Чтение онлайн

– Благодарю, Тя Господи, яко же сподобил мя недостойного, продлив лета живота моего…

Трактир отыскали быстро. Вокруг действительно стояло много разнообразных повозок. Возницы – фурманы собрались в кружок и неторопливо обменивались впечатлениями. Бенгт прислушался к разговору, но ничего не понял. Язык, на котором говорили возницы, был ему незнаком.

– Простите. – Он обратился к ним по-шведски. – Не подскажете, кто собирается туда? – Юноша мотнул головой, показав на другой берег реки и стены Ивангорода.

Фурманы замолчали, испытующе разглядывая незнакомцев. Пауза затянулась. Возможно, они не понимали его речь.

– Вы не подскажете…? – Бенгт решил повторить свой вопрос, но один из возниц, перебил, ответив все-таки на шведском.

– Куда? В Ивангород?

– Нет. В Новгород.

– Зайди в трактир, спроси у слуги про господина Хельмиха. Обычно он сидит в углу. – Фурман повернулся спиной и продолжил прерванный разговор с товарищами, вновь перейдя на непонятный язык.

В трактире было многолюдно, но тихо. Почти все столы были заняты, но, в основном, купцы сидели по одиночке. Кто-то закусывал, кто-то просто пил пиво, иные внимательно изучали разложенные на столе бумаги, делая какие-то пометки. Лишь некоторые объединились в пары и что-то тихо обсуждали. Ухо различало отдельные фразы:

– Почем, говорите, локоть?

– Это в талерах или в марках?

– Однако!

Бенгт поймал за локоть пробегавшего мимо слугу.

– Кто здесь господин Хельмих?

Руки слуги были заняты кружками с пивом, поэтому он быстро показал подбородком на интересующую приятелей персону и был тут же отпущен.

Купец, сидел в самом углу заведения, поглощенный поеданием лосиного окорока. Мясо, судя по всему было жестковатым, поэтому он тщательно пережевывал его, закатив глаза к потолку.

– Господин Хельмих? – Бенгт опустился на скамейку напротив и уперся локтями в стол. Болдырь уселся рядом. Скулы купца продолжали свою работу, но острые синие глаза из-под рыжих бровей теперь внимательно изучали незнакомцев. Завершив столь тяжкий труд, господин Хельмих положил полуобглоданную кость на тарелку, затем основательно приложился к большой глиняной кружке с пивом, вытер усы рукавом кафтана и лишь после этого молвил:

– Да! А вы кто такие?

– Я – Бенгт Нильссон, из Стокгольма. Сын купца Свена Нильссона, когда-то торговавшего с Новгородом. Отец давно умер, а я вот решил, наконец, пойти по его стопам. Хочу съездить в Новгород, посмотреть, приценится. Ищу того, кто поможет мне в этом и даст нужные советы. Нам сказали, что вы самый сведущий в этом человек. – Последнюю фразу Бенгт добавил, чтобы польстить купцу. Но господин Хельмих был явно не промах.

– Вы юноша больше похожи на воина, но никак не на купца! – Изрек он и сделал еще несколько глотков пива в ожидании ответа.

– Вы правы, господин Хельмих, - удивился Бенгт проницательности купца, - я служил у короля Густава, но решил оставить ремесло солдата.

– Порой мне кажется, что наша профессия ничуть не менее опасна. – Покачал головой купец. – А ваш спутник? – Он покосился на Болдыря. Казак пока что молча прислушивался к их разговору.

– Он возвращается на родину из турецкого плена и любезно согласился составить мне компанию. – Пояснил Бенгт и добавил по-русски, обращаясь к казаку. – Болдырь, покажи свою бумагу.

