Пробуждающая тьму. Нареченная
Шрифт:
С ужина мы утащили закуски, напитки и десерты, после чего собрались у Хоршаса.
– Ну, рассказывай! – потребовал демон.
– Я чего-то не знаю? – Крэйта смерила меня подозрительным взглядом.
– Все мы чего-то не знаем, – заметила я философски, пожимая плечами. Скоро чувство вины за постоянное вранье сожрет меня изнутри. И вот как заводить друзей, если я не могу сказать им самого главного? А не могу ли?
Всерьез задумавшись, взвесила все риски и пришла к выводу: не стоит. Даже ради дружбы. Для начала сама разберусь, а там, если нащупаю ниточки и потребуется помощь – признаюсь во всей лжи заодно.
Сократив рассказ до странной, но удачной встречи с Арнхайтом посреди леса, торопливо поведала о дальнейших событиях перед поступлением в академию.
– Посреди леса, значит? А может быть, ты туда перенеслась? Сама? – задумался Хоршас.
– А это можно проверить? Сейчас у меня получается только взрывать. И дымок пускать при помощи скрипки. Немного. Как я могла переместиться?
– Хороший вопрос. Перемещения при помощи тьмы – это очень сложная магия. Очень. – Хоршас задумался. – Более того… тебя не удивило, что Арнхайт путешествовал верхом?
– На тот момент я о мире вообще ничего не знала. Забыл?
– Забыл. Сложно привыкнуть, – демон встрепал волосы. – Тогда расскажу. Перемещения – очень затратная магия. И опасная, к тому же. Представь: тьма разрывает пространство, чтобы соединить одну точку с другой. Тьма путешествует по изнанке мира, где нет привычных нам расстояний. Только тьма… понимаешь?
– Начинаю догадываться. – Я поежилась, вцепившись в кружку с чаем, пока еще горячим.
– Там есть только тьма. И в ней можно потеряться. Не выйти, не вернуться, не выбраться. Навсегда сгинуть во тьме. Поэтому перемещениями пользуются крайне редко, в исключительных случаях. Иногда лучше месяц верхом проехать и еще месяц на корабле проплыть, чем разочек переместиться и утонуть в бескрайних просторах тьмы.
С опозданием сделалось жутко. Впрочем, сомневаюсь, что я могла потеряться во тьме, когда меня вела она сама. Или как раз могла? А если тьма хотела именно этого – забрать меня с собой? Черт! Тьма же не может хотеть? Боюсь, до постижения сути тьмы мне далековато.
Крэйта накрыла мою ладонь своей и решительно заявила:
– Все будет хорошо. Ты молодец, что рассказала. Мы поможем тебе! И на любые вопросы ответим.
– Ну, раз уж у нас вечер откровений, поделюсь и своей тайной, – Хоршас кривовато усмехнулся. – Я, конечно, ленивый, но не настолько, чтобы угодить в одну из слабейших групп. Магия и некоторые другие дисциплины меня увлекают. А тому, что меня увлекает, я посвящаю немало времени для изучения. Но дело в силе моей магии. Я отдал ее. Отдал, когда не должен был этого делать.
– Постой-постой. Тьма умеет восстанавливаться. Ее количество не определено на всю оставшуюся жизнь, – заметила Крэйта.
– Именно так. Но я же сказал, что отдал, когда не следовало. Мой источник только формировался. Я с детства осваивал магию. Много читал, практиковался. Родители поощряли мой интерес, нанимали наставников и всячески помогали. Но пока магия только раскрывается, ее нельзя тратить в больших количествах, вы это знаете.
– Честно говоря, нет, – заметила я.
– Э… ну да. В общем, лет до двенадцати источник активно растет, развивается внутри нас. В это время мы уязвимы. И на самом деле до двенадцати лет не рекомендуется активно заниматься магией. Кстати, я про демонов. Не знаю, что там с возрастом у других рас.
– У нас до пятнадцати, – сказала Крэйта, внимательно наблюдая за одногруппником.
Хоршас продолжил:
– Буду краток. Если в это время, до формирования источника, использовать слишком много тьмы, источник может уменьшиться. Он как будто ссыхается, когда тьма его покидает. И потом увеличить размеры источника становится почти непосильной задачей. Я пытался. Не смог, – Хоршас пожал плечами.
