Чтение онлайн

Не чуждалась Крестовского острова и «золотая молодежь». Так, Сергей Волконский вспоминает, как после хорошей выпивки, они с товарищами по полку отправились на Крестовский и стали выбивать санки из под катающихся на ледяных горах немцев. Те летели кубарем, смеху было! Немцы пожаловались на офицеров генерал-губернатору, и в результате Волконский получил от государя высочайший выговор. Неплохо развлекались будущие декабристы!

К началу 1870 года на острове появилось увеселительное заведение «Крестовский сад», как бы «вобравшее» в себя оба трактира – русский и немецкий. Здесь же находился кафешантан, устраивались и другие, экзотические по тому времени, развлечения. Американец Вельс и его партнерша показывали полет на воздушном шаре. А в апреле 1877 года здесь устроили патриотическое представление в двух картинах «Взятие турецкой крепости», в котором участвовало более 200 человек с кавалерией, пехотой и артиллерией. Интересно, что «в штурме» принял участие и дамский оркестр – очевидно, для полной деморализации турок.

Словом, понятие «Острова», как место увеселений не слишком высокого пошиба, прочно закрепилось в словаре петербуржцев. Как писал несколько позже Николай Агнивцев:

Появлялись на Крестовском и спортивные сооружения. Так подле «Немецкого трактира» стояла карусель с конными фигурами. Молодые ремесленники, подмастерья садились на этих «коней», карусель начинала вращаться, а «всадник» должен был сбить шпагой кольца, подвешенные на столбах, и при этом усидеть в седле.

На Крестовском был основан в 1860 году Речной яхт-клуб (он находился у Большого Петровского моста). Здесь летом происходили гонки на парусных и весельных судах, давались танцевальные вечера. Был на острове (с 1846 года) и Императорский яхт-клуб. Причем, его основатели считали, что продолжают петровскую традицию, и таким образом родиной парусного спорта является не Англия, а Россия.

Долгое время Крестовский остров оставался окраиной Петербурга, темным таинственным местом. Здесь, в имении Белосельских-Белозерских, в июне 1908 года состоялась дуэль между наследником княжеского рода Юсуповых Николаем и мужем его возлюбленной. Николай был убит. В очередной раз сбылось старинное проклятие рода Юсуповых – в живых может остаться только один сын. Наследником стал младший сын – Феликс, будущий убийца Григория Распутина. И в декабре 1916 года именно на Крестовском острове с Большого Петровского моста в полынью было сброшено тело «старца». Следствие установило, что в Юсуповском дворце его отравили мадерой и пирожными с цианистым калием, изрешетили пулями, но дышать он перестал только подо льдом.

В нашем сознании Крестовский остров неразрывно связан с театром Александра Блока. Именно здесь на Большом Крестовском мосту появляется Незнакомка – нездешняя голубая звезда. Помните? «Конец улицы на краю города. Последние дома, обрываясь внезапно, открывают широкую перспективу: темный пустынный мост через большую реку. По обеим сторонам моста дремлют тихие корабли с сигнальными огнями». [80] Это описание Большой Зелениной улицы и Большого Крестовского моста через Малую Невку.

Наряду с дворцом Белосельских-Белозерских, «Крестов ским садом» и кафешантаном, на острове были и жилые дома, в которых селился не очень состоятельный люд. На удаленном от центра топком острове не было ни канализации, ни электрического освещения, ни трамвая, да и приличных мостовых почти не было. Словом, деревня деревней. Несколько высоких каменных домов – и скопище деревянных, одно– и двухэтажных со своими курятниками, сарайчиками, палисадниками. Воду брали из речек. Так, на Средней Невке была водокачка, стояла деревянная избушка, в которой жил сторож, за плату отпускавший воду. Здесь же рядом в речке полоскали белье. Неудивительно, что летом 1918 года на Крестовском острове и в Новой Деревне обнаружили очаги холеры.

