Чтение онлайн

— Фабиан… друг. — Отец говорит мягко и доверительно. — Ты неспроста появился в моей жизни. Мари тебе доверяет и готова часами проводить с тобой время. Могу ли я попросить тебя об услуге? Не бесплатно конечно.

— Нет, — отрезает тот, а я отскакиваю от двери, словно меня ударило молнией. — Если вы хотите сделать меня гувернером своей дочери — я не соглашусь ни за какие деньги.

— Но… почему? — обескураженно произносит отец. — Мне казалось, ты ей тоже симпатизируешь…

— Это против всех моральных правил, — злится тот. — Ей нужна мать… подруга, сестра, кто угодно женского пола. А я могу лишь приезжать иногда. Учить боевой магии, если она и дальше захочет. Я не имею права ее к себе привязывать.

— Но она уже привязалась…

— К сожалению.

— В чем дело, Фабиан? Тебе настолько неприятна моя дочь?

— Ошибаетесь. — Его голос звенит словно натянутая струна. — Я ее люблю. Всей душой. Как младшую сестру, которой у меня никогда не было.

— Это же прекрасно! — вздыхает облегченно отец.

— Боюсь, как бы у нее со временем эта привязанность не переросла… во что-то другое.

— О, милый друг, это все поправимо, — тут же говорит отец. — Я доверяю тебе, как самому себе и лучшей партии для Мари и желать не смею…

— Помилуйте, генерал, ей всего лишь двенадцать!

— Дети быстро растут, — легкомысленным тоном произносит тот. — Не успеешь оглянуться, как… А ты часом не решил заделаться евнухом? — В голосе отца проскальзывают ехидные нотки. — Каждый раз аж беленишься, как речь о женитьбе заходит…

— Думаю, речь о женитьбе в этом случае может зайти, только когда Рианна станет совершеннолетней, — тихо, но твердо произносит Фабиан, отделяя каждое слово.

— Зуб даю, что ты через шесть лет останешься женихом на выданье! — смеется отец. — Именно поэтому и решил, чего тянуть с помолвкой…

— Она должна дать согласие, — еще более твердо и опасно тихо произносит тот. — Не смейте ее ни к чему принуждать!

Дверь открывается. Я стою ни жива ни мертва на пороге. Даже отойти в сторону сил не хватило. Ведь только что шла речь о моей судьбе… точнее, о том, смогу ли я видеться с Фабианом.

Но он сказал, что любит меня. Любит!

— Рианна, — он наклоняется ко мне, а его бездонные темно-серые глаза будто поглощают меня. — Ты в порядке? Ты очень бледная…

Вместо ответа обхватываю его за шею, утыкаясь носом в мягкие густые волосы, которые пахнут пряностями и свежей хвоей.

— Не уходи, — как заводная, шепчу и крепче стискиваю руки. — Не уходи, не бросай меня…

И даже если бы взгляд отца не был столь одобряющим, я бы все равно не разжала рук.

Снова отчий особняк. Мне уже шестнадцать, и я не могу устоять на месте от восторга.

— Фабиан! Ты приехал!

Бросаюсь к нему. Он подхватывает меня и кружит.

— Ну не могу же я упускать такого сильного боевого мага, который скоро станет украшением нашей Академии!

Он осторожно ставит меня на мраморный пол. Матушка, подоспевшая как раз вовремя, чтобы меня осудить, всплескивает руками.

— Будешь так ко всем мужчинам на шею бросаться? Ни стыда, ни совести, и куда только твои учителя смотрят! Мне стыдно, что ты моя дочь.

— Это не мужчина, это же Фабиан! — не понимаю, чего она волнуется. А то, что ей стыдно за меня — так это не новость. Я слышу об этом каждый день.

— Такого комплимента я еще не получал, — сдержанно кланяется он, а в глазах застывают смешинки.

— Конечно, ты сильный, смелый, и мускулы у тебя как у десяти буйволов сразу, — закатываю глаза. — Просто матушка намекает на разные глупости, о которых я даже не думаю, поэтому так сказала.

— Ладно, ладно, подлиза, — шутливо щелкает он меня по носу. — Давай лучше посмотрим, что я тебе привез.

Он вручает бумажный пакет, поднесенный слугой. Я разворачиваю и… пищу от восторга.

— Ой, Фабиан, ты знал, что я хочу! И надо же — размер как раз на меня, ты только посмотри, — верчу в руках темно-синюю бархатистую форму Боевой Академии, состоящую из удобных штанишек и коротенькой кофточки.

Матушка точно не одобрит. Да только мне плевать.

— Все, я побежала примерять, — подпрыгиваю от восторга и целую Фабиана в щеку, чем вызываю очередную серию охов и вздохов от матушки, а потом ухожу к себе и добрых полчаса верчусь перед зеркалом. Наконец-то у меня будет одежда, которая не висит на моей тощей фигуре и даже красиво ее подчеркивает.

Длинный коридор. Дверь гостиной. Фабиан только что приехал, но тут же отправился о чем-то поговорить с отцом. Надо бы его позвать в сад. В прошлый раз он раскачивал меня на качелях, привязанных к толстой ветке дуба, я просила еще и еще… а потом выпрыгнула на взлете и приземлилась очень удачно.

Потому что научилась группироваться при падении. А тот миг, когда оказалась в воздухе, был неповторим.

Фабиан меня сильно отругал. Впервые в жизни так на меня разозлился.

Просто он боялся за меня. Что со мной что-то случится. Но этого не говорил, конечно. Сказал, что не будет катать на качелях и участвовать в других моих опасных затеях.

Он уехал тогда очень быстро — его вызвали в Академию внеурочно. И мы будто бы расстались в ссоре. Хотя я с ним не ссорилась и ни капли не обиделась на его суровый тон.

Сердце замирает от мысли, что снова увижу его и смогу поговорить. Попрошу прощения, что напугала в прошлый раз. Ведь я и впрямь виновата. Он, бедняга, аж побледнел, когда поднимал меня с песка, хотя поднимать не нужно было, ведь я, как кошка, приземлилась на ноги.

Но… что это? За дверью голоса отца и матери, Фабиана будто бы нет с ними. Где же он?

— И он согласился? — В голосе матери слышны какие-то новые странные нотки, из-за чего задерживаюсь и прислушиваюсь.

Да, мне уже не десять, и не двенадцать, а целых восемнадцать. И подслушивать родителей как бы не очень… но я должна знать, куда на этот раз уехал Фабиан. Если уехал. Может, он здесь, ищет меня?

— Почти без уговоров, — отвечает довольный отец. — Вот так, дорогая Листра. Я очень доволен тем, как все разрешилось.

— Но… он старше ее на пятнадцать лет. — Голос матери становится тише. — Ты уверен, что наша строптивая дочь согласится…

— У нет выбора, — жестче, чем обычно произносит отец. — То, что я недавно нашел и прочел в архивах, звучит неутешительно. Моя задача — уберечь ее от возможной опасности…

— Но эти темные маги… ты уверен, что это правда? — Голос матери дрожит.