Чтение онлайн

Надо сказать, что брак Александра и Луизы Баденской (в православии Елизаветы Алексеевны), казалось, обречен на счастье. Юная пара пленяла всех красотой, их называли «Амур и Психея», и Державин написал на их обручение стихи.

Но после смерти Павла супруги отдалились друг от друга, Александр увлекся Марией Нарышкиной, она родила ему дочь. Елизавета продолжала исполнять обязанности императрицы, но ее супружество стало чисто формальным. И вот в 1805 году в ее окружении появляется Алексей Охотников. Роман длился около двух лет, и тайные свидания влюбленных проходили здесь, в Каменноостровском дворце. Елизавета родила от Охотникова дочь Лизу. Но в 1806 году при выходе из театра Охотников был ранен в спину кинжалом неизвестными лицами. Говорили, что это сделано было по приказу брата Александра великого князя Константина, который то ли приревновал невестку, то ли решил пресечь скандал в царском семействе. На могиле Охотникова на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры безутешная Елизавета поставила мраморный памятник: скала со сломанным грозой дубом, у подножия скалы – женская фигура в покрывале с погребальной урной в руках. Дневники Елизаветы Алексеевны и ее письма к Охотникову после ее смерти сжег император Николай I. Но в одной из записных книжек Елизаветы Алексеевны сохранились стихи, выписанные ею из какой-то книги в июле 1807 года, через несколько месяцев после смерти Охотникова:

Еще одно очень интересное здание на Каменном острове – деревянный театр (набережная Большой Невки, 26), построенный в 1827 году за 40 дней архитектором Смарагдом Шустовым. Открытие театра состоялось 1 июля 1827 года комедией Василия Каратыгина «Двое за четверых», водевилем князя Шаховского «Казак-стихотворец» и балетным дивертисментом, составленным Михаилом Виельгорским. Здесь давались спектакли летом, задник сцены мог подниматься, и пьеса игралась под настоящей луной, среди настоящих кустов и деревьев. Недалеко от театра были дачи, где жили летом воспитанницы театрального училища. (N. B. Театр недавно отреставрирован, сцена оборудована чудесами техники. Здание театра передано БДТ им. Г. А. Товстоногова. Ждем гениальных спектаклей.)

Уже в александровские времена остров стал застраиваться дачами петербургской знати. Это были летние, деревянные, но довольно пышные дома, окруженные садами. Дачи на Каменном острове имели Долгорукие, Салтыковы, Строгановы, Мордвиновы. Здесь давались великолепные праздники, парки и сады были украшены всякими затеями: китайскими павильонами, греческими колоннадами, резными русскими избами. Остров стал настолько популярным, что Александру I даже пришлось издать специальный указ о том, что строиться на Каменном острове можно было только по его личному разрешению.

Известно, что в 1836 году на даче (к сожалению, несохранившейся) провел лето Пушкин с семьей. Кстати, в церкви Иоанна Предтечи на Каменном острове была крещена его младшая дочь Наталья. Именно на этой даче были созданы «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» и «Когда за городом задумчив я брожу…».

После смерти Александра I дворец унаследовала Елизавета Алексеевна, но она вскоре умерла, и дворец и остров отошли к младшему брату Николая I Михаилу Павловичу, затем – к его вдове Елене Павловне.

Елена Павловна любила уединенную жизнь, и сад вокруг дворца был закрыт для посещения публикой. А еще Елена Павловна обожала музыку – и на Каменном острове в то время давались концерты, в том числе концерты на воде, и проходили музыкальные вечера.

В дальнейшем остров перешел к единственной дочери Михаила Павловича и Елены Павловны Екатерине. И, начиная со средины XIX века, потихоньку начал менять свой облик.

Наступил «век девятнадцатый железный». На Каменном острове начали появляться дачи новых хозяев – банкиров, фабрикантов, железнодорожных королей. И острову суждено было войти во все учебники русской архитектуры, потому что именно здесь были построены великолепные дачи в стиле модерн. Действительно, у берегов Большого канала сохранилась группа особняков и дач, составляющих своеобразный ансамбль. Среди них и дома, построенные по заказу, и собственные дома архитекторов. А, как известно, именно при проектировании и постройке собственного дома архитектор может ярче всего выразить себя, он наиболее свободен. И вот такой «заповедник модерна» сохранился на Каменном острове.

