Проданная его светлости
Шрифт:
— Папа? — заглядываю в кабинет отца поздно вечером. Тот сидит за столом в очках, читает какую-то книгу. Любит он здесь быть. Мне кажется, он уединяется в этом месте, закрываясь от постоянного недовольства и возмущений своей жены.
— Да, милая. — Тот снимает очки и встает. Протягивает мне руку и выглядит… виноватым. — Прости, что не сказал тебе раньше…
— Нет, что ты, — принимаю его руку и прижимаю к груди. — Я пришла сказать тебе спасибо… за Фабиана. Что ты выбрал мне в мужья именно его.
— Ты довольна моим выбором? — Он словно смущен тем, что действовал за моей спиной. Но я помню его слова, что он хотел меня обезопасить и защитить. От какой-то мнимой опасности, но все же…
— Я люблю его, — просто отвечаю и беру его за другую руку. — Нет ничего лучше, чем выйти замуж по взаимной любви.
— Так и есть, моя милая. — Глаза отца увлажняются. — Когда ты уедешь, мне будет тебя не хватать.
— Ну я же не на край света уезжаю, — усмехаюсь.
— Фабиан живет далековато от нас, действительно что на краю, только королевства, — говорит он, а я думаю о том, что еще ни разу не была у него в гостях. А приеду уже как законная хозяйка и госпожа.
Отец протягивает руки, и я обнимаю его в ответ. Кажется, в последний раз он был так нежен со мной, когда я была еще совсем крохой…
— Рад, что угодил, — говорит он, отходя в сторону. Отец так взволнован, не меньше меня. А я чувствую к нему бесконечную благодарность. Может, он не слишком-то разборчив был… в выборе жены, но друга себе он нашел просто замечательного.
— Обещаю — любить, хранить верность, поддерживать в горе и радости, в болезни и здравии, в богатстве и бедности… пока смерть не разлучит нас, — повторяю вслед за Фабианом, первым давшим мне эту клятву.
На мне — белое подвенечное платье. Скромное, с милыми кружевами и жемчугом. Первое платье, от которого я в восторге.
И, кажется, впервые я на такой большой церемонии. Вокруг — куча глаз, колющих меня, как иглами и пытающихся понять, что я такое. Почему генерал Грейм столько лет никому не показывал свою дочь, а тут созвал чуть ли не всю столицу?
Впрочем, он и на свадьбу не хотел никого звать. Не любитель всех этих церемоний. А вот матушка настояла на пышном празднестве. Мысль о том, что я буду в платье, как «приличная леди», сорвало в ней все негласные табу насчет меня.
Ей захотелось блеснуть, показать, какую выгодную партию нашла для дочери. Герцог Айрон ведь сказочно богат, если верить слухам…
«Я люблю тебя», — говорят его темно-серые глаза, которые будто еще больше темнеют, когда он смотрит на меня.
«Я люблю тебя», — возвращаю взгляд, надеясь, что он прочтет в нем заветную фразу.
— Объявляю вас мужем и… — начинает торжественно старичок-маг с большой тяжелой книгой в руках, но в эту секунду посреди зала начинает клубиться черный дым. И из него выходит… некто в темной мантии и маске, скрывающей лицо.
63 глава
Все заполняется дымом. Чопорное общество вздрагивает… а потом все бегут кто куда, визги, крики… И недаром. Ведь рядом с незнакомцем в черной мантии один за другим появляются жуткие существа, состоящие из дыма и грязи, с длинными клыками и красными глазами.
Бездонники.
— Рианна, уходи вместе со всеми! — Фабиан тут же создает магический меч и становится в стойку.
Меня мелко трусит. Все это кажется дурным сном.
Мне снилось что-то подобное, как монстры пролазят в окна и срывают нашу свадьбу. Но чтобы по-настоящему…
— Мари! — Отец дергает меня за руку. — Бежим! Нужно спасаться. Это черный маг, ты с ним не справишься!
Смотрю на отца и… выдергиваю руку.
Генерал Грейм… пусть и в отставке. Позорно бежит, тогда как мой почти уже муж смело готов встретить опасность лицом к лицу!
Черный маг делает движение рукой и… бездонники бросаются к Фабиану. Они перекрывают путь тем, кто не успел сбежать. Они словно множатся, их становится больше и больше…
Срываю фату, подвязываю на ходу белое платье, чтобы не мешало движениям. В руке появляется такой же меч как у Фабиана. Миг — тьма скрывает его из глаз. Кто-то резко толкает меня, я падаю…
— Рианна, беги! — с отчаянием вскрикивает Фабиан, которому удалось отбиться от трех бездонников сразу, но их слишком много, они наступают…
— Еще чего! — встаю, заново создаю меч и иду в самый эпицентр битвы.
— Рианна! Я приказываю тебе!
Никогда еще Фабиан так себя не вел. Но это меня только раззадоривает.
— Я дала клятву! Я не могу преступить!
— Какую еще клятву? — тот резким движением отсекает бездоннику голову, потом кромсает его на части, но… спустя пару секунд он восстанавливается, становится выше и крупнее. И рычит, как раненный зверь, которому все равно уже терять нечего…
— В горе и радости, в болезни и здравии, — цежу сквозь зубы, размахивая мечом.
— Мы с тобой еще не женаты. — Фабиан дерется что было сил. — Придворный маг не успел записать…
— Да мне плевать, слышишь?
— Зато мне — нет. — Он продолжает бороться, но силы не равны. Меня оттесняют к стене, все отдаляя от него. — Спасай свою жизнь!
— Ты что, зря меня учил, чтобы я при первой опасности так легко сдалась?
Мои же слова придают мне сил. Падаю, но тут же вскакиваю и верчу перед собой меч, не позволяя тварям приближаться. Но как из ниоткуда передо мной появляется темный маг. Одним взмахом руки он избавляется от моего меча, хватает меня за грудки и отшвыривает.
На мгновение все вокруг окутывает тьма. Когда открываю глаза и приподнимаюсь на локтях — вокруг… побоище.
Люди в красивых камзолах, платьях, пришедшие на свадьбу, лежат то там, то тут. Не шевелятся.
А по воздуху бреют бездонники, меняя форму и заполоняя все густым смрадным дымом.
— Фабиан! — вскрикиваю, пытаясь его разглядеть в дыму и тут же натыкаюсь на что-то, чуть не падаю...
Отец.
— Папа… — опускаюсь на колени. Его камзол разорван. В прорехах видно мертвенно бледное тело с черными прожилками, которые ползут в шее и скоро покроют его всего…
— Ничего, папочка, я сейчас… — меня всю колотит. Мой дар… во мне есть дар. Я способна его исцелить!
— Рианна… — слышу слабое. — Не надо. Уходи, пока не поздно.
— Я не оставлю тебя! — всхлипываю и смотрю на руки. Зажмуриваюсь, представляя прабабушку Таис. Во мне ее дар. Ну же, проснись! Я знаю, ты есть… ты мне так нужен сейчас…
— Сейчас, я должна достать рецепт, — нервно дергаю кулон, но отец, напрягая последние силы, протягивает ко мне руку.
— Оставь кулон, — хрипит он. — Это ничего не даст…