Чтение онлайн

Мужчина расхохотался, затягивая на ее запястьях кожаный ремень.

Привал был долгим. Камилле показалось, что бесконечным. Она прятала глаза, помня о наставлениях Приама, боясь навлечь на себя еще большую беду. А „развлечения“ все не заканчивались. Дни перетекали в ночи, а ее все не отпускали. Девушку кормили, поили и позволяли сходить по нужде, но не спускали с нее глаз. Она стала любимой игрушкой этой компании, они не собирались с ней расставаться, забыв о своем обещании или наплевав на него. И все это время они продолжали движение. Уже спустя несколько часов, девушка поняла, что теперь совершенно не представляет в какую сторону ей нужно идти, чтобы найти Филлиуса и вернуться домой. А ведь прошло уже не меньше недели. Кэм поняла, что надежды больше нет, бедный Приам погиб напрасно, она никогда не сможет вернуться. Спустя несколько недель к ней привыкли на столько, что перестали связывать. Она стала их общей „мышкой“. Тихой и покорной. Когда они вернулись в свое „логово“ ей даже позволили готовить пищу, убираться и выполнять прочую работу. Единственное, что теперь ее сдерживало, была цепь на ноге, вмурованная в горную породу. Днем она выполняла работу по дому, а ночи делила с разными мужчинами, молясь о том, чтобы у них не возникло спора чья сегодня очередь. Терпеть одного еще было возможно, а вот если спор так и не могли разрешить… Она предпочитала об этом не думать. Их было семеро, как и дней в неделе, они были простыми разбойниками, жуликами, ворами. Жили тем, что удавалось „добыть“. Прятались в горах.

Желающий выжить человек приспосабливается к любым обстоятельствам, и Кэм приспособилась. Их имен она никогда так и не узнала, только прозвища: „конь“, „могильщик“, „шакал“, „сир“, „здоровяк“, „малыш“, „драм“. Самым галантным был „драм“, самым несдержанным — „конь“. Этот мог и ударить и силой не брезговал. В быту все они были обычными людьми. У каждого была, наверное, своя история, но Кэм этого так никогда и не узнала. При ней они не говорили о прошлом, только о набегах и новых идеях, что стоит попробовать с их „мышью“. Тем удивительнее была развязка. Однажды ночью ее разбудил „могильщик“.

— Вставай, только тихо, — прошептал он ей на ухо.

— Сегодня не твой день, — спросонья запротестовала Кэм. — „Сир“ будет зол.

„Могильщик“ лишь хихикнул.

— Не будет, мышка. Иди со мной.

Она послушно поплелась за мужчиной, сопротивление бесполезно, они сами потом разберутся между собой, ей в это лучше не лезть. Но ее вели не в другой угол пещеры. Камилла увидела звездное ночное небо и замерла. Она уже забыла, как выглядят звезды. Ее покачнуло от свежего воздуха, ворвавшегося в легкие, кто-то поддержал ее за локоть.

— Сейчас не время отдыхать, — раздался над ухом голос „сира“.

Она все еще ничего не понимала и послушно пошла за спешащей троицей. „Могильщик“, „сир“ и „конь“. Не самый лучший набор, но другого не было. Они бежали почти до утра, и лишь через два дня она узнала, что это был бунт. Банда раскололась. Проигравшие были изгнаны, но решили не уходить с пустыми руками и прихватили ее с собой. Они шли по ночам и отдыхали днем, но больше для нее ничего не изменилось.

Однажды она почувствовала свежий соленый запах, они подходили к морю или океану, к большой соленой воде, интересно, а какого цвета эта вода?

А потом наступил очередной день. Ее разбудили крики. Испугавшись, она спряталась за ствол дерева и не решалась выглянуть оттуда, пока все не стихло. Их стоянка была уничтожена. У костра сидели незнакомые люди, на краю полянки тлел костер, поглощая тела тех, кто был „могильщиком“, „сиром“ и „конем“.

— А вот и наш приз, моряки! — заметил ее один из победителей. — Иди сюда, милашка! Эти гады хорошо с тобой обращались? Давай-ка проверим!

Он ухватил ее за край платья и потянул к себе.

— Оставь, Край! Вся добыча должна быть доставлена на корабль, капитан сам решит, кому что достанется. Так что убери от нее лапы.

А потом был недолгий путь до корабля.

— Рад вас видеть, друзья мои, — произнес высокий шатен в треуголке, едва они ступили на судно. — Удача, как я вижу, сопутствовала вам. Что за дивное создание вы привели на мой корабль?

— Она была у одних бедолаг. Мы наткнулись на них на последней ночевке. Решили, что и это не повредит.

— И были правы, мальчики! — ее толкнули в руки этого человека. — Отличный улов!

— Женщина на корабле, капитан! — возмутился кто-то.

Камилла думала лишь о том, что миры разные, а предрассудки у всех одинаковые, ей стало страшно. В детстве она любила пиратские романы и представляла, что ждет женщину на корабле пиратов.

— Оставь, Стэн, это всего лишь байки, — мягко проговорил капитан, чем немало ее успокоил. — Пожалуй, я докажу вам ошибочность ваших убеждений. Я отказываюсь от своей доли. Вся добыча будет поровну поделена между командой.

Камилла вздрогнула. Семеро бандитов — это еще терпимо, но корабельная команда! Она с ужасом думала сколько же это человек, ноги подкосились, и девушка безвольно повисла на руке капитана, обнимавшего ее. Потеря сознания помешала ей услышать окончание его речи.

— Я оставлю себе только девушку. Из нее выйдет отличный юнга. Наш ведь остался в лапах королевских стражей. Так что она его заменит. Но! Это моя женщина! Никто из вас не смеет к ней прикоснуться, как к женщине!

Она пришла в себя на уютной кушетке, рядом с ней кто-то сидел.

— Не бойся, девушка, — произнес бархатистый бас. — Здесь никто не тронет тебя. Кроме меня, конечно!

Он рассмеялся, а Кэм покраснела. Похоже, в этом мире был недостаток женщин. Почему интересно? Она села на кушетке и тихонько, чтобы не разгневать нового покровителя потянула за шнуровку на платье. Ее пальцы накрыла прохладная ладонь.

— Не нужно, — она услышала, как мужчина проглотил слюну. — Я не хочу так. Я не отдал тебя своей команде, потому что в отличии от них, я сразу понял, что ты не простая „мышь“. Я не маг, но в моем роду были маги. Кто ты?

— Меня зовут Аль, — покорно произнесла Камилла заученную фразу. — Но, если господин желает, он может дать мне другое имя.

— Ты из дома любви? — удивленно произнес капитан.

— Я — воспитанница Ванды, если, господин не доволен воспитанием, он может меня вернуть и высказать свои пожелания Ванде. Она все исправит.

— Прекрати, — оборвал ее капитан. — Здесь ты не принадлежишь никому. Если ты хочешь, ты можешь уйти, я не стану тебя держать. Но ведь ты не отсюда, Ванда воспитывает только пришлых. Куда ты пойдешь?

— Мне некуда идти, — забыв о воспитании произнесла Кэм. — Единственный человек, которой заботился обо мне, умер. Я одна здесь, я не знаю, что мне делать.

— Так-то лучше, — неожиданно мягко произнес капитан. — Как твое истинное имя?

— Камилла.

— Кэм, значит. Очень красивое имя. Чем оно Ванде не понравилось? Но это не важно, не отвечай.

Он встал с кушетки и прошелся по каюте. Налил в кубок вина и подал ей.

— На-ка, выпей. И расскажи мне свою историю, Кэм.

Капитан стал ее защитником и учителем. Несколько месяцев они бороздили просторы свободного океана. После унижений среди грабителей, его обходительное отношение, внимание и забота, были разительной переменой. Кэм и сама не заметила, как оказалась в его крепких объятьях. Его обветренные губы были всегда солеными, а тело пахло морем. Нежные прикосновения грубых пальцев к коже, заставляли трепетать, а уверенная, но не жесткая манера общения дарила ощущение защищенности и стабильности. За каменной стеной, вот как Кэм расценивала свои чувства к капитану. Это все, что она запомнила о нем. Он заставил ее вспомнить кто она, кем она была. Когда она рассказала ему, что в своем мире любила рисовать, он подарил ей мольберт и краски. Он научил ее обращаться с кинжалом. Он никогда ничего не требовал, но и редко отказывал. Сперва команда роптала, но тихо, так чтобы никто не слышал. Она читала недовольства на лицах, в глазах, но слов не слышала. А спустя несколько недель плаванья к ней привыкли. Она стала любимицей морских волков, их живым талисманом. Она же считала себя дочерью полка. Никто не протестовал и не оспаривал право капитана на обладание ею. Пираты стали ее братьями. Все они. Те, кто выжил, и те, кто погиб.