Казак охотно достал из-за пазухи пергамент мальтийских рыцарей и протянул Хельмиху. Купец сперва тщательно вытер руки о подол, затем взял документ и погрузился в чтение. Как видно латынь его не смутила. Он внимательно вчитывался, не задавая вопросов, и лишь ознакомившись полностью, поднял глаза, посмотрел на казака, глубоко вздохнул и, возвращая документ, сочувственно произнес:

– Да, довелось тебе хлебнуть… - Но тут же маска безразличия вновь вернулась на его лицо. – Вы знаете язык московитов? – Этот вопрос уже относился к Бенгту.

– Да! – Кивнул юноша. – Мой отец успел меня научить. Да и первые годы моей жизни прошли в Новгороде. – О матерях Бенгт решил ничего не говорить.

– Это похвально. – Кивнул головой купец и протянул руку. – Фикке Хельмих из славного города Ревеля. Буду рад вам помочь. – Друзья поочередно обменялись с ним рукопожатием. – Эй, - купец окликнул слугу, - принеси-ка нам всем пива.

Сделав по нескольку глотков, они хотели было продолжить беседу, но тут купца отвлек фурман, встретившийся друзьям на улице и подсказавший к кому надо обратиться.

– Господин Хельмих! – Возница подошел к столу, почтительно снял шляпу и поклонился купцу.

– А-а, Яан! – Кивнул ему Фикке. – С чем прибыл? – Судя по всему, фурман работал на Хельмиха.

– Письмо от Юскюллей с мызы Вигала. – Возница протянул ему бумагу.

– Так, посмотрим, что они хотят. – Купец развернул письмо и стал читать вслух. – Голландское льняное полотно, перец, сахар, изюм, имбирь, бумагу, рейнское вино, рис, семена петрушки, лук, красную тафту, синее геттингенское сукно, скипидар, серу и мускат.

– На словах просили передать, что к зиме им потребуется половина лисфунта сушеной трески, две тысячи окуней и столько же крупной салаки. – Добавил фурман, переминавшийся с ноги на ногу рядом со столом. Присесть ему Хельмих не предложил.

– Хорошо! – Покачал головой купец. – Я распоряжусь по поводу заказа господ Юскюллей. А ты ступай на склад и загружайся. – Хельмих убрал письмо из Вигалы в карман камзола, вместо него выудил еще одну бумагу и зачитал ее. – Отвезешь господину Маркусу фан дем Берге на мызу Сагади 30 малых локтей полотна, шерстяную ткань, одного соленого лосося, восемь штофов вина, пять лисфунтов конопли, сургуч, пергамент, 6 маркфунтов солода, камфору и одну голландскую шляпу. Затем отправишься в Ревель, загрузишь гвозди и развезешь их по епископским мызам в Кивилоо и Поркуни.

– Получить бы расчет… - Несмотря на внешнюю суровость и невозмутимость фурмана прозвучало заискивающе.

– Конечно. – Согласился купец. – Все как обычно. Часть получишь у приказчика, остальное в Ревеле.

– А что на зиму?

– Будем возить соль в Дерпт.

– Условия прежние?

– Надеюсь. Семь кюлиметов с саней в Ревеле и еще по три шиллинга в Дерпте.

– Прошлую зиму было по шесть. – Не унимался фурман, продолжая почтительно, но одновременно настойчиво выклянчивать свой барыш у купца.

– Ступай, Яан! – Раздраженно бросил ему Фикке. – Цена определяется продажей. Не могу же я торговать себе в убыток!

Фурман нахлобучил шапку на голову и покинул трактир, что-то бурча себе под нос.

– Вечно не довольны! Одним словом, «не немцы». – Фикке злобно посмотрел вслед вознице.

– Не немцы? – Бенгт удивился тому, как назвал фурмана купец.

– Так мы их называем.

– То-то я не понял язык, на котором они разговаривают между собой.

– Приходится знать, молодой человек. – Фикке всплеснул руками.
– Разве я должен им объяснять, что продаем в Московию английское полотно за талер, а сами покупаем на пятую часть дороже! Слава Господу, медь, железо и свинец по-прежнему в цене, оттого урон возмещается.