Чтение онлайн

Анализируемая посылка является в высшей степени значимой, поскольку критерий допустимости законодательно закреплен и в ст.50 Конституции РФ: «При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона». 45

Необходимо учитывать и рассматривать все обстоятельства, свидетельствующие как «за», так и «против» обвиняемого, обвинительные и оправдательные доказательства, доводы всех участников процесса; выдвигать и исследовать все необходимые версии; каждое доказательство подвергать анализу и сопоставлять с другими доказательствами; из совокупности исследуемых доказательств сделать все необходимые выводы о фактах, образующих предмет доказывания по делу. 46

Конечно, следует согласиться с изложенными доводами авторов Научно-практического сборника Академии Генеральной прокуратуры и его редакционной коллегией, однако являются ли сейчас обоснованными ссылки на «Проблемы доказательств в советском уголовном праве» и «Теорию доказательств в советском уголовном процессе»? Имеют ли они право на существование в условиях «равноправия сторон и состязательности» современного уголовного процесса, особенно при самоуверенности нынешних следователей, все действия которых сегодня направлены исключительно на изобличение виновного лица?

Так, не ведающий никаких сомнений следователь УВД Южного округа Москвы, давно утратив объективную оценку собственной работы, безапелляционно заявил защитнику обвиняемой Емельянцевой, что «адвокат может писать какие угодно заявления и ходатайства, он уверен, что его дело в любом состоянии пройдет в суде». При этом следователь, опровергая данные о месте наезда, объективно зафиксированном на схеме места совершения ДТП, назначил автотехническую экспертизу по так называемым «двум вариантам» (о месте наезда на пешеходном переходе и данным согласно схемы происшествия), предоставив эксперту придуманные исходные данные и указав момент возникновения опасности, заведомо предопределив таким образом экспертные выводы о виновности обвиняемой.

Уголовное дело было прекращено вследствие применения акта амнистии 2015 года. Неоднократные мотивированные заявления защитника Емельянцевой о необоснованности и незаконности следственного решения в адрес прокурора Южного округа и прокурора Москвы рассмотрены формально и далеко не по существу обращений, то есть фактически не рассмотрены, а некоторые – вообще оставлены без ответа. Вновь на первом месте – формальная и мнимая отчетность, и отнюдь не качество следствия, и существенные нарушения уголовно-процессуального закона. 47

Такова, к сожалению, современная следственная практика. Очевидно, что именно так забывается и полностью игнорируется принцип законности, устанавливается «формальная истина» и достигается «стабильность правосудия».

Обращения же по поводу так называемых «промежуточных» постановлений в ходе доследственных проверок в подавляющем большинстве остаются без удовлетворения и объективного рассмотрения. Если же и происходит отмена таких постановлений, то исключительно по формальным основаниям. Кто же из должностных лиц и по каким критериям определяет судебную перспективу дела, абсолютно непонятно.

Актуальными и сегодня являются слова Н.С.Трубина: «Такой подход к оценке работы исподволь порождает заинтересованность в сокрытии от учета преступлений, особенно когда не установлены совершившие их лица».

«Все это в конечном итоге нарушает основополагающий принцип законности уголовного судопроизводства, изначально ведет к искажению действительных обстоятельств, порождает коррупционность и порождает злоупотребления органов следствия и прокуратуры. К сожалению, при этом преследуется единственный субъективный путь – путь наименьшего сопротивления» по затратам усилий в расследовании уголовных дел…

С таким сегодняшним методом и подходом, который наметился в деятельности органов следствия и прокуратуры в расследовании уголовных дел, где крайне сложно защитникам добиться удовлетворения обоснованного ходатайства и тем самым отстоять законные права и интересы граждан, в отношении которых расследуются уголовные дела, согласиться нельзя» (И.В. Капичников, судья в почетной отставке, Заслуженный юрист России). 48

Процессуальные действия и решения не должны зависеть от субъективного мнения должностного лица и его изначально неизвестной профессиональной подготовки, утверждают опытные судьи.

При таких обстоятельствах, по мнению автора, абсолютно все нарушения становятся «фундаментальными», от которых законодатель уже давно отказался. «Именно поэтому правоприменителям трудно уразуметь, какие нарушения искажают суть правосудия. В будущем без легального толкования указанного основания не обойтись» (Л.Т. Ульянова).

При этом в соответствии с сегодняшними требованиями руководства ГСУ Московской области и, очевидно, Следственного департамента МВД РФ, возбужденное уголовное дело обязательно должно быть направлено в суд, а прекращение возбужденного дела совсем не допускается. В этом случае следователь вызывается в выходной день в ГСУ области, где подвергается суровому взысканию. При этом его руководство, борясь за свою высокую и мнимую отчетность, почем-то забывает, что речь идет прежде всего о ДТП, где обстоятельства, подлежащие доказыванию, устанавливаются и проверяются прежде всего следственным путем.

Необходимо отметить, что действия и поведение многих должностных лиц в системе сегодняшнего правоприменения не отвечают предъявляемым требованиям, становятся агрессивными, и даже по отношению к потерпевшим, пытающимся нередко безуспешно добиться справедливости, в связи с чем вызывает грустную иронию статьи, весьма оторванные от практики и не отражающие истинное положение дел, в которых «некоторые авторы рекомендуют использовать и другие тактические приемы перед началом допроса: начинать допрос в точно назначенное время, выразить потерпевшему сочувствие; уметь разговаривать слушать и уважать собеседника, проявлять к нему уважение, вежливость, соблюдать спокойствие и др». 49

Сегодняшнее далеко не безупречное правоприменение, недоступность эффективного расследования и правосудия, умаляя авторитет правоохранительных органов и судебной власти, лишают граждан главного – веры в справедливость и государство.

Весьма актуальными и сегодня является: «Беззаконию и произволу надо было поставить надежный заслон. Именно Р.А.Руденко начал осуществлять мероприятия по восстановлению в своих правах прокурорского надзора после долгих лет диктатуры и произвола. И не просто восстанавливать, а создавать гарантии законности. В своих речах, выступлениях он всегда подчеркивал обязательность законов для всех, недопустимость противопоставления законности и целесообразности, неразрывную связь законности с культурностью.

При Руденко начались глобальные перемены в деятельности органов прокуратуры. Ранее безликие и по существу бесправные прокуроры стали наиболее активными проводниками так называемой социалистической законности. Слово «закон» стало наконец употребляться в связках с такими понятиями, как «справедливость», «порядочность», «честность»…

Одной из главных причин произвола при расследовании преступлений, пусть не главной, являлись низкий уровень следственной работы и квалификация следователей. Поэтому не случайно одним из первых Руденко подписал приказ «О мероприятиях по повышению квалификации следователей органов прокуратуры» (14 октября 1953 года). Проверки на местах тогда показывали, что многие следователи не умели пользоваться научно-техническими средствами, а такие важнейшие следственный действия, как осмотр места происшествия, осуществляли кое-как, поверхностно и небрежно, они подчас вообще игнорировали методические разработки, подготовленные институтом криминалистики, не знакомились с юридической литературой, а поэтому не умели «раскрывать» преступления. Некоторые из них слабо знали процессуальное и материальное уголовное дело».