Чтение онлайн

— То есть ты даже не знаешь, сколько денег у тебя на рабочем бюджете? — съехидничала гяру. — А, точно, тебя же уволят завтра. Зачем уволенному деньги?

Я тут же набрал Намию-сан, но начальство куда-то запропастилось и на звонки не отвечало. С тяжелым камнем на сердце я отправился обедать вместе с девочками из Мориямы, которые весело делили порезанного тунца. Мидзу тут же придумала новую игру: она положила плоский кусок рыбы на поднос, и затем девчонки втроём одновременно тыкали в него палочками сверху, раздирая его на три части. У кого часть оказывалась крупнее, та и побеждала. Как ни странно, вечно тихая Хикари оказалась настоящим профессионалом в этой игре и не оставляла ни единого шанса ни Вакабе, ни своей сестре, и я заподозрил, что в эту игру она играет не в первый раз.

— Просто я очень люблю сашими, — сказала Хикари после очередной победы. — Сыграем, Хошино-сан?

Я вежливо отказался, сославшись на то, что тунца не люблю: на самом деле, мне жутко не хотелось проигрывать тринадцатилетней школьнице даже в шуточную игру, и Хикари принялась вновь издеваться над Вакабой. Покончив с обедом, сёстры сбежали репетировать старые хиты. Я заметил, что Вакаба мнётся, стоя недалеко от меня, и спросил у неё, в чём дело.

— Я правда хочу петь вместе с Томоко-сэмпай и с вами, — сказала она, глядя в пол. — Мне очень понравился Календарный Совет. Жуткий, тёмный, как будто истории в походе рассказываешь у костра.

— Ты должна петь в Морияме, — сказал я. — Но я понимаю. Я поговорю о том, чтобы позвать тебя на одну из ролей в песне. Например, девочка Харука, которая дружит с Принцессой Июнь. Главное, не ссорься с группой, иначе второй раз тебя могут и не простить.

Вакаба сбежала, клятвенно пообещав мне стараться как можно лучше. Я заглянул на репетицию: левая из тройки старалась, как никогда раньше. Мысленно я поставил себе в голове пометку: впредь всегда думать о том, как мотивировать сотрудников.

Кто бы меня мотивировал, вздохнул я. Когда я говорил, что хочу строить карьеру в медиа-индустрии, я совершенно не ожидал, что начальство бросит меня в омут — крутись как хочешь, денег не даст, а психованные розоволосые любительницы жвачки будут пытаться меня зарезать.

— Если кто и может дать мне совет, так это Токиминэ-сан, — сказал я сам себе и бросился искать очкастого продюсера. Как ни странно, тот обнаружился там, где и должен был быть: в кабинете, где горячо обсуждал с Аянэ идею для новой рекламной интеграции. Аянэ настаивала, что имеет право заключать личные контракты вне Shining star и помещать брэнды на видео, Токиминэ же горячо ей доказывал, что никаких других рекламных интеграций, кроме пришедших сверху, в её видео нет и не будет. Увидев меня, Аянэ тут же бросилась и попросила помочь доказать, что она права. Я сказал, что ни разу не читал её контракт, поэтому ничем помочь не могу, и айдору обиженно сбежала. Я обрадовался представившейся возможности и взял Токиминэ за жабры:

— Мне нужна консультация по бюджету, — сказал я.

Токиминэ сунул передо мной стопку бумажной корреспонденции и принялся объяснять, что к чему. Я изо всех сил силился понять, что за нюансы он мне втолковывает, но в конце концов взмолился и попросил его по-простому сказать, где лежат офисные деньги, которые можно тратить:

— Только не говори, что в той приложухе написана финальная цифра, — взмолился я. — Электронка, как её там.

Токиминэ открыл вкладку «бюджет», посмотрел по сторонам и открыл свой раздел, где горела цифра с шестью нулями — то есть несколько миллионов, и принялся на примере объяснять, как заказать аренду комнаты для съёмок за тридцать тысяч йен в час. Я едва удержал себя от желания подбежать к стене и биться головой, пока не пробью в ней дыру (в стене или в голове — не так важно), когда осознал, что исходная догадка была верна: цифра в пятьдесят тысяч йен, из которых я весело потратил почти двадцатку — это и есть мой финальный бюджет на съёмку.

