Чтение онлайн

— Как личная жизнь? Есть кто-нибудь на примете? — отважился спросить брата Георгий, после того как они приговорили первую поллитровку.

— Есть одна приятная во всех отношениях женщина, коллега по работе. Мы встречаемся время от времени, но после Нади, сам понимаешь… — обреченно вздохнул Евгений и достал водку из холодильника. — Давай твою маму помянем, — Женя откупорил бутылку и наполнил доверху рюмки.

— Мне до сих пор чудится, что она где-то здесь, рядом, — Чаров закурил.

— Д-а-а… Надя мне тоже снится.

— А Федя где?

— К бабуле отправил. Не сюда же везти. Хотя он тебя не забыл. Все вспоминает, как ты его на рыбалку брал.

— Ну и взял бы. Места у меня много, друг другу не мешали б.

— А твоя сотрудница…?

— С ней все очень запутано и сложно. Не готов сейчас говорить.

— Да я и не спрашиваю, — потупился Женя и налил еще.

— Что-то разговор у нас с тобой невеселый, — пустил дым в открытую форточку Георгий.

— Нормальное явление при встрече близких родственников. Лицемерить да козлом скакать проще при посторонних.

— Ну, ты и сказанул! — расхохотался Чаров. — Ладно, давай укладываться, у меня завтра насыщенный день, впрочем, как и всегда. Занимай гостиную, белье в шкафу на верхней полке. Ключи я тебе оставлю, у меня есть вторые, мамины. Располагайся, а я баиньки. Завтра приду… даже не знаю когда, — он покачал головой. — Да, как у тебя с деньгами?

— Есть… немного, — с расстановкой ответил Евгений и приподнял очки с переносицы.

— Я тебе подкину чуток, у меня в производстве одно дельце, солидный клиент, так что не переживай, живи сколько надо, твори, работай, о деньгах не думай, — Чаров встал и направился было к двери, но Женя остановил его.

— Насчет творить, Гоша. Не мог бы ты посодействовать мне пропуск получить?

— Хочешь в нашем архиве покопаться!

— Много там материалов по моей теме.

— Из Конторы, как ты знаешь, я ушел, так что придется кого-то просить, а это время, да и…

— Ладно, забудь. Попробую обойтись, — безропотно принял ситуацию Евгений.

— Давай без «обойтись», — неожиданно резко возразил Чаров. — Возьмешь мой пропуск, ну и паспорт, соответственно. Только очки сними, когда к архиву подгребать будешь. Ну, а свои ксивы у меня оставь. А то предъявишь в запаре мой пропуск со своим паспортом!

— А если что? — неуверенно спросил брат.

— В одной камере сидеть будем! — пошутил детектив и закрыл дверь на кухню.

Седой нашел исполнителя на заказ Матвея. Выбор авторитета пал на террориста с богатым послужным списком и биографией киллера, имевшего опыт работы в России. Именно он руководил ликвидацией олигарха Антипова в ложе Александринского театра в Петербурге в августе 99-го, а за месяц до этого спланировал взрыв «Боинга» на Багамах, приведший к гибели генерала Радовича. Когда Седой вышел на него, Джавад сидел на мели и его не пришлось упрашивать. После событий 11 сентября в Нью-Йорке и начала операции США против талибов [22] Джавад, находившийся на тот момент в Афгане, поспешил обосноваться в Северном Ираке у курдов. Однако война 2003-го и свержение Саддама сыграло с ним злую шутку, и он подался в Косово под крыло Хашима Тачи. Косоварский лидер, памятуя неуживчивый характер Джавада, не особо доверял ему, поручая второстепенные, сугубо технические задания. Честолюбивый боевик с дипломом юриста, магистр права Оксфордского университета с неимоверным трудом сносил бытовавшее положение вещей и ждал удобного момента, чтобы свалить от Тачи. «Как получу задаток, немедленно вылетаю», — заявил он Седому.

Звонок из Белграда застал Прохора Семеновича в кабинете.

— Можешь переводить аванс, Проша! — голос Седого бодро звучал в трубке. — Когда деньги упадут на счет, мой человек вылетит в Москву. Встретишь его в аэропорту и объяснишь нюансы на месте, — энергичными рублеными фразами давал указания Седой застигнутому врасплох и не ожидавшему подобной от него прыти чекисту.

