Чтение онлайн

Силы Саркса!

…Марк усилием воли отогнал эту мысль, пока она не переросла в искушение.

Пытаться обрести эту силу преступно. Даже под угрозой неминуемой смерти. Даже ради спасения других людей. Эта сила — абсолютное зло. Этому злу нельзя давать место в своей душе ни в каких дозах. Оно не станет довольствоваться отведённым местом, а постепенно поглотит всю душу. И тогда конец. Последний рубеж, за которым нет спасения. Только вечный мрак, гибель без смерти, муки без боли…

Пора действовать. Рассвет близится. Марк встал на колени, воткнул меч в землю и припал головой к рукояти. Прежде всего ему предстояло очистить сознание от всякого героизма. Любые мотивы, кроме мотивов веры в Путь Истины, могут стать опасной слабиной, которую без труда нащупает опытный чародей. Праведный гнев, чувство справедливости, жажда совершить подвиг, даже сочувствие к пленницам — всё сейчас должно отступить. Он должен убедиться, что им движет не героическая спесь, а извечная сила духа, вложенная в него ещё в материнской утробе. И он пошёл спасать этих несчастных не потому что может их спасти, а потому что не может поступить иначе. Так поступил бы любой совестливый военачальник. И не обязательно называющий себя аделианином.

Марк поднял взгляд к предрассветному небу.

— Храни нас, Всевышний, — прошептал он. — Защити своей божественной силой, и пусть не умрёт никто.

Через час он опустил голову и глубоко вдохнул запахи ночного леса. Чистота чувств и ясность мыслей постепенно открывали путь новым возможностям. Слух его обострился: он слышал снующих по лесу ночных зверьков, шелест листвы, далёкий шёпот ручья. Прислушавшись к звукам в таверне, он различил приглушённое сопение спящих людей. Обострилось и зрение: Марк заметил мелкие-мелкие, почти невидимые нити, которыми был обвит частокол вокруг таверны — магическая сеть! Клейкая паутина обовьёт всякого, кто попытается перелезть через забор.

Марк глянул в открытый лес, пытаясь ощутить присутствие солимов. «В лесу глаза тебе мало помогут. В лесных войнах побеждает тот, кто научился чувствовать врага, а не видеть», — вспомнились слова хранительницы Никты. Но это чутьё у Марка было развито очень слабо: он сумел понять лишь то, что группа солимов где-то поблизости.

«План готов. Только бы всё прошло тихо. Без крови и смертей. Спаситель, храни нас, не дай нам погибнуть или пролить человеческую кровь».

— Слушай сюда, Сурок, — Марк наскоро растолкал крепко спящего собрата. — Я сейчас буду снимать чародейскую сетку с частокола, а ты возьми кого понадёжней и подходи. И скажи всем, чтобы не на таверну, а в лес глядели. Если солимы появятся — пусть тотчас бьют из луков и арбалетов.

Сурок сонно кивнул и пополз назад к посменно спящим наёмникам. Марк тем временем подкрался к частоколу и аккуратно срезал крепёжные нити ловушки. Охранная магия, не уловив никакого беспокойства, безмолвствовала. Заколдованная сетка сползла под ноги.

Готово. Вернулся Сурок с двумя секирщиками. Вместе они наскоро расшатали и осторожно вынули пару жердин из частокола.

— Ждите здесь, — приказал Марк.

— Э, нет, так не пойдёт, я с тобой! — зашептал Сурок.

— Только тогда, когда я дам знак, ясно?

Светало. Марк медленно прокрался к двери в спящую таверну и заглянул в щель. Никого. Дверь оказалась заперта лишь на внутренний крючок, который Марк ловко поддел мечом. Никакой охранной магии — видимо, чародей слишком доверился магической сетке на ограде, либо просто никого не ждёт в гости. Что ж, пока всё идёт как нельзя лучше.

Марк бесшумно вошёл в полутёмную таверну. Вверх уходила лестница, ведя к комнатам для ночлега, внизу же оставались только запертые двойные двери в обеденный зал. Чуть в стороне… Марк замер. На стуле у стены дремал человек в охотничьем камзоле. Длинные волосы, завитые в конский хвост и покрытая сеточкой голова тут же напомнили Марку рассказы о вольных охотниках. Их угодья находились неподалёку селений лесных чародеев, и те часто пользовались их услугами. Прибегали к их помощи и воины Дубового Листа, но редко, поскольку морфелонцев вольные охотники не любили.

Подкравшись ближе, Марк увидел, что спинка стула придвинута к маленькой погребной дверке с щеколдой. Значит, пленницы там, а не на втором этаже. Охотника не приставили бы охранять подвал, если бы там никого не было.

Марк присмотрелся. Веки стражника закрыты. Вольные охотники отличались хорошим слухом, но их навыки хороши только в лесу. В большой таверне, где всю ночь скрипят двери и половицы, дремота под утро таки сморила лесного жителя.

По всем правилам, прежде чем освобождать пленников, нужно неожиданно ворваться во все комнаты и обезоружить врага. Был бы у Марка хотя бы десяток таких бойцов, как Сурок, он, скорее всего, так бы и поступил. Но с отрядом простых наёмников ему приходилось рассчитывать только на себя.

Он двинулся к спящему и в ту же минуту испытал сильную неуверенность… Ах да, ему же ещё никогда не доводилось снимать часовых! Он не знал, как нанести удар, чтобы охотник мгновенно потерял сознание, не успев вскрикнуть, и при этом не умер. Решив позвать для этого дела Сурка, Марк шагнул назад, и тут половица под его ногой предательски скрипнула…

Вольный охотник вздрогнул и открыл глаза. На раздумья не осталось и секунды: Марк прыгнул и, дрожа от волнения, приставил меч к шее противника. Другую руку он поднёс к своим губам, заклиная молчать.

Глаза охотника секунду выражали изумление, а затем вспыхнули яростным огнём. Он увидел, что перед ним мерзкий морфелонец, которого стыдно боятся.

— Ублюдок, — сорвалось с его уст.

Охотник рванулся с места, порезавшись об острие меча, и обеими руками вцепился в горло Марку. От неожиданности Марк выпустил меч и в ужасе схватил охотника за руки, пытаясь разжать хватку, но тщетно. Пальцы сжимались на горле с нечеловеческой силой. Марк поплыл, видя перед собой одни лишь зрачки иступлённых, диких глаз…

Внезапно раздался глухой удар и хватка ослабла. Оглушённый вольный охотник медленно сполз, хватаясь пальцами за нагрудник Марка, и растянулся на полу.

— Спа… па-сиб, Су-су-рок, — отрывисто выдохнул Марк, жадно хватая воздух. — Я ж… при… приказал ждать… сигнала…

— Я его и дождался. Твой хрип ведь и был сигналом, я не ошибся? — прошептал Сурок, шутливо усмехаясь.

В дверях стояли два его арбалетчика и настороженно переглядывались.

— Если кто по лестнице спускаться будет — бейте по ногам, — приказал Сурок. — Если чародея увидите — валите сразу в голову.

— Не сметь никого убивать! — зашипел Марк.

Затем он разжёг масляную лампаду, стоящую у двери, снял щеколду и первым шагнул в подвал. Отмеряв дюжину ступеней, он оказался в просторном, сухом погребе.

Не сразу разглядев пленниц в свете лампады, он их услышал. Девушки испуганно засуетились, сбиваясь гурьбой в дальний угол. Подняв руку в знак тишины и своих добрых намерений, Марк шагнул ближе. Больше всего он опасался, что какая-нибудь из пленниц закричит, однако все они только тяжело дышали. Свет лампады упал на их лица.

Силы небесные, до чего запуганные, затравленные глаза!

Пол погреба был застелен одеялами, были даже подушки — о пленницах заботились, чтобы никто не простыл на сыром полу. Одеты девушки были в простые платьица и тёплые вязаные рубашки с длинным рукавом, какие носили крестьяне Спящей сельвы. Следов надругательств или побоев видно не было, но страх в глазах сельвеек был таким, словно несчастным пришлось пройти все немыслимые пытки.

— Слушайте меня, — шёпотом и как можно мягче произнёс Марк. — Что бы я сейчас ни сказал — молчите. Я — воин морфелонского войска. Мы пришли вас освободить, — он сделал паузу, ожидая услышать облегчённые вздохи или увидеть блеск в глазах, но ни того, ни другого не последовало. В затравленных глазах не блеснуло ни огонька. — Сейчас вы все медленно поднимитесь и последуете за мной. И ни звука. Понятно? Ни звука! Мы должны выйти так, чтобы никто из врагов нас не услышал. Идёмте.