Модерн – удивительно красивый и свободный стиль. В чем-то он – символ конца «старых времен», начала нового, неизведанного. Поэт Вадим Шефнер писал о петербургском модерне, передавая именно это ощущение порога:

В 1897 году владельцы Каменного острова разбили его на участки для сдачи в долгосрочную аренду. Среди условий аренды было требование, чтобы новое строительство не нарушало «вид парка», дома запрещалось огораживать глухими заборами. Хорошо было бы, если бы таким правилам следовали и сейчас. Иногда просто страшно идти по Сестрорецку или Комарову и видеть одни только глухие заборы, заборы и заборы…

И на перекрестке двух аллей (2-й Березовой и Большой) молодые архитекторы Владимир Чагин и Василий Шене построили дачу для жены булочного мастера Е. К. Гаусвальд. Под этим именем «Дача Гаусвальд» она и вошла во все книги, посвященные Каменному острову. Стиль дачи, по мнению некоторых архитекторов, «новый с преобладанием мотивов американских деревянных построек». Несколько неожиданно, правда? Мы скорее привыкли искать корни модерна в Англии, Скандинавии… Конечно, в даче Гаусвальд использованы только элементы американской архитектуры, нам она напоминает романтический миниатюрный замок. Дача сохранилась, ее можно видеть, особенно хороша она осенью, в окружении пожелтевшей листвы.

На другом берегу Большого канала – собственный дом архитектора Василия Шене. Здание более строгое, ближе к нашему понятию «петербургского модерна». А вот рядом – особняк архитектора Романа Мельцера, пожалуй, самая фантастическая постройка острова. То ли русская изба, то ли терем, недаром его называют и «домом Бабы-яги», и «домом-сказкой». Мельцер построил его в 1904–1906 годах.

Тут я немного отвлекусь. И дом Мельцера, и другие постройки острова знакомы мне с детства. Как-то так получилось, что родители в детстве часто водили нас с братом именно на Каменный остров. Особняк Мельцера мы с братом тогда называли «вороньей слободкой». Не помню, что там помещалось, кажется, дом был даже заколочен, поэтому производил впечатление темное, угрюмое, загадочное. Сейчас он отреставрирован, но вы его не увидите. Там какая-то очень важная, чуть ли не правительственная резиденция. Поэтому нам придется довольствоваться видом крыши особняка и фотографиями в книжках.

Дача Гаусвальд. 2013 год

Каменный остров. Особняк Фолленвейдера. 2013 год

В отличие от нашего правительства датскому консульству, видимо, скрывать нечего, или оно просто с большим уважением относится к простым российским гражданам. Потому что здесь же на Большой аллее датчане заняли особняк Э. Фолленвейдера, или «замок», как все его называют, отреставрировали его и не огородили глухим забором, а поставили прозрачную сетку. Так что «замок» можно легко рассмотреть. Это тоже творение архитектора Мельцера. Он построил его для швейцарского подданного, знаменитого портного, поставщика императорского двора. Считается, что особняк Фолленвейдера – одна из первых в Петербурге построек в духе «северного модерна». [75]

Каменный остров. Дача Половцова. 2013 год

Можно долго бродить по Каменному острову и любоваться (увы, чаще всего из-за глухих заборов) дачами и особняками в стиле «модерн». Но здесь же можно встретить и образцы другого архитектурного стиля, так называемого неоклассицизма. Один из самых известных его образцов – особняк А. А. Половцова находится на Каменном острове. Монументальное здание с колоннами и сегодня поражает своим размахом. Оно строилось на том месте, где находилась построенная в начале XIX века деревянная дача барона Людвига Штиглица. Его сыну Александру мы обязаны Балтийской железной дорогой и Петербургским училищем технического рисования (до недавнего времени – Мухинским училищем). Родных детей у Александра Людвиговича не было, и его приемная дочь Надежда получила сказочное наследство. Интересно, что Надежда была подкидышем, но это не помешало найти ей знатного мужа – Половцова – потому что ходили слухи, что отцом Надежды был великий князь Михаил Павлович.

Для строительства особняка на Каменном острове Половцовы приглашают в 1911 году архитектора Ивана Фомина. Это одна из лучших работ архитектора. Ему удалось построить роскошное здание, напоминающее барскую усадьбу былых времен. Кстати, по требованию заказчика Фомин сохраняет от старого особняка Штиглица деревянный свод танцевального зала, украшенный росписью.

Итак, перед революцией Каменный остров – уютный уголок для отдыха. Зелень, прекрасные особняки – как мы бы сейчас сказали: тихий элитный район. И Николай Агнивцев, вспоминая: