Чтение онлайн

Когда проем стал достаточно широк, женщина по-пластунски проползла внутрь.

— Ну, что там? — горя нетерпением, Матвей крикнул в темноту.

— Ящик на месте, — отозвался потусторонний голос, и мгновение спустя в проеме показалась голова Марины. — Делаем лаз чуть шире, и Володя — вперед, — осветив лицо водителя, скомандовала она. — Инструменты Илья подаст, когда пролезешь, — она отряхнулась и вышла из затхлого холода пещеры.

Свежий воздух наполнил легкие, и состояние умиротворенного успокоения охватило ее. Отстучав СМС Чарову, она огляделась. Пылающий закат разлился по небу и поросшие тайгой сопки окрасились кроваво-бордовым светом. Ожидавший в кабине пилот расслабленно наслаждался джазом. Штурман дремал. Происходящее за бортом их явно не волновало. Когда Марина вернулась, Володя заканчивал освобождать короб от железных пластин, легко отходивших от полусгнившего, порченого грибком дерева.

— Можно вытаскивать! — трубно прозвучал его голос

— Думаешь, изваяние пройдет через лаз, или увеличим проем? — забеспокоился Матвей.

— Если только по краям самую малость. Пьедестал у статуи тяжеловат будет. Одному мне не вытянуть.

— Оставайся на месте! Щас Илья пару раз долбанет! — Матвей передал кувалду охраннику, и тот с энтузиазмом взялся за дело. Не прошло и четверти часа, как проем был расширен и секьюрити с концом каната и ломом в руках проворно нырнул в зияющую пробоину.

— Выводите на меня! — ухватившись за канат обеими руками, крикнул Матвей и стал отступать назад шаг за шагом.

В это время по другую сторону стены, пропустив канат под основанием статуи, Илья с Володей подтягивали изваяние к лазу, стараясь попасть в шаг Матвея. Через минуту в проеме появилась корона, потом вылезли голова и плечи, и вскоре вышла вся статуя. Ни водитель, ни секьюрити не подозревали, что лежавшее в их ногах изваяние — отлитая из золота редчайшая реликвия буддизма. По уговору с Мариной, Матвей сообщил, что они едут за бронзовой фигурой бурятского божества, предполагаемое местонахождение которого он обнаружил в ходе последней экспедиции. Поскольку их шеф давно охотился за подобными артефактами и частенько мотался по стране, никто не усомнился в правдивости его слов. Попросив вертолетчиков оторваться от прослушивания музыки, они осторожно занесли статую в багажный отсек, и спустя несколько минут машина поднялась в воздух.

— Куда летим? — скорее для проформы спросил по внутренней связи штурман, уверенный, что последует команда возвращаться в Улан-Удэ.

— В Иркутск! — вопреки утвержденному еще вчера маршруту прокричал в переговорное устройство Матвей.

— В Иркутск, так в Иркутск, — ничтоже сумняшеся равнодушно отозвался пилот.

К подобному развороту событий Марина была не готова. Она еле сдерживалась, чтобы не вцепиться мужу в лицо или не покусать его покрасневшую от физической работы шею.

— Ты решил лететь в Москву из Иркутска? — с неимоверным усилием подавляя в себе гнев, спросила она.

— Да, любимая. Зачем лететь на Восток, когда нас ждет Запад, — с самодовольным видом отвечал Матвей.

Когда устраивали в багажном отсеке Тару, он прочитал СМС от Фрумкина. Старый подельник предупреждал об интересе к его особе правоохранительных органов и советовал быть начеку. «Вдруг что-то пошло не так у Семеныча, и меня уже ждут в гостинице», — подумал Матвей и решил изменить маршрут. Причина тревожного СМС от Бориса заключалась в следователе Генеральной прокуратуры Красике, занимавшемся расследованием убийства Чарова, пока у него это дело не забрали. Когда начальник Красика Хрулев, толком ничего не объяснив, потребовал передать дело коллегам из ФСБ, парень снес обиду и с головой погрузился в новые расследования, однако неожиданный визит соседки покойного напомнил ему о незавершенном деле. Та самая дама элегантного возраста, обнаружившая труп первой и вызвавшая милицию, теперь сидела перед ним в кабинете.

— Значит, вы утверждаете, что убитый не ваш сосед Чаров?

— Со всей определенностью, юноша! Сколько можно об этом толковать! — гневно сверкнув глазами, подтвердила нервная дама.

— Хорошо, допустим. А что вы хотели сейчас нам рассказать, Мария Михайловна? Чем помочь следствию можете? — Красик старался конкретизировать ход ее мыслей.

— Как чем?! — женщина передернулась от возмущения. — Когда я спустилась на площадку Георгия, то застала страшную картину. Возле его двери кто-то лежал лицом вниз, с виска капала кровь. Йорик безумно лаял и изо всех сил рвался к парадной. Тут я припомнила, что когда подходила к лифту на своем этаже, я живу этажом выше Георгия, Йорик уже тогда принялся тявкать и тянуть меня вниз. «Спускаться — не подниматься», — подумала я, и мы пошли пешком. И вот, когда мы спускались, — она выразительно посмотрела на своего визави, — я явственно слышала звук сбегавших по ступенькам ног, а потом дверь входная хлопнула. Вот почему Йорик так беспокоился. Он учуял, умничка, — взгляд женщины потеплел, — что внизу кто-то чужой.

— Благодарю вас. Это очень важная деталь. Ну, а все-таки, Мария Михайловна, отчего вы решили, что убитый не Чаров, — не унимался Красик, глядя на посетительницу ласково-приторным взглядом.

— Да как вы не понимаете, юноша! — дама театрально всплеснула руками. — Не Гоша это был, и все. Одежда его, а вот сам он — не он!

— Но ведь убитый лежал ничком. Как вы можете утверждать, что это был не ваш сосед Чаров? — следователь хотел выудить из этой пылкой экзальтированной особы железные доказательства своей правоты и намеренно не акцентировал факт о повернутой набок голове трупа.

— Ну-у-у, — дама смущенно замялась. — Как бы это вам объяснить, юноша, — чувствовалось, она хотела в чем-то признаться, но нечто удерживало ее.

— Говорите, как было, я не веду протокол, — соврал не краснея Красик.

— У меня моментально мелькнула мысль, предчувствие, интуиция, это трудно объяснить, юноша, что человек на полу — не Гоша, — в сильной запальчивости заявила посетительница. — Чтобы убедиться наверняка, я встала на колено и внимательно вгляделась в лицо убитого. Хоть оно и было повернуто ко мне в профиль, я сразу поняла, что это какой-то незнакомый мужчина. Безусловно, похожий на Гошу, но не Гоша!

— Благодарю вас, Мария Михайловна. У меня к вам более нет вопросов, но если вы что-нибудь вспомните, вот мой телефон. Звоните, не стесняйтесь, — Красик записал на визитке номер своего мобильника. — Давайте ваш пропуск, я его должен подписать.

Забрав визитную карточку и церемонно махнув на прощание пропуском, дама покинула кабинет с гордо поднятой головой и с осознанием выполненного долга. После ее ухода на свой страх и риск следователь решил опросить знакомых Чарова, которых не успел охватить, когда еще вел дело. Матвей Иссерсон входил в их число, однако его не было в городе в день убийства. Не смог с ним встретиться Красик и позднее. Сейчас он вновь отсутствовал в Москве, как и его супруга. Именно она так внезапно появилась на месте преступления в разгар следственных действий и так же внезапно его покинула. Сам Красик находился в тот момент в квартире и не видел, как Марина подбежала к телу и откинула простыню.

«Если бы сержант, которого оттолкнула гражданка Вострикова, не задержал бы ее для установления личности, она так бы и скрылась неузнанной, удовлетворив свое любопытство. А если это было не простое любопытство? — Красик задумался. — Если настоящий Чаров жив, но никак не обнародует факт своего присутствия на этом свете, значит ему выгодно сложившееся положение вещей. Да и дело у меня забрали, когда поняли, что я не убежден в его смерти. Выходит, кому-то наверху надо, чтобы Чаров был мертв, а личность реально убитого ему хорошо известна. Как бы по башке не настучали за самовольное расследование», — вспомнил о Хрулеве следователь, однако когда всплыла личность Фрумкина, решил побеседовать с банкиром.

И не прогадал. Как известно, на воре и шапка горит. Когда Красик скорее наобум спросил Бориса о характере взаимоотношений Чарова и Марины, тот был явно смущен и не знал, как ответить на заданный вопрос.

— Вы затрудняетесь, что сказать, или просто не знаете? — шел напролом следователь.

— Не знаю! — нервно сфальцетил Борис и, сославшись на дела, попросил оставить его в покое. После ухода Красика он еще больше занервничал и решил доверить свои страхи Семенычу. Старый чекист по-отечески послал его на три буквы, после чего бившийся в нервной истерике Фрумкин отправил паническое СМС Матвею.