Помогать находившемуся в международном розыске Джаваду не грело душу Прохора Семеновича. Он рассчитывал получить свой гешефт и отскочить, ограничившись передачей информации и денег, однако напор серба заставил его пересмотреть первоначальные планы.

— Договорились, Седой! Перевожу бабки и жду твоего человечка, — удивляясь себе, безоговорочно принял условия авторитета чекист. «Ладно, если дело выгорит и Чарова удастся препроводить к праотцам, игра стоит свеч», — убеждал себя он, набирая номер Фрумкина.

— Срочно приезжай со своим Матвеем, Боря. Предстоит предметный разговор.

— Семеныч, ты все решил?! — в радостном возбуждении, едва не срываясь на фальцет, заверещал в телефоне Фрумкин.

— Ослабонись! Дуй ко мне в офис и все узнаешь! — охладил пыл взбудораженного банкира чекист и отсоединился.

— Итак, господа, по рукам? — часом позже вопрошал Матвея Семеныч, хотя глаза его упорно косили в сторону расположившегося на низком, красной коже диване Фрумкина.

— По рукам! Аванс готов выплатить немедленно! — заявил обрадованный Матвей, открывая кейс и выкладывая на стол новенькие купюры, которые только что отсчитал ему Фрумкин. — Да, а как насчет фотографий, у меня при себе их нет, — вскинулся в растерянности заказчик.

— Зато у нас есть, — самодовольно ухмыльнулся Семеныч. — Денек-другой мои люди понаблюдают за объектом и составят подробную ориентировку. А вы работайте, отдыхайте, короче, следуйте своему обычному распорядку дня, — успокаивающе бросил Семеныч, убирая в стол деньги. — На этом наши встречи заканчиваются. Остаток привезете после, — с ударением на слове «после» многозначительно кивнул он Матвею на прощание. — Борис, а ты задержись на минуточку! Извините, Матвей, у меня к вашему другу имеется конфиденциальный вопросик.

— Послушай, Борик, — вполголоса произнес чекист, когда дверь за Иссерсоном закрылась. — Скажи ему, чтоб держал себя поестественней. А то он какой-то нервный. В общем, сам понимаешь, не маленький. Да, и пусть куда-нибудь смоется. Я насчет алиби, — предупредил банкира Семеныч.

— Чего это он тебя? — по пути к машине настороженно поинтересовался Матвей.

— Не бери в голову, — отмахнулся небрежно Фрумкин. — Обычные чекистские прихваты. Сказал, чтобы не дергался и организовал себе командировку на пару деньков. Так, для спокойствия.

— Будешь тут спокоен! — посетовал Матвей, хватаясь за сердце. — Он действительно считает, что я был… как это… не вполне адекватен? — внезапно забеспокоился он.

— Да не парься ты и подумай о командировке, — слащаво ухмыльнулся банкир.

— Алиби сделаем. Здесь твой Семеныч прав на все сто, — буркнул Матвей, залезая в «Мерс».

В охранном агентстве Прохора Семеныча основательно подготовились к приезду Джавада. За те два дня, что были у чекиста, он собрал необходимую информацию, еще раз сфотографировал объект и его машину и даже срисовать любовницу, как окрестил он Марину, не забыл. Поскольку в вопросе с женщиной Семеныч не был уверен, он решил установить ее личность. Каково же было его удивление, когда ему доложили, что это жена Матвея Иссерсона Марина Вострикова. «Ах, вот из-за чего сыр-бор?! Ну, что ж, причина веская! — осклабился чекист. — А эти гаврики мне тут горбатого лепили. Якобы он помеха их бизнесу! Циркачи! Нет чтоб сказать прямо. Я рогат и не желаю им быть далее. Семеныч, помоги. Ну да ладно, дело хозяйское. Главное, что бабло занес».

— Доброе утро, Джавад! Или как вас теперь называть? — коверкая английские слова, поинтересовался чекист.

— Зовите меня Радослав, как в паспорте, — на сносном русском милостиво разрешил киллер.

— Нет проблем, Радослав так Радослав! — он открыл ящик стола и извлек фотографии Чарова и материалы ориентировки. Джавад не подал виду, что узнал приговоренного к смерти Георгия. Впрочем, Семеныч и не ждал откровений. Отдав документы и сообщив, что футляр с заказанным инструментом будет доставлен туда, куда уважаемый Радослав пожелает, он распрощался с гостем.