Чтение онлайн

Как только «синие» увидели, какая печальная участь постигла их женщин, дружный вопль отчаяния и неподдельного горя огласил всю округу. Ну, вопль-не вопль – скорее яростное шипение, переходящее в свист дружно вырвался из десятка зубастых пастей. В этот самый момент Нора, стоя на вершине скалы с окровавленным стилетом в руке вдруг пошатнулась. Она попыталась сохранить равновесие, но ноги её подкосились и она, выронив звякнувший о камни клинок, плашмя упала со скалы в воду. Я что есть силы напрягся, пытаясь подняться на ноги с твёрдым намерением прыгнуть за борт вслед за скрывшимся в тёмной пучине телом моей жены, но меня опередили. Посланник Трамп, прямо перед этим выстрелом в упор из двуствольного дробовика подчистую снеся половину черепа одному из «синемордых», бросил разряженный обрез на палубу, в два прыжка достиг борта и рыбкой нырнул вслед за Норой.

–Человек за бортом! – зычный бас капитана раздался откуда-то сверху.

Я посмотрел в ту сторону. Мистер Трелони стоял на крыше ходовой рубки, держа по револьверу в каждой руке. А я-то думаю, кто же там сверху так часто стреляет. Значит это его, Трелони пули настигли нескольких синекожих, карабкавшихся по скале вслед за Норой. В число павших от руки капитана, а вернее от его револьверов вошёл, как ни прискорбно, и альфа-самец этих тварей. Для стаи подводных жителей это, наверное, серьёзная и даже можно сказать, невосполнимая потеря, да. Доковыляв до борта на трясущихся и подгибающихся ногах, я наклонился над водой, с тревогой вглядываясь в тёмную, покрытую мелкой рябью поверхность. Секунды шли, позади меня по палубе топали башмаки, тут и там хлопали выстрелы, перекликались люди, шипели монстры, а я всё смотрел и смотрел. И уже когда я был готов нырнуть – и будь что будет, вода возле борта вдруг вспенилась и оттуда показались сразу две головы.

–Держите! – отфыркиваясь и отплёвываясь прохрипел Трамп, одной рукой поддерживая находящуюся без сознания Нору, другой хватаясь за скользкий металлический борт катера.

Я тут же ухватил жену обеими руками и потащил наверх, помогая Трампу. Втащив Нору на борт судна, я склонился над её бесчувственным телом, в панике не зная, что делать. Захлебнувшихся в воде людей я ещё ни разу в чувство не приводил.

–Запрокинь ей голову! Подложи что-нибудь под шею и делай искусственное дыхание! – услышал я за спиной голос капитана Трелони. – Да помогите же ему кто-нибудь, мать вашу!

И он добавил ещё несколько крепких выражений, стимулируя команду не стоять и тупо смотреть, а начать что-то делать. Но помощь со стороны не потребовалась – Нора вдруг вздрогнула всем телом, сильно закашлялась, забрызгав мне всё лицо и открыла глаза, ошалело моргая и пытаясь сфокусироваться. Она судорожно вздохнула несколько раз, перевернулась на бок и её вырвало. После, перебирая руками по палубе, Нора села и тяжело перевела дух. Я схватил её в охапку и крепко-крепко прижал к груди. Моя одежда тут же намокла, но мне в тот момент было на это совершенно плевать.

–Нора, милая, не пугай меня так больше, – прошептал я, зажмурив глаза и гладя жену по мокрой голове.

В груди защемило, я зажмурился ещё сильней и слёзы ручьём потекли у меня по щекам. Окружавшие нас люди стояли и молча смотрели. Наконец капитан нарушил молчание и произнёс:

–Ну, что встали? Трупы с палубы сами в море не уползут. Катран, Скамейка – быстро за работу! А где Сверчок? Где этот недоделанный? Майки, сволочь, хватит бухать – быстро проверил моторы и доложил, что всё в полном порядке! И вы, джентльмены, не стойте, – обратился он к очухавшимся Изгоям. – Добро пожаловать за пулемёты – не факт, что наши синие друзья не вернуться с подмогой. Мадам Нора, как мне кажется, прикончила их лучших самок. Вдруг у них там, откуда они вылезли, существенный дефицит женского пола? Так что давайте, вы наша оборона. Да где же этот засранец, мать его за ногу?! Майки, ты Сверчка не видел? Нет? Странно…

И народ задвигался, засуетился. Два матроса взялись стаскивать тела убитых морских жителей к борту и швырять их в воду, очищая палубу от трупов, которых на поверку оказалось не так уж и мало. Среди нападавших, которые были сражены как Норой, так и очнувшимися людьми оказалось несколько раненых. Они корчились от боли и тихо шипели, что в переводе на язык людей скорее всего означало предсмертные стоны. Не страдающие избытком человеколюбия, а уж тем более не испытывающие ни малейшей жалости к тем, кого они считали монстрами, исчадиями постъядерного мира, не достойными жизни, члены команды в лице матроса Катрана и посланника Харрисона не заморачиваясь особо просто взяли и добили раненых. При этом они не обратили ни малейшего внимания на яростные протесты Специалиста Олина. Тому, как человеку науки, очень уж хотелось заполучить в свои шаловливые ручки живого пришельца. Учёный Изгой просто горел желанием как следует поизучать на досуге, как тот устроен внутри и понять, чем же жители морских глубин отличаются от нас, людей. Но грубым товарищам из клана Джесси Джеймса было глубоко наплевать на все потуги Специалиста произвести научные изыскания, как в частности, так и на все его остальные желания в целом. Они не мешкая быстро и эффективно дорезали раненных монстров и пошвыряли уже бездыханные тела в океан. Олин отчаянно протестовал, крича и требуя, что бы ему оставили хотя бы одно, пусть даже мёртвое тело для исследований. Но все его потуги были напрасны. Тут уже сам капитан Трелони, который к тому моменту вышел из рубки с трубкой в руке, намереваясь как следует затянуться крепким табаком после всех пережитых потрясений, воспротивился желаниям Специалиста. Он в категорической форме отверг все требования Олина, мотивируя свой отказ тем, что на «Гарпии» и так места в обрез, и потрошить, как он выразился, труп «синерожего» будет попросту негде. Да и людям на судне, какими бы они ни были жестокосердными и хладнокровными, претят подобные зрелища. А у него самого и вовсе вызывают стойкое отвращение.

