Чтение онлайн

У большевиков не было особого выбора. Получая денежные средства из Германии, разрушая русскую государственность и армию, они не могли уже надеяться на поддержку или хотя бы нейтралитет в отношениях с Антантой. Большевики были обречены заключать мир с Германией на самых тяжелых условиях. Хотя даже им представители Антанты предлагали помощь для возобновления боевых действий с Германией.

Общеизвестна была ориентация на Германию и Австрию украинского движения, и его главы Грушевского в частности. Представители Антанты, естественно, должны были относиться к этому движению весьма враждебно. Оно было одним из факторов, подорвавших Восточный фронт. Но в сравнении с большевиками в конце 1917 г. даже Центральная рада казалась представителям Антанты возможным, достаточно лояльным союзником. Поэтому можно предположить весьма жесткие дискуссии и столкновения, которые происходили в кулуарах ЦР. Но документы о них так и не изданы. При власти большевиков-коммунистов они, естественно, скрывались, ибо большевики, как и Центральная рада, тайно и явно сотрудничали с Германией и Австрией. Сегодня они тоже замалчиваются, так как нынешняя украинская власть считает себя наследницей ЦР и провозглашенной ею УНР. Однако кулуарная борьба по вопросу ориентации украинской власти скоро потеряла смысл. Разложение остатков фронтов, в частности Румынского, в начале 1918 г. подходило к своему завершению. Соответственно, ориентация на Антанту становилась бессмысленна и невозможна, ибо у Центральной рады практически совершенно отсутствовали вооруженные силы. Со всей очевидностью вставал вопрос об оккупации Украины австро-германским блоком. Украинизированные военные части разбежались, и это при том, что все более назревало военное столкновение с большевистскими силами.

Следовательно, оказалось, что украинизация армии, армейские съезды и т. п. события были лишь этапами, способами распада и всеобщего дезертирства! Именно в начале 1918 г. наступил момент истины. И он показал, что, несмотря на все внешне эффектные действия, Центральная рада представляла собой государственный орган и правительство без страны. Ее власть не выходила за пределы Киева. Фактически на территории Украины возымели действие большевистские декреты «О мире» и «О земле», происходил процесс захвата крупной земельной собственности и имущества. Естественно, при таких условиях деятели ЦР почти всецело оказались зависимы от Германии и Австрии.

Иначе и быть не могло, ибо как в России в целом, так и на Украине в частности на рубеже 1917–1918 гг. продолжала углубляться социальная и сословная борьба, тогда как Центральная рада все пыталась играть роль общеукраинского представительного органа. Это не могло удовлетворить ни малороссийских селян, стремившихся захватить крупные земельные владения, ни землевладельцев, ни жителей городов, по большей части неукраинцев и т. д. Не создав государственного аппарата, не имея армии, финансовых учреждений, государственного сектора экономики, Центральная рада переставала быть властью. Так же, как несколько месяцев назад Временное правительство.

Закономерно, что, захватив власть путем переворота и установив жестокую военно-полицейскую диктатуру, большевики создали во много крат более действенную государственную модель на пространстве бывшей Российской империи, чем квазидемократическая власть ЦР. Украина и Россия являлись отсталыми, аграрными, полусредневековыми территориями, преимущественно евразийского происхождения. В них не могли длительное время существовать демократические режимы, еще полностью не утвердившиеся в начале XX в. даже в самых главных регионах настоящей Европы (в той же Германии), а не мнимой, как Украина.

Неудивительно, что когда большевики повели вооруженное наступление, они уже к концу 1917 г. овладели большей частью Левобережья. Реально Центральная рада в январе 1918 г. все более превращалась в правительство-призрак. Поэтому провозглашение Центральной радой IV Универсала 25 января, в котором Украина объявлялась независимым государством, носило скорее декларативный и прогерманский характер. Ведь именно в это время шли переговоры в Бресте между австро-германским блоком, большевистским правительством России и Центральной радой. Причем делегация большевиков долго настаивала на недопущении ЦР на переговоры. С этой целью в Брест прибыли представители Советского правительства из Харькова.