В комнате воцарилась тишина. Крэйта разлила коктейль из сока и напитка, похожего на тоник, такого же горького и будоражащего, как земной аналог, по трем бокалам.
Мы взяли. Не сговариваясь, выпили.
– Для кого ты это сделал? – тихо спросила я.
– Для брата. Он на год меня старше. Ему исполнилось двенадцать, когда мне было одиннадцать. Стало ясно, что вот ему с магией не повезло. Совсем. Тьмы в нем почти не было, и это тоже приговор. Мы поняли, что развить его тьму не получится. Я решил поделиться, потому что уже тогда подавал большие надежды, уже тогда был виден потенциал. Но что-то не рассчитал. Я не смог восстановить свою тьму, источник сжался и больше не вырабатывает ее в достаточном количестве. Так что… я неудачник, – демон пожал плечами. – Не имеет значения, сколько всего я знаю и еще узнаю. Я лишился своей тьмы почти полностью, остались только жалкие крохи.
Я не стала расспрашивать, почему Хоршас не подождал всего год. Не знаю, что стало с его братом, когда все узнали, что силы ему не досталось. В конце концов, Хоршасу было одиннадцать, а в этом возрасте мы бываем порывисты. Будь ты демон или человек.
Мы чокнулись и выпили еще.
– Ну а ты, Крэйта? Ты почему в слабой группе? – спросил Хоршас.
– Силу и перспективы василиска показывает то, как воздействует его взгляд. Самые успешные, талантливые из нас могут подчинить себе разрушительную силу нашего взгляда. Смотреть глаза в глаза без последствий. Кто-то выдерживает две минуты, кто-то – полчаса. Правда, полчаса – это рекорд. Потом наша природа все равно берет свое. Ну а слабые абсолютно не способны ни к какому контролю. Это почти не развивается со временем. Так что я тоже неудачница, – Крэйта пожала плечами, закусывая печенькой.
– За неудачников! – Хоршас поднял бокал с коктейлем. Покосился на меня. – Ну и за потерявших память.
Мы рассмеялись.
Дальше пошло веселее. С печальными рассказами мы закончили – переключились на дегустацию вкусностей и замешивание коктейлей. Хоршас неожиданно оказался мастером в этом затейливом деле, когда из нескольких академических напитков и пары тарелок с фруктами хочется сделать нечто шедевральное. У него получилось! Причем в нескольких вариациях. Мы с удовольствием попробовали их все. И даже открыли голосование, выбирая лучший коктейль этого вечера.
– Еще одно мое увлечение, – гордо заявил Хоршас. – А вы, девчонки, чем увлекаетесь? Ой, Лада… я не специально, – демон тут же стушевался. Совершенно искренне.
– Ничего страшного, – я махнула рукой. – Сейчас меня интересует скрипка и все, что связано с инструментальной магией. Только преподавательница не желает со мной возиться, даже технику игры не показывает.
– Какая наглость! А что с техникой? Там что-то сложное? Может, покажешь, что у тебя получается?
– Я оставила скрипку в своей комнате.
И хорошо, что оставила! Не хватало еще, чтобы я поддалась на уговоры, а потом отвечала за причиненный мужскому общежитию ущерб.
Но раз меня уговаривать было бесполезно, Хоршас переключился на Крэйту, предлагая ей потренироваться в контроле над взглядом.
– Ты издеваешься? Это наказуемо!
– Ерунда. Ни один второкурсник не посмеет на тебя пожаловаться, потому что сочтет произошедшее позором.
– Почему второкурсник? – поразилась Крэйта.
В общем, не знаю, как это получилось. Мы пили исключительно безалкогольные коктейли, честное слово! Но веселье было уже не остановить. Хоршас рассказал, что один демон с третьего курса – хм… до этого речь шла о втором? – достал его уже своими придирками. А жизнь к тому моменту казалась простой и веселой, решения принимались легко, трудности отступили на задний план… Каким-то образом мы согласились на безумную авантюру. Хоршас снова посетовал, что я не взяла с собой скрипку, а вот Крэйта оказалась во всеоружии. Наверное, это не зашло бы слишком далеко, если бы не стечение обстоятельств. Когда мы вышли на поиски подопытного, он сам нам попался.