Чтение онлайн

Когда она вышла, легко скользнув из-за стола, он выждал пару минут и последовал за нею. Кажется, никто и не заметил их исчезновения. Олег Кожухов был занят разговором с королевой бензоколонок, а депутат Ярченко веселил всех какими-то фокусами, соорудив на голове сложную конструкцию из четырех вилок, блюдца и бокала с вином.

Днищев прошелся по коридору, огляделся, ища Полину. Сзади послышался шелест платья, и мягкие руки обвили его шею. Она прижалась лицом к его спине и прошептала:

— Сережа-а… Почему мне так хочется быть тебе покорной? Я не знаю, что со мной происходит.

Он обернулся и поцеловал ее в полуоткрытые губы. Мимо проскочил вынырнувший откуда-то официант, но они даже не обратили на него внимания. Полина взяла Сергея за руку и повлекла за собой.

— Куда мы?

— Вниз, — ответила она, приложив палец к губам.

Спустившись по мраморной лестнице, Полина достала ключ и повернула его в замке. Бронированная дверь зала экспозиции стала открываться.

— Я вытащила ключ у Олега, — хитро улыбнулась она. — Здесь нам никто не помешает.

Она нажала на выключатели, загорелись все люстры, ярко осветив помещение. Антикварные вещи и картины снова ожили, засверкали красками, серебром, бронзой, а княжеская шапка просто запылала драгоценными камнями. Не спуская с нее глаз, словно погрузившись в туман, Полина начала поспешно снимать платье, не дожидаясь Сергея. Тот последовал ее примеру.

— Вот здесь, — произнесла Полина, когда оба освободились от лишней одежды. Она сдвинула со стола антикварные предметы. — Вот так. — Голова ее запрокинулась, а взглядом она продолжала ловить чарующий — блеск, будто он гипнотизировал ее, погружал в невыразимое наслаждение. — Не спеши…

Тело ее расслабилось, покорилось, полностью отдалось безумному влечению, и она вскрикнула, ловя ртом губы Сергея…

Когда они так же незаметно, порознь вернулись в гостиную, Ярченко заканчивал демонстрацию нового фокуса: на голове он держал три блюда с бокалами, поставленные одно на другое. Фокус оказался неудачным: вся конструкция полетела на стол, переколотив кучу посуды. Полина рассеянно засмеялась, поправляя рукой выбившуюся прядь, а Сергей неожиданно перехватил устремленный на него взгляд Олега, полный ненависти, и только улыбнулся в ответ.

Время приближалось к полуночи, и некоторые гости стали понемногу разъезжаться, не дожидаясь обещанного хозяевами сюрприза. Тем, кто надумал остаться до утра, были выделены спальные комнаты, в которых они могли отдохнуть. Сергею показали его «каморку» на третьем этаже, где мягко светила лампа, а накрахмаленные простыни были еще и надушены. Сергей, не снимая смокинга и ботинок, вытянулся на кровати, заложив руки за голову. Вообще-то он считал свою программу выполненной, даже с лихвой: Олег приведен в бешенство, Полина получила удовлетворение, а как потечет их дальнейшая семейная жизнь, Днищева мало интересовало. Будут жить да добра наживать, как говорится в сказке. Поэтому ранним утром он решил улизнуть из дома Кожуховых и отправиться в Семхоз, нагрянуть с инспекцией в сельскую общину «Братства отца Назария».

