Чтение онлайн

— Поехали! — сказал я и взмахнул рукой.

Наверное, Гагарин ощущал себя в ракете так же паршиво, как я сейчас. Ухватив дрожащими руками шампур, больше похожий на копьё, я призвал дар «Замедление времени». В это время кузнец бросил горсть молотого перца в лицо Антонио. Кудесник взвыл, вскинул руку и перенаправил боль на мутанта-переростка.

Не ожидавший такой подлянки, Вепрь заревел, как истребитель на взлёте. От боли у него дыбом встали уши, щетина и, что самое главное, хвост, открыв заднюю мишень, в которую я и протолкнул, а потом дёрнул на себя этот несчастный шампур. Я получил страшнейший удар задним копытом в грудь, который отбросил меня на несколько метров, и дар «Замедление времени» слетел при встрече с землёй. Предводитель свиного войска неуклюже развернулся, сделал несколько шагов в мою сторону, широко разводя задние конечности и упал замертво.

Его голова лежала между моих ног. Меня пробил нервный смех. Вспомнил знаменитую фотографию Эйнштейна — великого гуманиста, разработавшего теорию, что подтолкнула к созданию ядерного оружия. Вертел, пройдя через организм свинки и её язык, заставил этот орган высунуться, придав Вепрю дразняще-насмешливый вид. Щетина на его голове стояла дыбом, глаза выпучены, как после хорошей клизмы. Словом, учёный во всей красе.

Грудь от удара копытом нестерпимо болела. Закрыв глаза, решил переждать это состояние в астрале.

Говорят, неотъемлемым правом человека является убежище, обеспечивающее максимальную защиту. Ледяная арена была такой тайной крепостью, которая принимала меня в тяжёлые моменты и позволяла отдохнуть душой.

— Привет, паразит! Поделись свежими сплетнями из информационного поля планеты. Кому перемывают кости жёлтая пресса и сарафанное радио? — весело спросил я.

Ведь что нужно для ощущения счастья и хорошего настроения? Во-первых, ощущение победы. Во-вторых, отсутствие боли. В-третьих, пятых, десятых… словом, много всего.

— Ты окончательно решил перенести своё сознание на тонкий план бытия? Разве тело разрушилось полностью и не подлежит восстановлению? — с волнением в голосе спросил паразит. — Ведь ты задал вопрос, ответ на который займёт столько времени, что даже костная основа твоего тела обратится в прах.

— Понял тебя, осознал и снимаю некорректный вопрос. Тогда так: какая информация необходима мне на данный момент? — переформулировал я.

— Ты приобрёл пазл генетически модифицированного животного, — сообщил паразит.

Я не успел задуматься, что выторговать за него у дракона, как привычный ледяной душ выгнал мой разум из астрала. Сознание вернулось в мокрое тело, уже частично восстановленное дракошей.

Открыв глаза, я увидел рядом с нашими телами, моим и Вепря, Антонио и зловредного кузнеца, помахивающего ведром.

— Эй, вы, прекращайте поливать меня ледяной водой! Я тут стараюсь, чуть не погиб, спасая вас, а вы меня из ведра. Даже Вепрь себе такого не позволял! — возмутился я, предприняв попытку встать.

Взгляд зацепился за тушу кабана, и проснувшийся внутри меня хомяк заорал: «Хочу шкуру на доспехи!»

— Антонио, я ведь заслужил трофей? Отдай мне шкуру этого Вепря, — скромно начал я торг.

Две пары удивлённых глаз уставились на меня.

— Ну, а чего? Мне шкура, вам голова и вся остальная туша, — попытался убедить их я.

Они переглянулись, хитро заулыбались, а потом и вовсе заржали как лошади. Наконец, кузнец сквозь слёзы смеха выдавил из себя:

— Мы отказываемся от трофея в твою пользу. Забирай тушу целиком.

— Хорошо, завтра я пришлю людей и повозку за ним, — чуя подвох, сказал я.

— Ну что вы, как я могу допустить, чтобы герой, так надругавшийся над чудовищем, утруждал себя? Я с удовольствием доставлю Вепря к порогу вашего дома. Такова моя благодарность за нервы, истраченные на общение с вами, — величаво, с хитрым блеском в глазах, произнёс кузнец. — Только вначале помогите вытащить вертел, я должен его завтра отдать заказчику.

Несколько человек подошли к торчащей из-под хвоста рукоятке и потянули ее на себя. Но фиксаторы туши, расположенные внутри Вепря, не давали возможности вытянуть его наружу. Провозившись несколько минут и не приблизившись к цели ни на дюйм, кузнец, с помощниками начали падать духом.

— Сейчас помогу, дайте-ка мне ту кувалду,— сказал я.

— Это еще зачем? – инстинктивно сжимая кулаки, сказал кузнец, недобро глядя и направляясь в мою сторону.

— Не переживай, сейчас все будет быстро и по-тихому,— ответил я, взяв инструмент в руки и размахнувшись.

После команды «Тяните», нанес удар по торчащему из открытой пасти языку. Что-то внутри кабана хрустнуло, и шампур вышел из западни. После этого челюсти Вепря с лязгом сомкнулись, оставив снаружи только ручку кувалды.

Странная метаморфоза произошла с мордой зверя — вместо известного ученого она стала напоминать не менее узнаваемого политика. Уинстон Черчилль предстал передо мной с вездесущей сигарой, для полноты картины не хватало только котелка.

Ну, хватит на сегодня перевоплощений, подумал я, выдергивая кувалду из пасти животного.

— Антонио, нам пора двигаться дальше. Ты ведь хотел прогуляться до моего дома и поболтать по дороге? — обратился я к кудеснику.

— Нет уж, я с тобой нагулялся на годы вперёд! Иди один, постараюсь не попадаться больше на твоём пути.

— Ну, если помощь ведьмака вам больше не нужна, я пойду.

Только подходя к дому, я заметил, что несу в руке молот, который в потрясении от пережитого даже не почувствовал. Хотел было вернуться и отдать — неудобно, ведь чужая вещь. Потом решил передать его, когда привезут Вепря. А еще я с ног до головы был покрыт пылью и грязью после сегодняшних приключений. Тоже мне, «Возвращение блудного сына».

Возле дверей дома стоял незнакомый мне слуга в ливрее.

— Куда вы все прёте! Вон, видишь — барак. Иди туда, тебя накормят, оденут, дадут хороший инструмент, а не тот, что у тебя в руках. И объяснят, что нужно делать, — махнув рукой в сторону новой постройки, сказал он.

«Наверное, так будет лучше, заодно приведу себя в порядок перед встречей с родными», — решил я.

Глава 10

Войдя в полутьму барака, я осмотрелся. За столом неподалёку от входа сидели и молча наблюдали десяток мужиков, одетых в лохмотья. У торца стола стоял котёл с едой, возле которого возилась кухарка в неряшливой одежде. По пятнам на ней можно было безошибочно определить все блюда, которые она стряпала за последнюю неделю.

— Чего в дверях застыл? Брось свой молот в угол да к столу иди, пока всё не сожрали, — задорно пригласила она меня к трапезе.