С этой точки зрения очевидно, что провозглашение IV Универсала было проведено по немецкой указке с целью давления на делегацию Советской России, которая стремилась по возможности дольше затягивать переговоры. Но одновременно со стороны Германии и Австрии это было продолжение старой стратегии по отделению Юга России от ее центра, создание шуц-штатен, стимулируемое крайне тяжелым продовольственным положением. К тому же в начале февраля положение ЦР стало просто катастрофическим. 8 февраля незначительные по численности советские войска (6–8 тысяч) заняли Киев и правительство ЦР вынуждено было бежать в Житомир, откуда по требованию его жителей, опасавшихся большевиков, двинулось далее на запад.

Но, несмотря на превращение ЦР в правительство без территории, 9 февраля Германия и ее союзники подписали с ней мирный договор как с «независимым» государством. В действительности это была оккупация Украины победившими Россию в Первой мировой войне Германией и Австрией и создание буферного государства. А правительство ЦР было типичным марионеточным правительством, опиравшимся на оккупационные войска. Так, главное лицо ЦР — Грушевский много лет сотрудничал с австрийским правительством, а украинские военные части — «синежупанные» и «сичевые стрельцы» были прямо созданы Германией и Австрией.

Само правительство ЦР, после выхода из него 25 января социал-демократов, превратилось в эсеровское, главой которого стал Голубович, по отзывам современников, совершенно бесцветная личность. И в целом это правительство состояло едва ли не из бывших студентов. Между тем противоречия между большевиками и австро-германским блоком в ходе переговоров в Бресте настолько обострились, что в 20-х числах февраля германские войска начали теснить советские части по всей линии соприкосновения. Под их давлением большевики вынуждены были подписать мирный договор и признать Украину независимой. В начале марта германская армия и украинские соединения под командованием Петлюры (около 2000, по германским источникам) заняли Киев, который в спешном порядке покидали советские части.

Делая обобщающий вывод об этих событиях, мы должны подчеркнуть, что провозглашение независимой УНР было прямым результатом не просто распада Российской империи, а ее военного поражения и оккупации победителями — австро-германским блоком, бывших западных губерний империи. Следовательно, провозглашение УНР было следствием не только внутренних противоречий, но еще в большей степени реализацией захватнических планов Германии и Австрии. Собственно, отторжение Украины (Южной России) было одной из целей начатой центральными империями Первой мировой войны, которой они в 1918 г. временно и добились.

Естественно, что существование такой марионеточной украинской государственности могло продолжаться до тех пор, пока Германская и Австро-Венгерская империи вели Первую мировую войну. Это состояние украинской государственности могло получить развитие только в случае победы этих империй в мировой войне. Тогда УНР могла бы сохраниться как зависимое от Германии и Австро-Венгрии государственное образование, возможно в виде «Киевского княжества» или «гетманства», наряду с цепочкой таких же зависимых государственных образований в Восточной Европе: Польского, Румынского, Белорусского и т. п.

Из всего изложенного следует, что УНР возникла как марионеточное государство, неспособное существовать самостоятельно, тем более в границах оккупационной зоны, которую австро-германцы расширили до Дона. Сам термин «Украина», сменивший в 1917 г. термин «Малороссия», имел более широкую государственно-политическую нагрузку, означая территорию Южной Руси.

Вот чрезвычайно важная и точная оценка возникшей украинской государственности, сделанная в докладе немецкого публициста Колина Росса в марте 1918 г. военному командованию: «Украинская самостийность, на которую опирается Рада, имеет в стране чрезвычайно слабые корни. Главным ее защитником является небольшая группа политических идеалистов. В народе часто можно встретить полное отсутствие интереса в национальной самобытности. С другой стороны, и украинцы не являются сплоченной политической группой, но делятся на различные политические течения. Рада, власть которой усиливается со времени прихода немцев, … опирается теперь, и еще долго в будущем, на немецкие штыки» (Архив русской революции. М. 1991, тт. 1–2, с. 288). К этому заметим, что через полтора месяца немцы сменили Раду на Гетманат при полном отсутствии сопротивления. ЦР их перестала устраивать.