Днищев потянулся, вспомнив, с каким восторгом смотрела Полина на княжескую шапку, словно получала от нее дополнительный любовный импульс. Почему она повела его в тот зал, а не сюда? Все-таки заниматься сексом в кровати гораздо удобнее, чем на полированном столе, да еще уставленном различными антикварными шкатулками, табакерками и ножиками. Но это дело вкуса…

Сергей почувствовал, что-то мешает ему лежать, давит в бок. Он приподнялся, потрогал простыню, затем снял смокинг и осмотрел подкладку. На спине обнаружился неприметный потайной, достаточно узкий кармашек. Сунув в него три пальца, Сергей нащупал какой-то предмет и вытащил его. На ладони у него лежал складной ножик, инкрустированный слоновой костью и финифтью, — редкая красивая вещица. Днищев вспомнил, что видел его на экспозиции в выставочном зале внизу. Но… там было два экземпляра, совершенно одинаковых, они так и лежали парой возле старинного канделябра из бронзы. Как нож оказался в смокинге, да еще в дурацком кармане на спине? Сергей поддел ногтем лезвие и открыл его. На нем запеклась кровь, и, судя по всему, кровь эта не являлась весточкой из прошлых дремучих времен: сроку ей было несколько часов или минут.

«Такие подарки мне не нравятся», — подумал Сергей, и в этот момент тишина за окном взорвалась громыхнувшими петардами, осветившими все вокруг. Раздались восторженные возгласы, аплодисменты, грянул оркестр, вызванный специально из Московской филармонии. Сергей сунул нож под коврик на полу, надел смокинг и поспешил вниз. Достигнув первого этажа, он увидел Олега Кожухова, спускавшегося по мраморной лестнице в зал экспозиции. Впереди него шел еще кто-то, неразличимый за шарообразной спиной хозяина. Днищев услышал только его смех и обрывок фразы бизнесмена-антиквара:

— …Потому что никто не захочет совать нос в дерьмо.

Сергей пошел дальше. Ему надо было срочно найти Полину и переговорить с ней. Но в ярко освещенном саду было столько народу — сюда сошлись и соседи с фешенебельных участков, — что обнаружить Полину оказалось весьма затруднительным делом. Оркестр на площадке играл джаз, сновали официанты с подносами и напитками, в небе расцветал фейерверк, а одуревшие гости веселились как могли. Кто-то толкнул Сергея и извинился, другой осыпал его конфетти с блестками, некая смазливая бабешка в коралловом ожерелье уволокла его за собой в трясущийся круг, где стала прижиматься всем телом, просунув руки под смокинг.

— Пойдем, родненький, — шептала она, тяжело дыша. — Тут есть укромные уголки. Или ко мне, на дачу…

«Хватит с меня укромных уголков», — подумал Сергей, отстраняя ее от себя — она тотчас же прилипла к кому-то другому. За головами танцующих Днищев увидел возле крыльца Полину в новом, еще более шикарном платье и стал выбираться из толпы.

— Внимание! — крикнула она, и по ее взмаху оркестр смолк. — Прошу тишины. Сейчас новым гостям, нашим дорогим соседям, которые еще не видели царственного венца, Олег покажет его прямо здесь, в саду.

— Водрузив на собственную лысину! — закричал кто-то.

— Маэстро, прошу вас! — добавила Полина, и оркестр начат наяривать с новой силой.

— Полина! — позвал Днищев, но из-за обрушившегося грохота ему казалось, что он не слышит собственного голоса.

Она увидела его, но почему-то отвела взгляд в сторону, скользнув за чью-то спину. Сергей подошел к крыльцу: только что Полина стояла здесь — и ее уже нет!

— Где хозяйка? — спросил он у смеющегося депутата Ярченко, которого, видно, очень забавляла вся эта шумиха.

— Порхает, как ночная бабочка, — развел тот руками. — Выпьем на брудершафт? Вы тут, по-моему, единственный, с кем я не отказался бы пойти в разведку. Чем вы занимаетесь в жизни?

— Собираю пустые бутылки по скверам. А заодно и презервативы.

— Дельно. — Депутат протянул один из бокалов. — Где-то тут я видел хорошенький бочонок цинандали — пошли поищем?

— А хозяин где?

— За шляпой этой отправился. Чегой-то задерживается. Наверное, на башку натягивает.

Бочонок они нашли в пяти шагах от крыльца, на скамейке. К нему был приделан специальный краник, из которого потекло прозрачное, чуть кисловатое вино. Ярченко поморщился.