Заброшенность Крестовского острова, его отдаленность от центра, то, что на острове находились брошенные, заколоченные дачи, создавали иллюзию, что там можно укрыться от революции, переждать ее. Так пытался поступить поэт Саша Черный. Это, конечно, – нереально, поэту пришлось покинуть Россию. В 1920 году он написал стихотворение «Весна на Крестовском».

Здесь же на окраинном Крестовском острове Алексей Толстой помещает таинственную лабораторию, где нашли труп двойника изобретателя и авантюриста инженера Петра Гарина. «В Ленинграде, на рассвете, близ бонов гребной школы на реке Крестовке остановилась двухвесельная лодка. Из нее вышло два человека…». Это роман «Гиперболоид инженера Гарина».

В наводнение 1924 года весь остров затопило. Жители первых этажей со всем своим скарбом спасались у верхних соседей. Разрушения оказались громадные.

Постепенно остров благоустраивался. Появились мощеные улицы, водопровод, стал ходить трамвай. А в конце 1920-х годов на острове началось строительство двенадцати новых четырехэтажных корпусов из шлакобетона (или газобетона), как его называли. Это был новый метод «быстрого строительства», дом строился за 40 дней. Некоторые из них можно видеть и сейчас вдоль Морского проспекта. Сегодняшним требованиям комфорта они явно не отвечают, да и внешний вид у них не очень, но тогда, наверное, они свою роль сыграли. Ведь много позднее так называемые «хрущевки» тоже помогли, если не решить жилищную проблему, так хотя бы на время снять ее остроту. Кстати, дом № 25 по Морскому проспекту когда-то назывался «Кошкин дом». Уж не знаю почему, вроде здесь было женское общежитие. [81]

Но все же Крестовский традиционно считался местом отдыха, особенно связанного с водными видами спорта. Здесь появилось много гребных станций, которые пользовались популярностью и до революции, и после. В том же романе «Гиперболоид инженера Гарина» приметы здешних мест – это и солнечные зайчики на лакированных бортах гичек, и мускулистые загорелые гребцы.

«Гичка вошла в узкую с пышными берегами Крестовку, где в зеленой тени серебристых ив скользили красные платочки и голые колени женской учебной команды».

Видимо то, что на Крестовском издавна существовали водные станции, то есть над островом витал спортивный дух, побудило советское правительство в 1930-е годы объявить Крестовский остров «одной из главных баз физкультуры и спорта в Ленинграде». По инициативе С. М. Кирова, наши Острова преобразовывались в Центральный парк культуры и отдыха, и каждый остров играл в нем свою роль. Елагин с его дворцом, павильонами, пейзажным парком становился местом прогулок, тихого отдыха; Каменный – здравницей, а Крестовский – местом физкультуры, спорта, массовых народных праздников. И в 1932 году мастерской под руководством Александра Никольского было поручено проектирование громадного стадиона на 100 тысяч мест. Так случилось, что этот стадион и парк вокруг него стали для Александра Никольского «главным делом жизни».

Стадион им. С. М. Кирова виден издалека. Это грандиозный зеленый холм с чашей стадиона, и кажется, что эта гора существовала здесь всегда. Но это искусственный намывной холм. Вначале Никольский предполагал построить стадион обычного типа с опорными стенками для трибун. Это тоже, конечно, было бы грандиозное сооружение, но оно подавило бы окружающую природу, придавило собой остров. И Никольский выбирает другой вариант. Кроме того, он создает проект физкультурного парка у стадиона. Это совершенно фантастическая идея. Если бы она была осуществлена… я не знаю, как бы мы к ней сейчас относились. Но то, что это грандиозно – не смог бы отрицать никто. Здесь и клубы – теннисный, футбольный, легкой и тяжелой атлетики. Яхт-клуб, водно-мото-клуб с каналом, целый гидропарк на искусственных островках к западу от стрелки Крестовского острова. Ну и наряду с этим – башни, фонтаны, пилоны, скульптуры, мостики… что только не задумывалось.