–Ага! – истерично вскричал Олин, отчаявшись заполучить желаемое. – Чистюли выискались! Да любой на этом, гм… судне ближнего своего замочит и глазом не моргнёт! Даже и не заметит! Неприя-я-ятно им, видите ли! Да эта вот форма жизни – он махнул рукой в сторону нескольких синих тел, сваленных грудой возле одного из бортов, – представляет такой научный интерес, что вы даже представить себе не можете!

–Я абсолютно согласен с капитаном, – холодно произнёс Эл-Джей Харрисон, выдёргивая свой широченный и длиннющий нож из груди одного из подранков. – Лично мне до тошноты противно было бы смотреть на вскрытие. Я вообще против всякого насилия.

С этими словами он сплюнул, приподнял мёртвое тело, перегнул его через борт и пинком отправил в воду. Матрос Катран согласно кивнул и посмотрел сначала на посланника, затем на капитана. Трелони, глядя на Специалиста, только руками развёл, состроив при этом сожалеющую мину. Мол, а я что могу поделать – общество против. Взгляд же его при этом искрился весельем. Олин только глаза под лоб закатил, удручённо вздохнул и махнув рукой поплёлся в кубрик, бормоча себе под нос проклятия. Харрисон проводил его взглядом, усмехнулся, подмигнул улыбающемуся в свои пышные усы Трелони и шагнул к следующему вяло шевелящемуся телу. Катран уже за ноги тащил к воде очередной труп.

–Мне холодно… – едва слышно произнесла Нора.

Её всю трясло от озноба, и я поспешил увести жену в кубрик, что бы она переоделась в сухую одежду и согрелась. Хоть погода стоит хорошая и на воздухе, в общем-то, совсем не прохладно, а днём так и вовсе жарковато, холодные воды Атлантического океана к купанию с нырянием не располагают от слова «совсем». Когда я и Нора уходили с палубы, матросы вместе с помогающим им советником Харрисоном как раз заканчивали «приборку». Все мёртвые тела были отправлены в последний путь, а если сказать проще – выброшены за борт. Катран и второй матрос по прозвищу Скамейка быстро отдраили палубу, черпая воду вёдрами прямо за бортом, и удалили все следы синей крови. Изгои не отходили от пулемётов, внимательно следя за округой. Майк вылез из моторного отсека, рыгнул, икнул и крикнул своим пропитым баском:

–Заводи!

Загудели двигатели, «Гарпия» медленно и плавно отчалила от скалы, к которой стояла вплотную, развернулась в нужном направлении и двинулась к видневшемуся впереди выходу из скальной гряды. Все, кто был на палубе, напряглись и стояли, крутя головами и не выпуская из рук оружия, в каждую секунду готовые отразить нападение. Но пронесло – никто на катер не напал, не атаковал ни со скал, ни из-под воды и «Гарпия» без всяких препятствий покинула опасный район.

Когда скалы остались далеко за кормой, команда смогла наконец-то расслабиться. Все облегчённо вздохнули и начали подсчитывать убытки, причинённые в результате нападения. После тщательной ревизии находящиеся на судне подтвердили, что сами морские путешественники и все их вещи целы, ничего не пропало. То немногое оборудование, что есть на катере, так же не пострадало. Очевидно, что напавшим на нашу экспедицию морским тварям нужны были именно люди. Боюсь даже представить, для каких целей эти «синемордые» собирались использовать бездыханные тела моряков у себя там, под водой. Из всего, что приходило на ум, «сожрать» – это самое безобидное, что могло потом приключиться с теми, кого монстрам удалось бы утащить с собой. Похоже, что благодаря моей жене мы все избежали воистину ужасной участи. Эх, если бы не Нора…

Была и плохая новость – пропал матрос Сверчок. Этот вихрастый, конопатый парнишка лет восемнадцати постоянно находился в ходовой рубке рядом с капитаном. На его худых плечах лежало управление катером во время плавания, так как Сверчок был в команде рулевым. Вообще управлять ходом судна мог любой из матросов, как и сам капитан Трелони, но у Сверчка это дело получалось лучше, чем у остальных. Парень был прирождённым рулевым и чувствовал катер как никто другой. И вот теперь он пропал. Сверчка искали, звали, но его нигде не было. Да и куда можно спрятаться на невеликих размеров сторожевом катере так, что бы тебя не смогли найти? В общем, молодой рулевой исчез. Трелони места себе не находил от злости, виня себя в исчезновении парня. Он, когда Нора прикончила «сирен» и гипнотическое воздействие на разум людей прекратилось, как и все схватив оружие выскочил из рубки на палубу, что бы поучаствовать в битве. Рулевой же оставался в рубке, так как в отличие от здоровяка Трелони, который очухался почти сразу же, как только стихла «песня», с большим трудом приходил в себя. Что было дальше, вы уже знаете. Но когда стрельба стихла и монстры бежали с катера, капитан заглянул в рубку и не увидел там Сверчка. Похитили его «синемордые» или он сам каким-то образом оказался за бортом – так и осталось тайной для всех.