть, но когда дело касается миротворца Маркоса, глаза мне не нужны. Я всё знаю.

— Мы старались, наставник… как ты приказал: вынудить Маркоса… и, если понадобится, убить его попутчиков… но… — голос светлого мага оборвался. — Мы проиграли.

— Что ты говоришь, высокочтимый Казарат? — с поддельным удивлением сказал человек в волнистом плаще. — Вы превосходно справились со своим заданием.

— Эта девчонка, наставник… лесная нимфа… кажется, она разгадывает наши замыслы. Она чуть не выведала у меня твоё имя. Она умеет читать мысли…

— А я — её чувства. Как и чувства их всех. Не бери в голову, Казарат. Она такой же чувствительный скот, как и Маркос и его попутчики. Они, как быки, победно ревут, вырвавшись из западни, и не догадываются, что именно так и было задумано тем, кто эту западню подстроил. Им и в голову не придёт, что они в лабиринте ловушек: вырвавшись из одной, они неизбежно попадают в другую.

Сгорбленный маг света перестал дрожать.

— Значит, всё идёт согласно твоему замыслу, наставник?

— Одному из замыслов. Как ты помнишь, он у меня не один. Маркос не поддался. Хранительница ослеплена. Я рассчитывал на другой расклад, но этот меня тоже устраивает. Как и любой другой.

— Наставник, неужели ты предусмотрел любой исход этой схватки?

— Именно так, Казарат.

— Сколько же исходов могло быть? Четыре? Пять?

Человек в волнистом плаще чуть усмехнулся.

— Больше, Казарат. Куда больше. Двадцать восемь. И любой из них меня устраивал. Это беспроигрышная игра. Только Маркос об этом не знает.

Он поглядел ещё раз на своих магов, застывших в боязливой покорности, и равнодушно повернулся, собираясь идти прочь.

— Возвращайтесь в Туманные болота. У меня появились неотложные дела в Тёмной долине.

— А как же наш дальнейший план? — осмелился поднять голову остробородый маг. — Что, если Маркос нагонит Мелфая?

— Событиям в Зелёной Идиллии мы предоставим развиваться своим чередом.