— Ну-у-у, Хошино-сан, — протянул Токиминэ, когда я признался ему в своей ошибке, — разве не логично звучит, что нужно вначале заработать деньги, а потом их тратить?

— Мне казалось, что корпорация работает по-другому, — сокрушённо признался я.

— То корпорация и Сакура-груп, — назидательно произнёс Токиминэ, — а то маленькая контора вроде нашей. Я тоже начинал с пятидесяти тысяч йен, и даже вложил немного своих…

«… и не потратил почти половину из них на то, чтобы угостить девчонок, с которыми я даже не работаю», — мысленно закончил я неприятную речь. Токиминэ поведал, что первые деньги он потратил на костюмы для Аянэ, а её блог начал приносить доход совсем не сразу.

— Намия-сан ведь дала вам деньги, когда вас приняла сюда? — спросил он. — Можно сказать, что это и был бюджет.

— Почему мне об этом никто не сказал? — взвыл я.

— Я пытался, но вы решили, что наладить отношения с девочками приоритетнее, — съехидничал Токиминэ. — Не могу сказать, что вы были неправы, а что до бюджета… Ну, лучше поздно, чем никогда. У вас же ещё остались вступительные деньги? Съёмки клипа — дело недорогое, в полмиллиона йен можно уложиться.

А чего это я, собственно, расчувствовался, вдруг мелькнула у меня мысль. Томоко-сан — девица богатая, и выделить миллион-другой на съёмки клипа её семья точно сможет, раз уж пустила девушку в эту индустрию. Будто прочитав мои мысли, Токиминэ закончил:

— И никогда, ни в коем случае, вам не следует брать деньги у ваших подопечных, Хошино-сан. Точнее, взять-то вы можете, но когда придёт время отчитываться об источнике финансов, вам придётся рассказать, откуда вы их взяли. Аудиторы из головного отделения таких вещей не прощают.

На следующий день я прибежал в офис с желанием кого-нибудь придушить и сразу бросился к кабинету Намии-сан. Дёрнув пару раз за ручку, я выругался. Дверь оказалась заперта. На стук тоже никто не отвечал, а трубку она перестала брать ещё позавчера. Что за невезение?

Ладно, я попытался успокоиться. Не могла же она вообще бесследно исчезнуть? А даже если и могла, то кто-то в офисе обязательно про это знает. Так что я побежал искать других сотрудников.

Девочки из Мориямы ничего внятного мне рассказать не смогли. Персонал же знал и того меньше. Точно! Я хлопнул себя по лбу. Если кто-то и знает, где сейчас Намия, то это только и исключительно Ю-тян. Так что я бросился к ней.

Ю-тян как обычно восседала за стойкой ресепшен. Выглядела она на удивление бледной и растерянной. Смутно у меня начали закрадываться мысли, что в компании происходит что-то совсем не то и что эти вещи в скором будущем окажут на меня самое прямое влияние.

— Мне нужна Намия, — немного запыхавшись, сказал я, — Не знаешь, как с ней связаться?

Ю-тян нехотя оторвалась от телефона и презрительно на меня посмотрела.

— Додик, тебя в школе манерам не учили? Поздоровайся сначала. Да и вообще что-то ты много начал командовать.

— Доброе утро, — недовольно буркнул я, — Мне Намия нужна. Дело очень срочное и…

— Срочное, не срочное. Я на Намию, что ли, похожа? Или ты совсем на солнце перегрелся? Решил, что она передо мной отчитывается?

— У меня готов первый клип и мне нужно было его представить ещё вчера. К тому же нужно решить вопрос с финансированием. Вчерашняя шутка про бюджет мне как-то не понравилась. Или мне самому за съёмки и музыку платить?

— Кому ты там собрался платить, додик? И главное, чем? Листочками с деревьев?

Мне очень захотелось грязно выругаться и придушить Ю-тян на месте голыми руками. Вот так с ней всегда. Хамство, угрозы, но при этом она даже со своими должностными обязанностями не справляется. И зачем её такую тут держат?